Музыкальный приворот. Книга 1

Размер шрифта: - +

75

В это мгновение она была слегка шокирована. Вообще-то девушка думала, что это наглый изменщик Келла пишет ей слова извинений или оправдания, но, оказалось, Келла обиженно где-то умолк, а написавший презрительно назывался ею Бабой-ягой, хотя имел вполне приличное имя – Валерий. Этот парень уже давно преследовал девушку, и она чувствовала к нему примерно то же самое отвращение, что и к отвратительным паукам. А потому, недолго думая, добавила в черный список, в котором пребывал все свое время влюбленности в Нину не только в виртуальном, но и вполне реальном мире.

– Как это оно мне написало? – широко расширились глаза девушки. – Оно же в черном списке!

«Здравствуй, Нина. Мы долго не общались, но я хочу сказать тебе, что ужасно соскучился!!!» – не поскупился на восклицательные знаки Баба-яга.

«Я только что вернулся в город. Хотел сделать тебе сюрприз, Ниночка! А ты почувствовала и впервые мне написала первой! Ты больше на меня не злишься?»

– Я? – прошептала пораженная в самое сердце Нинка.

Только вот поразила ее вовсе не стрела Амура или Купидона, а что-то наподобие осинового кривого кола, предназначенного вампирам.

«Как у тебя дела? Все хорошо? Надеюсь, ты в порядке…»

– Началось. Чтоб ты… чтоб тебя… черт… – закатила глаза девушка, так и не придумав достойной кары поклоннику.

«Скучаю… Я так хочу взять тебя за руку, Ниночка…» – Необъяснимая любовь Валерия к большому количеству знаков препинания почему-то еще больше сердила его любимую девушку.

Нину передернуло. Она лучше бы провела остаток своих дней с Келлой и даже родила бы ему тройню, чем всего лишь один раз взяла бы за руку Валерия. Нет, сейчас он был очень привлекателен, да и бедным человеком его было назвать весьма и весьма трудно, но презрение к Бабе-яге, а точнее, какая-то нечеловеческая непереносимость перекрывали все его плюсы. Катя называла это «аллергией на человека», и Нина была полностью с ней согласна.

– С чего это скотоподобное решило, что я ему первой написала? – не понимала девушка, поверяя переписку. К ее большому недоумению она поняла, что одно из сообщений, адресованное синеволосому дураку, какими-то неизвестными путями отправилось Бабе-яге.

– Я же не отправляла! – опять треснула по стене кулаком Нинка, забыв, что уже повредила один из ногтей.

На какое-то время она задумалась: ведь действительно, все так странно получается – чего это у нее приложение так глючит? Если у нее такой казус вышел, значит… вполне возможно… что Келла не врал? И про Дашеньку было совсем левое, то есть чужое сообщение?

Поспешно вернув Бабу-ягу в обширный черный список, Нина вздохнула и осторожно напечатала Келле:

«Прости меня, милый»

Девушка переступала через себя, но нужно же было как-то мириться с оскорбленным в лучших чувствах Келлой? Ведь с ним жизненно необходимо было появиться у жабы Эльзы.

Барабанщик «На краю» молчал. Нинка злилась.

«Келла, я очень сожалею»

«Не дуйся, – скривившись, девушка напечатала еще одно слово, – медвежонок(»

– Не отвечаешь? Чтобы тебя медведь избил, – тут же пожелала блондинка Келле, который по неизвестно какой причине не отвечал.

Промучившись минут пятнадцать, Нинка решилась позвонить. Через восемь гудков (а она специально считала!) парень соизволил поднять трубку.

– Что? – равнодушно бросил он.

– Келлочка, – милым голосом спросила Нинка, – что ты делаешь?

– К Дашеньке собираюсь, – услышала она в ответ наглые слова. – Ну что я могу делать, королева, посредине ночи? Сплю я.

Девушка очень хотела задать неприличный и провокационный вопрос «с кем?», но вместо этого кротко сказала:

– Милый, прости меня. Я погорячилась.

– В чем ты погорячилась?

«Провались ты в яму, переполненную дерьмом!» – яростно подумала девушка, не привыкшая оправдываться перед кем бы то ни было.

– В том, что безосновательно предъявила тебе обвинения, у которых фактически не было доказательств, – решила воспользоваться юридической формулировкой Журавль.

– То есть ты извиняешься? – повеселевшим голосом спросил парень.

– Да.

– Скажи: «Келла, прости меня, пожалуйста, любимый», – откровенно веселясь, попросил драммер.

– Чего? – на миг истинная сущность каким-то звериным рыком вырвалась из тщательно маскирующейся девушки, в которой на самом деле жил дух дракона.

– Повтори, королева: «Келла, прости меня, пожалуйста, любимый», – крайне веселым тоном сказал синеволосый.



Анна Джейн

Отредактировано: 06.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться