Мятежник из рода Инганнаморти

Глава 4. "Кровавое кабаре. Механизм запущен"

В тот день я потеряла счёт времени: я лежала, бесстрастно посматривая в потолок; мой взгляд был пуст, а жизнь лишена смысла. Я никак не могла успокоиться, терзая себя мыслями: за что я заслужила такое отношение со стороны Мадлен? А отец? Неужели он считает, что, уготовав мне подобную судьбу, он сделает меня счастливой? Он очень часто твердил о безграничной любви ко мне. Но разве то, что он всю жизнь отказывался понять меня, может называться отцовской любовью? Я задавала сама себе целую кучу подобных вопросов, на которые, к сожалению, не находила ответа.

Я уже и не помнила тот момент, когда на меня нагрянул внезапный сон. Распахнув глаза и бросив взгляд на настенные часы, ко мне тут же пришло понимание того, что я проспала едва ли не до самого позднего вечера. Протерев глаза, я встала с кровати и направилась к ведущей на балкон двери. Вдохнув прохладный, весенний воздух, я тяжело вздохнула. Это было моё самое любимое место в доме: здесь можно было полностью расслабиться, наслаждаясь спокойствием и красотой ночного неба, усыпанного мириадами ярчайших звёзд. Я отчаянно не желала, чтобы наступал завтрашний день, который послужит началом для самых отвратительных событий в моей жизни. Неужели я на самом деле стану женой этого обрюзгшего индюка? Каждый раз, когда я представляла перед собой его лицо, к горлу подступал приступ тошноты.

Прикрыв глаза, я задумалась. А что было бы, если бы мать была жива? Возможно, сейчас бы было всё по-другому. Между мной и моими родственниками зияла огромная пропасть недопонимания, и с каждым годом она становилась всё больше и больше.

Оперевшись на поручень балкона, я бросила взгляд на рядом пролегающую улицу. Где-то неподалеку раздался гул мотора; нарядный кабриолет, вынырнувший из-за угла, на всех парах промчался мимо, сопровождаемый весёлыми выкриками и возгласами. Я сразу же обратила внимание на молодых девушек и их кавалеров, сидящих в салоне авто: они весело смеялись, размахивая руками и пропуская сквозь пальцы тёплый, весенний ветер. Оторвав от них взгляд, я грустно улыбнулась: они выглядели так беззаботно. Радостно. По-настоящему…

Внутри снова что-то неприятно защекотало. Неужели я вот просто так смирюсь с решением отца и, словно кусок древесины, поплыву вдоль, по течению? Мною овладело дикое желание пойти наперекор своим родственникам и досадить им так же, как они досаждали мне. И я сделаю это. По крайней мере, я знала, что хуже уже не будет.

В тот поздний вечер я, облачившись в шифоновое платье цвета белого антика, в очередной раз улизнула из дома. Тогда меня абсолютно не пугала ни кромешная тьма, ни то, что я в абсолютном одиночестве шагаю по городу под покровом ночи. Мною овладела жажда, жажда поскорей поделиться своими горестями с Джиной Макмиллан- единственным человеком, кому можно было излить душу и рассказать обо всём, что так накипело.

«Плам де Паон»… Ещё вчера я поклялась, что никогда не вернусь в это место. Но резко нахлынувшие эмоции способны изменить любое решение, отторгая на задний план осторожность, рассудительность и страх. Возможно, сейчас я совершу самый глупый, необдуманный поступок, который может в корне изменить мою судьбу, но тогда я совершенно не думала об этом.

И вот я снова оказалась у тяжёлой, железной двери. Собравшись с мыслями, я потянула ручку на себя. Я твёрдо решила, что не буду задерживаться в зале, а пойду прямо в гримерную, теша себя надеждами, что застану Джину именно там.

Пробираясь через пелену едкого дыма, я ускорила шаг, пытаясь не задерживать на себе заинтересованные взгляды. Свернув в узкий коридор, я увидела едва приоткрытую дверь, которая вела в гримёрку.

-Клео?

Как это обычно бывало, Джина сидела у трельяжа, подкрашивая тушью и так пышные ресницы. Увидев в зеркале моё отображение, Макмиллан резко обернулась: на её лице застыло удивлённо-радостное недоумение.

-Клео! Я… Где ты вчера пропала? Я искала тебя по всему кабаре! Я уж думала, что тебя похитили!-взволновано проговорила Джина, отложив тушь в сторону.

-Это едва ли не случилось,-я с лёгким упрёком взглянула на подругу.-Со вчерашнего дня я поклялась, что больше сюда ни ногой, но некоторые обстоятельства просто вынудили меня вернуться.

-Я не понимаю… Что-то произошло?

-Да, произошло, Джина.

-Милая…- лицо Макмиллан тут же приобрело жалостливый вид.- Прости меня, это я виновата. После выступления на меня обратил внимание Бенджи. Помнишь, я говорила, что он интересуется тобой? Оказалось, что я ошиблась. Клео, кажется, я влюбилась! Ты даже не представляешь, какой он… Вчера мы заперлись в гримерке, и… Какой же он чувственный и страстный! Мне давно не было так хорошо с мужчиной!

Слушая весь этот восхищённый лепет, я брезгливо поморщилась. Я никогда не понимала чрезмерное увлечение Джины мужчинами: каждый раз, удосужившись провести с кем-то из них ночь, она рассказывала мне об этом во всех красках. Я довольно устала выслушивать её тирады о том, как она безумно влюблена в очередного проходимца. Я не знала что такое любовь, так как ещё не испытывала на себе подобных чувств, и, по правде говоря, была даже рада этому. Но я прекрасно видела, что в случае Джины Макмиллан её «влюблённость» являлась не более, чем кратковременным увлечением и баловством, удовлетворяющим её сладострастную натуру.

-Джина, хватит!-в моём возгласе послышалось раздражение.- Я очень рада за тебя, но меня вчера… Меня… Меня едва ли не проиграли в карты! Как вещь, понимаешь?

-Что?-Макмиллан нахмурилась, устремив на меня настороженный взгляд.- Клео… Я же тебя просила не покидать столик! Ты понимаешь, чем это могло для тебя закончиться?

-Да, кажется,-потупив глаза в пол, пробормотала я.-Я не помню, как звали этих мужчин, но они выглядели угрожающе. Моё сердце ушло в пятки, и я…

-Клео, никогда! Никогда не броди по кабаре в одиночку! Многим девушкам, как, не постесняюсь сказать, и мне, раз плюнуть провести ночь с одним из клиентов, тем более, если он хорошо платит. Но ты… Ты ведь не такая, Клео. Тебе опасно находиться одной, и я не желаю, чтобы ты пострадала! Как тебе удалось уйти от них?