Муза весны

Счастливая

Вокруг был снег - белоснежный, сверкающий, скрипящий, но совсем не холодный. Скажу больше - он был теплым, он грел меня. Впрочем, он быстро таял у меня в руках. Вокруг меня росла трава и распускались цветы - это было так неуместно посреди снежной пустыни.

- Поступь, милая Поступь, не впустишь ли ты меня погреться? - раздался голос сзади.

Я резко развернулась и увидела позади себя мальчика в звездном плаще.

- Я всегда готова поделиться теплом. Не спрашивай - бери, - ответила я, - Что мне с этого?

Он сел рядом со мной, и в его глазах отражалась мудрость тысячи жизней.

- А почему на тебе такой плащ? По-твоему, вечность - это космос? Мне она всегда представлялась в виде несущегося поезда. Если выглянуть из окна, то увидишь лишь проносящиеся огоньки, растянутые в одну полоску. Ни людей, ни кошек - никого. А если сможешь вырваться, то увидишь тоже самое. Зато будут люди. И кошки тоже.

- Тогда ты окажешься одна среди толпы. Люди будут толкаться, ругаться, ронять вещи, собирать разбросанные листы, покупать булочки, целоваться и обниматься, а тебя никто не будет замечать. Ты - лишний элемент в этой системе. В то время как поезд тебя отнесет навстречу дальним странам. Тогда смысл сбегать?

- Не знаю. Мне итак хорошо. Мне бы узнать, какими судьбами меня сюда занесло и что это за место.

- Всего-навсего прихожая нашего карманного мирка. И он только и ждет, чтобы ты навестила его заброшенные уголки.

- Мир? Ты имеешь ввиду Грань?

- Нет, Грань - это другое... Умеет же Ворожея путать новеньких.

- Да это я тупая.

- Ничего подобного... Эх, и где же мои манеры?

Вечность встал, положив руку на сердце, а другую убрав за спину, склонил преданно говову, и произнёс:

- Моё имя Вечность. Грань рада приветствовать тебя, Поступь. Отвори дверь.

- Дверь куда?

- Да куда угодно.

 

 

 

Это был Сад, окруженный высокими деревьями, в ветвях которых прятались птицы, которых я не видела, но слышала. Судя по всему, за этим садом давно никто не ухаживал: трава по колено, фонтан засорился, да и птицы, если прислушаться, не весело щебечут, а рыдают от одиночества.

- Интересно, кто владелец этого сада? Ух я ему мягкое место надеру! Как не стыдно так поступать с собственными владениями? Ужас просто! А может...

- Тут давно никто не живет.

Из-за деревьев показалась Мариам. Ветка в её волосах цвела, и её лепестки светились в темноте, оттеняя её бледное лицо.

- Он принадлежал Королеве до того, как Грань короновала её. Она очень любила Сад. Всегда поливала цветы, счищала пылинки с роз и слушала соловьев. Но стоило ей понять, что она здесь главная - и она забросила этот маленький садик.

- Это печально... Зазвездилась эта ваша Королева.

- Тише, она услышит. Она везде, она - серый кардинал этого места и посланник Грани. Говорят, в Ночь, Когда Все Двери Открыты она лично погадает самому потерянному из нас.

Немного помолчав, она добавила:

- Когда ты вырастаешь, некоторые вещи тебе становятся не нужны. Когда ты переезжаешь в новый дом, ты выбрасываешь старые диски, одежду, телефоны, людей... Зачем ей какой-то Сад, если у неё все то, что за стенами? Зачем ей цветы, если она владеет всеми секретами?

- Тогда нужно оживить этот Сад! Давай, помогай, как там тебя? Ветка? Цветок? Кудряшок?

- Мелодия.

Мы принялись полоть грядки стричь траву, садить цветы, которые вырастали в мгновение ока. Вскоре Сад действительно ожил и зацвел невиданным буйством красок, будто само воплощение жизни. И птицы вновь запели, и я готова поклясться, что они произносили моё имя. Секунда - и фонтан взвился, окруженный радугой, его брызги стремились к небу и падали в воду, и сквозь них светило радостное солнце.

- А ты и впрямь весна, - восхищенно сказала Мелодия, - Дарящая возрождение и вселяющая надежду. Муза вечного мая. Ты делишься своей юностью, и рядом с тобой кажется, будто все мы целые. Ты достойна занять место Королевы.

- Да не хочу я быть Королевой, - фыркнула я, - мороки много... Я не люблю власть. Я люблю пирожки с капустой.

- Ласка с тобой ими поделится! Завтра придешь сюда?

- Конечно! Жди меня!

- Хорошо, тогда пока мы прощаемся. И в какой-то степени навсегда, потому что здесь всё сгорает с первыми лучами солнца.

Она помахала мне рукой и скрылась среди деревьев, и приторно-горький аромат сопровождал её, и я еще долго слышала ритмичный стук её каблучков, даже когда проснулась на своей кровати.

 

 

- Ненавижу. Просто ненавижу, когда нас будят так рано, - пожаловалась Элис. У неё отрасли непрокрашенные корни волос.

Габриэль, Кларисса, Зои и Клэр синхронно кивнули в знак солидарности.

- А я люблю утро, - рассеянно протянула я, - Последние сгустки сумерек и мир, отраженный в крохотной росинке...

- Да ты больная, - фыркнула Элис.

- Ну конечно, - улыбнулась во все 32 зуба я, - Мы все тут больные.

- А ты - особенно, - хмыкнула Элис.

- И я тоже особенно! - вставила Зои, - Я особый случай.

- Ты хотела сказать, безнадёжный? - заржала Клэр.

Зои кинула кинула в Клэр еду. Точнее, она целилась в неё, но попала Клариссе в очки, а та в долгу не осталась и залепила ей в ответ, задев Габриэль. И понеслась душа в Рай... Потом мы попали в соседний столик. Другой соседний столик из солидарности тоже запыальнул в нас. Правда, потом пришли санитары и утихомирили нас.

- Все равно это даже не съедобно, - брезгливо протянула Элис, ковыряясь в остатках запеканки.

- Хочу сэндвич, - сказала Габриэль, - Сэндвич - это круто. А запеканка - нет.

- А мне нравится, - сказала я.

К нам пододвинул стул парень с блокнотом в зубах.

- Как дела, девчонки? - спросил он, положив блокнот прямо на стол. На одном листочке было детально прорисованное срамное место.



Николь Беккер

Отредактировано: 10.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться