Муж прилагается к диплому

XIV

Помолвка на выходных внезапно переросла в свадьбу на выходных, потому что «я тебя четыре года ждал, и больше ждать не намерен». И дед был с ним полностью согласен!

Так что всё утро в субботу меня так мыли, словно я никогда и не мылась!  Меня скребли, отмачивали, вылили в ванную столько разных масел, что под конец уже дышать было не чем, и я взмолилась о пощаде. Но леди Фаррел была жестока и беспощадна! У неё, видите ли, единственный сын сегодня женится! 

После жестких мочалок моя кожа горела и была малиновой, а потом меня на массажный стол отправили! Массажистка была здоровая двухметровая баба. Я таких только в деревне видела. Такие сковородки руками гнут и по три ведра воды за раз приносят.

– А может не надо? – жалобно спросила я у леди Фаррел.

– Надо, – сказала она и отобрала у меня халат.

– Расслабьтесь, – сказала мне баба, хрустнув пальцами, а у меня сердце ёкнуло! Расслабишься тут!

И началось! Меня мяли как будто я тесто на пирожки, щипали, тыкали, поглаживали. Мама родная! А уж когда она мне все позвонки да ребра пересчитала…

В общем, за такие слова мама бы по губам надавала и ремнем по попе. Но оно как–то само вырвалось. Вот.

После столь убийственного массажа, организм еще полчаса отказывался нормально функционировать, глаза закрывались, так бы и лежала пластом, если бы опять не прибежала леди Фаррел.

Боги, вот была же милая женщина? Кто её укусил? И мне вот интересно,  у Айнара такие же процедуры?

В выделенной мне комнате меня ждала целая команда по подготовке леди к торжественным мероприятиям. Больше всего пугал мужик с ножницами в руках, а точнее его взгляд на мои волосы.

– Резать не дам! – заявила ему, когда он усадил меня в кресло перед зеркалом.

– Да я и не собирался, – миролюбиво заявил он. – У меня на такую длину рука не поднимется.

Это меня немного успокоило. И пока он мудрил с моими волосами (отделял локон, что–то в него втирал, накручивал на бигуди и так все волосы), четыре девушки занялись моими ногтями: две на руках, две на ногах. И вот как–то так получилось, что тянули меня за все конечности, и я чувствовала себя морской звездой, на которую разом напало пять голодных рыб и каждая говорит: «моё»!

Мужик что–то напевал себе под нос и все приговаривал:

– А кто у нас будет сегодня самой красивой?

– А у кого у нас сегодня будет самая модная прическа?

– А у кого это тут глаза на мокром месте?

Я смотрела в зеркало и предпочитала не отвечать.  Ситуация не в ходе в зону моего комфорта, к тому они ещё и нажаловаться леди Фаррел могут, а она сегодня чего-то не в духе.

А вот девушки чуть не подрались, решая в какой цвет красить ногти. К согласию они так и не пришли, поэтому просто покрыли бесцветным лаком да так и оставили сохнуть.

Время от времени приходила леди Фаррел, будто проверяла:  не сбежала ли я. Сбежать я не смогла бы в любом случае. Трудно куда–то бежать, когда твои волосы в чужих руках.

Часа два я просидела в этом кресле, а на середине процесса, меня вовсе отвернули от зеркала.

– Это будет сюрприз, – выдал мужик, а я вцепилась в ручки кресла. Как–то до этого дня все такие процедуры у меня вызывали обратную реакцию, но день сегодня видимо особенный!

– Есть хочу, – сказала я, когда увидела леди Фаррел. 

– Угу, – кивнул мужик, втыкая в мою голову шпильки. – Столько раз живот урчал. Совсем девочку не кормите.

– Сейчас поест, а потом в платье не влезет, – подала голос одна из девушек, что занималась моими ногтями на руках.

– Цыц, – рявкнул на неё мужик. И я его прям зауважала.

В животе снова заурчало, и надо мной сжалились. Принесли кашу. Это конечно не суп с мясом, и даже не второе, но сойдет, а потом, может, ещё что выпрошу.

Но перед тем как отпустить меня за стол, мужик все же доделал прическу, собрав все мои светлые накрученные локоны в красивый объемный пучок на затылке, который сверкал маленькими капельками камней.

– К кольцу подходит, – сказала я, после долгого рассматривания себя в зеркало.

– Конечно, подходит, – согласился мужик. – Тут все ко всему подходит.

Ела я как в последний раз. И не зря, потому как до ужина было, ой, как далеко. А тем временем, пришла модистка с отутюженным платьем, и меня снова оторвали от тарелки, усадив перед зеркалом, делать макияж. После чего меня упаковали в платье и вот только тогда отпустили. Точнее поставили по центру комнаты, а сами разместились вокруг и стали вздыхать да охать: вон какая красивая!

«Вон, какая замученная» – хотелось крикнуть мне. Но кого это волнует?

– Как? Вы уже все? – пришла леди Фаррел с прической на голове и в длинном шелковом халате. – Замечательно, – оценила она работу профессионалов. Те фыркнули. Собрали все свои инструменты по сумкам, и пошли наводить марафет на леди Фаррел, оставляя меня одну с зеркалом наедине.

Астер тоже на глаза весь день не попадалась как и мой жених, зато мама с братом нагрянули как никогда вовремя.  Первой в дверь влетела мама и, увидев меня, растрогалась до слез. Брат трещал без остановки, радуясь за меня и заодно за своего друга.

– Нара! Как тебе повезло! Ты выходишь за Айнара! За самого Айнара де Фаррела! С ума сойти! Я так за вас рад! Столько лет! Наконец–то! Совсем лорда замучила, – это уже произнесенного гневно.

Дед же сверкал, как только что начищенный кожаный сапог. Грудь гордо выпечена вперёд, на губах едва заметная улыбка и не скрываемая гордость в глазах. А уж когда он про работу узнал, так и вовсе всех по комнатам разогнал, заявив, что Наре надо заниматься. И я занималась весь оставшийся четверг и пятницу, а когда сегодня утром приехала в дом Фаррелов, выяснилось, что выхожу замуж!



Ана Гран

Отредактировано: 10.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться