Мультимиллиардер-садист

Размер шрифта: - +

6

Утром внутренняя богиня снова была недовольна моим внешним видом.  Я со спокойной душой привычно послала её на ранчо гонять стрекоз и чуточку повертелась перед зеркалом. Потом ещё чуточку. И ещё.

Вращение остановил настойчивый сигнал будильника, который предупредил, что ещё немного и я опоздаю также и на вторую пару. Опаздывать крайне не хотелось, поэтому я начала одеваться.

Бюстгальтер шелковыми ладошками обнял мои две небольшие выпуклости, а батистовые трусики танго ласково закрыли впуклости. Почему-то я представила, что это Христиан касается меня и жутко покраснела. Везде.

Синяя, в крайне отвратительный цветочек, блузка очень подходила к моим глазам, поэтому я надела и её тоже. Увы, желтое пятно от буррито не взяла даже рекламируемая жидкость для снятия нагара с турбин самолета, поэтому пришлось надевать нелепую кофточку, которая тоже мне безумно нравилась. Мою внутреннюю богиню снова стошнило. Я начала переживать – слишком часто её тошнило, уж не беременная ли она?

На ноги одела спортивные разношенные тапочки и я уже вышла из дома, когда вспомнила, что забыла надеть юбку. Конечно, меня это смутило, поэтому я поздоровалась с миссис Стоун, с миссис Ганджуб, с миссис Трубс, с миссис Лойс, с миссис Кристи, ещё с какой-то незнакомой миссис, а также с собакой Джуной и двумя безымянными воробьями, которые вальяжно копошились возле скамеечки, где и имели честь находиться все вышеупомянутые люди. Уже потом я бегом отправилась за юбкой, сгорая от стыда.

Скейт по своему обыкновению дрыхла на диване, и я не стала её будить. Всего лишь нарисовала несмывающимся маркером гитлеровские усики и написала на лбу «Хотелка». Она сегодня шла на собеседование в важное рекламное агентство, поэтому чуточку креатива ей не повредит.

Моя внутренняя богиня улыбалась.

На учебе меня встретил старый друг и по совместительству приятель по имени Хасан. Он учился на курсах скороживописи и всегда таскал с собой огромную черную тубу с листами бумаги. То и дело его можно было увидеть в разных концах университета, где он скороживописил на полотно. Творческое вдохновение могло его поймать где угодно.

– Пиривет, Дульсинейша, – проговорил Хасан. – Ти сигодня как висигда кирасива. Можно я тибя отживописю?

– Привет, Хасан. Ты знаешь, лучше отживопись не меня, а Христиана Брауна. Знаешь такого?

– Мине дивачек лючше нравиться живописить, – ответил Хасан.

– Ну, Хасанчик, ну пожалуйста. Ты такой гениальный, такой офигительный и такой… такой… такой… – я отмахнулась от внутренней богини, которая нетерпеливо подпрыгивала с плакатом «ДЕБИЛ».

– Харашо, я такой, – кивнул Хасан и вытащил из тубы чистый лист бумаги. – Я отживописю Христиана. Кирасавчик палучится – закачаишься.

– А тебе не надо его видеть?

– Нэт, – коротко ответил Хасан и отобрал у меня карандаш, который я сперла из офиса Христиана. По боку карандаша шла надпись «Браун», но я надфилем стерла её, чтобы не быть уличенной в клептомании.

– Ты помнишь его по памяти?

– Помню, помню, – задумчиво проговорил Хасан, делая первые быстрые штрихи. – И тэбя патом помню, если захочишь.

Я промолчала, лишь прикусила верхнюю губу и обязательный кончик носа. Моя внутренняя богиня с интересом заглядывала на лист бумаги.

– Палка, палка, тюбитейка… Хм, палучилась канарейка, – говорил Хасан, водя карандашом. – Два урюк, кинза, банан – палучился Христиан. На, дэржи.

Он отдал мне лист, с которого смотрел хмурый Христиан. Почти как живой. Вот только уши были не его… И нос не его… И губы… И глаза… Вот кучерявый чубчик точно его. Прямо вылитый Христиан.

– Спасибо, Хасан, ты такой… Такой…

Моя внутренняя богиня снова вытащила плакат с надписью.

– Патом как-нибудь шашлик-машлик скушаем в гадюшном килубешнике, – отмахнулся Хасан и побежал по своим делам.

– Обязательно скушаем, – я неотрывно пялилась на получившийся портрет и водила по губам карандашом со стертой фамилией Браун.

Мне почему-то казалось, что это Христиан водит твердым стержнем по моим губам. Сверху-вниз, сверху-вниз. Нижняя губа оттягивалась, а когда возвращалась обратно, то получался звучный «хлюп». Я стояла, водила и «хлюпала».

Я опоздала и на третью пару.

 

 

 

 

 



Мила Светлая

Отредактировано: 04.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться