Мышки умеют играть

Глава 8

Аскер замолчал. Широко раскрытые от шока глаза, кажутся еще более поразительными, белые в сочетании с угольно-красными кольцами, стягивающими серые радужки. Его руки висят по бокам, пальцы дергаются, как будто он хочет дотянуться до меня. Он сжимает их в кулаки.

Я задерживаю дыхание, наблюдая, как его губы сжимаются, а язык скользит, смачивая их.

- Летта это имя матери Фиоры. Леди Летта Вавериз из Шарлота, дочь барона Эанаса Вавериз из Шарлота, бывшего хранителя престола.

Летта Гринн. Летта Вавериз.

Каковы шансы, что это всего лишь совпадение? Темно-зеленые стены и гобелены гостиной, кажется, расплываются вокруг меня, когда я делаю неуверенные шаги к окну и смотрю на пустую лужайку снаружи. Мама родилась здесь, и ей тоже удалось сбежать с Терры. Чтобы потом вернуться с дочкой. Она ушла от меня, от Дины и папы. Она ушла от нас. Эти три слова гремят у меня в голове снова и снова, пока я не чувствую вкус соли в уголках губ. Неужели она действительно хотела бросить нас? Или ее похитили, как и меня?

Я грубо вытираю последние слезы тыльной стороной руки и поворачиваюсь к Аскеру.

- Что ещё ты знаешь?

- Боюсь, что немного. - говорит он, присоединяясь ко мне в моем созерцании его зимних владений. - Вокруг исчезновения леди Шарлот разразился странный скандал. Она была совсем молода, почти не появлялась в обществе, а когда пропала, ходили слухи, что пропала скрывшись. Одни шептались, что она сбежала с любовником, другие утверждали, что старый барон держит свою дочь в загородном поместье, чтобы скрыть беременность.

- Они понятия не имели, что она перешла на Землю. - бормочу я. - Она сбежала из этого места. - совсем как Фиора или Фиона.

Я чувствую, как он напрягается от моих слов.

- Такие слухи действительно ходили, но, насколько мне известно, ее никогда не обвиняли в незаконном пересечении границы. Единственное, что я знаю наверняка, так это то, что несколько лет спустя, еще до того, как я получил свой титул, старый барон Шарлот стал свидетелем того, что его дочь умерла при невыясненных обстоятельствах. Он не мог представить своим сверстникам ее тело. Вместо этого он произвел на свет незаконнорожденного ребенка, которого, как он утверждал, леди Шарлот родила еще до своей кончины.

- Фиона?

Его челюсть сжимается.

- Судя по записям Терры, девочкой была Фиора. Стол удостоверился в чистоте ее искр и объявил ее внучкой Шарлот. Ее сделали законным наследником.

Я обдумываю это, грызя один из своих ногтей. Мамин отец, мой дед, нашел сестру и попытался выдать ее за сироту. Он, должно быть, знал, что случилось с мамой, и, судя по всему, остальные правящие охотно помогали в прикрытии.

- Стол, что это такое? Что-то вроде суда правосудия? Ты уже не в первый раз о нем упоминаешь.

Аскер морщит лоб, как будто не ожидал такого вопроса. Затем он расстегивает золотые манжеты своего рукава и закатывает его назад, пока сложенное полотно не обнажает татуировку в виде замысловатого кельтского круга на нижней стороне его руки. Я наклоняюсь ближе, изучая кружащиеся изгибы, нарисованные чернилами на бледной коже и тощих мышцах.

- Что она означает? - спрашиваю я, мои пальцы зудят от желания прикоснуться к нему. Я дочь татуировщика, чернила часто говорят со мной громче слов. Как будто между мной и его светлостью только что открылась крохотная дверца, по крайней мере, часть его я могу прочитать и понять.

- Это символ круглого стола, за которым я сижу, один из двадцати четырех рыцарей.

Я смотрю в полнейшем недоумении, мой рот отвисает, когда я вспоминаю слова, которые он сказал мне прошлой ночью «я сижу за столом, который создает законы».

-Ты имеешь в виду, вроде того . . . Стол короля Артура?

Его губы слегка шевельнулись.

- Арториус умер очень давно, но я знаю, что его легенда пережила его на Земле. Он был нашим первым королем и вождем, объединившим племена Броселианда, когда Британия вступила в темный век. Он и еще один искорит, которого вы, вероятно, знаете, как Мерлина, вели племена по первому пути. Он дал потерянным искоритам новый дом, а нам - стол, за которым потомки его рыцарей сидели и давали советы правителям Терры на протяжении девятнадцати веков.

Я зачарованно слушаю, вспоминая документальный фильм, который смотрела много лет назад. Один из них, грек, был первым, кто упомянул Терру. Он утверждал, что путешествовал в далекое место, где нет ни земли, ни воздуха, ни моря, а есть смесь всего этого, которой невозможно дышать. Место, куда нельзя ни идти, ни плыть. Я закрываю глаза и снова чувствую, как мое тело распадается на части, этот абсолютный свет, где ничего не было, даже меня. Может быть, это было путешествие, которое грек пытался описать словами, не имевшими смысла ни для кого, кроме него?

- Ты... рыцарь круглого стола. - бормочу я, изучая линияя, впечатанные в кожу Аскера, сплетенные в бесконечный круг. Я не хотела прикасаться к нему, но мой указательный палец сам касается его татуировки, следуя по пути вены, бегущей под ней. Неизвестные и забытые вещи, страницы детских книг и тайные сны - все это воплощено человеком, стоящим передо мной.

Его плечи незаметно опускаются, прежде чем он спохватывается и выпрямляется, как будто он физически несет ошеломляющую тяжесть этого наследия.



Ольга Карова

Отредактировано: 16.08.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться