На чердаке

Размер шрифта: - +

Лысый кактус

— Вот взять бы да запихнуть тебя в шар к Симеону Андреевичу, — сердито сказал Серафим.

Костик, как раз этот шар катавший по сундуку, от возмущения замер, а Симеон Андреевич за стеклом горячо закивал, размахивая прутиком.

— Вы совсем озверели, — с горечью заявил Костик. — А я-то еще помогал вам ловить каракатицу!

— Вряд ли ценные советы можно назвать помощью, — насупился Серафим.

— Ну, вы же сами загнали меня на балку, когда каракатица стала плеваться, — пожал плечами Костик. — И кидаться в нее Симеоном Андреевичем запретили… Нет, вы с ним точно против меня дружите.

Он сердито столкнул шар на пол и направился к откопанному из завалов креслу.

— Ничего не трогай, — немедленно всполошился Серафим.

Костик демонстративно скрестил руки на груди и с размаху плюхнулся в кресло, но тут же подскочил как ужаленный.

— Что, на лысый кактус сел? — заботливо спросил Серафим. — Так тебе и надо, злодей!

— Какой же он лысый? — пискнул Костик. — Как минимум миллион иголок…

— Ну, допустим, не миллион, а две-три тысячи, — охотно принялся за объяснения Серафим, игнорируя страдальческие гримасы ученика. — Кактус, который, кстати, выглядит как штопальный гриб, стреляет колючками в жертву, а сам остается лысым. Колючки у него очень тонкие и ломкие, но ядовитые. Яд реагирует на движения, ты уже заметил?

— Заметил, спасибо, господин мучитель, — хмуро отозвался Костик, застыв и стараясь не шевелиться. — Вы не могли бы отвернуться?

— Понимаю ход мысли, но очень не советую… Если попытаться снять одежду, колючки сломаются и останутся под кожей.

— Надолго? — испугался Костик.

— Точно не помню. То ли на год, то ли на два. Пока не рассосутся, — беззаботно ответил Серафим.

— Врете!

— В следующий дождь поищи в энциклопедии, — пожал плечами Серафим, поднимая с пола связку ключей. — Не переживай, яд не смертельный. Он только вызывает жжение, но тебе даже полезно.

— Вы самый бессердечный, самый жестокий, самый…

— Да-да, продолжай, — рассеянно откликнулся Серафим, разглядывая ключи и посыпая их каким-то порошком.

— Вы меня спасать будете или нет? — возмутился Костик.

— От чего спасать? — удивился Серафим. — Я же говорю, яд не смертельный. Месяц-два поболит — и всё… Примерно как мои ожоги от твоей каракатицы.

— Вы еще и мстительный, — расстроился Костик. — Валяйте, заключайте меня в шар, чего мелочиться…

Он весь поник и отвернулся, тихо ойкнув, когда потревоженные движением колючки напомнили о себе.

— Ты меня с ума сведешь, — простонал Серафим, швыряя ключи на тумбочку. — У твоей бабушки есть в доме пинцет?

Он едва не наступил на шар, подобрал его и поставил на чемодан перед Костиком.

— В шкатулке. В той же, что и зеленка, которую мы на ваши волосы извели, — ответил Костик, с надеждой глядя на Серафима. — В вас проснулось сострадание?

— И от напоминания о зеленке тут же уснуло, — буркнул Серафим. — Стой смирно и ничего не трогай, — попросил он, направляясь к люку, и тут же добавил: — Не знаю, зачем я это говорю…

Вернувшись с пинцетом, Серафим застал Костика в той же скованной позе и на том же месте.

— Надо же, какой полезный артефакт, — покачал головой Серафим. — Не отдам его хранителям, себе оставлю…

— Изверг, — горько заключил Костик, а Симеон Андреевич безмолвно зааплодировал Серафиму в своем шаре.

Серафим похлопал рукой по большому сундуку:

— Укладывайся.

— Нельзя ли накрыть чем-нибудь Симеона Андреевича? — попросил Костик. — Он не заслужил такого поощрения.

— Ты тоже не заслужил, чтобы я его накрывал, — проворчал Серафим, набрасывая на шар носовой платок.

Костик медленно, осторожно пробрался к сундуку, то и дело морщась от боли, и кое-как улегся на живот.

— Надеюсь, вы понимаете, что я вам этого никогда не прощу, — сказал он, положив подбородок на сцепленные пальцы.

— Чего именно? Того, что ты плюхнулся на кактус, хотя я тебя просил этого не делать? Или того, что я сейчас угроблю весь день на вынимание тысяч колючек из твоей тощей задницы?

— Ну, вообще-то вам сильно повезло, что я такой стройный, — заметил Костик. — Если бы на моем месте был, скажем, Симеон Андреевич, то колючек бы на нем уместилось намного больше…

— Во-первых, количество колючек от площади жертвы не зависит. А во-вторых, будь на твоем месте Симеон Андреевич, я бы не утруждался.

Серафим ухватил пинцетом первую колючку и выдернул ее.

— Ай! — возмутился Костик. — Вы же говорили, болит только при движении? Я не двигаюсь.

— А колючка двигается, когда я ее вытаскиваю, всё правильно, — успокоил его Серафим, стряхивая колючку в пустой пузырек.

— Правильно? — возмутился Костик. — То есть это каждый раз — ай — так будет болеть? Помедленнее, я отдышаться не успеваю!

Серафим невозмутимо потянулся за следующей колючкой, Костик дернулся и завопил.



Звездопад Весной

Отредактировано: 07.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться