Мятежники

Глава 10. Баронесса

Август принес с собой пыльную сухую погоду и безумную жару.

Я проштудировала несколько книг из библиотеки, спасаясь от зноя в приглянувшейся беседке. Затем мне это занятие надоело, и я принялась засыпать Люсию вопросами, ответы на которые не нашла в книгах. Например, в какой-то момент меня жутко заинтересовали люстры из главного зала, которые я приметила еще в первую нашу с графом встречу. Как-то, от скуки рассматривая одну из люстр, висящих под потолком, я поняла, что на ней нет свечей. Неожиданная догадка, посетившая голову, заставила подскочить с кресла и ринуться на поиски Люсии. Девушка догадку подтвердила: люстры в зале светят с помощью магии белым светом, загораются при наступлении темноты и тухнут, когда становится светло. Чтобы подстегнуть нахлынувший на меня восторг, она также рассказала, что в жилых помещениях есть плитки на стенах, которые греют в холодное время года, также реагируя на холод. Примерно раз в пару лет тот знакомый семьи, что привозит милору, приезжает, чтобы поменять все приспособления на заряженные.

Плитку я у себя нашла, вернее, Люсия подсказала. Небольшой квадрат, немного отличающийся по цвету от стены, аккуратный и абсолютно холодный. При бывшем Императоре влияние церкви было велико, и о подобных штуках ходили лишь слухи, которые тут же пресекались священнослужителями. Сейчас, если верить Люсии, такие магические приспособления использовались и во дворце Императора.

Теперь я из раза в раз пялилась на необычные люстры. За этим занятием меня однажды застал граф. Точнее, не совсем застал. Я уже привыкла к тому, что он не обращает на меня внимания, и также иногда его игнорировала. В один из душных вечеров за ужином я задумалась и принялась рассматривать магические ярко-белые шарики, висящие на металлическом каркасе под потолком. Граф, как я поняла, проверял почту за столом, отдавая дань мне, как супруге. То есть, вроде как проводил со мной время. Когда я поделилась подобными мыслями с Люсией, девушка пожала плечами: граф не был до этого женат, и такой привычки за ним раньше не наблюдалось.

И вот, в какой-то момент я будто почувствовала на себе тяжелый взгляд и опустила глаза. Граф держал в руках письма и смотрел на меня. На его лице мелькнуло недоумение, я смутилась и отвернулась. Наверное, его раздражает подобное ребячество. Что поделать, я считала себя ребенком в шестнадцать, а пришлось учиться взрослой жизни, и теперь страшно хотелось вернуться в беззаботное детство.

Когда я снова мельком посмотрела на графа, тот уже продолжил чтение. Я с облегчением вздохнула. С некоторых пор мне вовсе не хотелось как-то злить супруга. Некоторые вопросы и мысли по-прежнему беспокоили сознание, но я посмотрела на некоторые его поступки с другой стороны. Например, когда Каган напал во дворце, граф вывел меня из толпы и вернул под охрану Лимиана и Люсии. Может, он остался недоволен моей выходкой, но ни словом об этом не обмолвился. Как ни странно, в замке я чувствовала себя под защитой, и вовсе не хотелось, чтобы это чувство исчезло.

В этот же вечер меня ждало еще одно откровение. Граф будто прочел мои мысли о нем и вдруг сказал:

— Я не знал, что Его Величество был тем самым Мятежником.

Я замерла и уставилась на мужчину, сразу же растеряв ребяческое настроение. О, в этих словах было много всего, очень много. Одной фразой граф дал понять, что знает или подозревает о том, кто я такая на самом деле. Эти же слова подарили мне некоторое облегчение. Если он говорит правду, то мои обвинения на том приеме при дворце не имели никаких оснований, – он не специально свел меня с убийцей родителей. С другой стороны, если это способ заставить меня признаться в своем происхождении, то лучше проигнорировать сказанное.

Так я и сделала. Граф, продолжавший перебирать письма, заметил мое долгое молчание и посмотрел на меня. В его взгляде не было злобы или усмешки, как и в моем. Мы смотрели друг другу в глаза какое-то время, а потом я вздохнула и снова отвернулась. Лучше промолчать.

Конец августа принес еще кое-что помимо духоты. Если быть точной, кое-кого. Нежданную гостью, нарушившую спокойствие, которое я только-только начала обретать.

***

Тем вечером я снова пряталась от палящего солнца в тени лалэйи в беседке и засиделась там почти до заката. Читать совсем не получалось, клонило в сон, и одно предложение приходилось перечитывать несколько раз.

Посторонний шум привлек мое внимание, и я подняла глаза от книги. Цокот копыт и звук едущей по камням кареты. К графу гости? Почему-то мне вовсе не хотелось вставать и идти встречать прибывших, как положено хорошей хозяйке. Еще одной причиной тому было простенькое платье, одно из тех, что я носила в замке. Вдруг это высокопоставленный гость, а я как замухрышка. Так не пойдет.

Выждав некоторое время, я все-таки вышла на площадку перед домом. Там действительно стояла карета, запряженная четверкой лошадей. Один из учеников графа, светловолосый и худощавый, как раз разнуздывал животных, собираясь отвести их в конюшню. Мне он сдержанно кивнул и продолжил свое занятие. Я редко видела остальных учеников графа, кроме Лимиана, да и сами парни особо не стремились со мной общаться.

В зале я увидела, как Люсия командует мужчинами не из прислуги графа, которые поднимали наверх дорожные сумки. Вещей было довольно много. Это натолкнуло меня на мысль, что гость не один. Или это женщина. Возле Люсии суетилась молоденькая щупленькая девушка, вздрагивающая от каждого чересчур громкого звука. Одета простенько, светлые волосы спрятаны под белый чепчик, а большие светло-голубые глаза настороженно наблюдают за мужчинами.