На дороге в Амалорм

Размер шрифта: - +

16, 17

16.

 

 

- Погода совсем портится. Почти повсеместно у Большого Моря, жители перебираются с побережья, что называется, вглубь.

- Почему?

- Ветра, что сбивают все на своем пути, непрерывно дуют со стороны воды. Ираклионский Двор Чудес начал плодить исключительно двухголовых монстров. Они выходят и вещают о скором конце света… в две глотки.

- Сбываются пророчества…

Был вечер, они сидели у костра, огромного костра, что сложили адепты Братства Истинной Любви из набранного в лесу валежника и горючих остатков дракона. Ветра не было, и черный дым поднимался вверх, застилая звезды.

- Истончаются Божьи Пелены, в Сертане и Мегере уже совсем не держат. Снег, мороз и непогода пробираются за стены, - говорил один из братьев, Эрик пока различал только главу братства – Силантьева, остальные для него сливались в одну большую бородатую массу.

- Раньше снег, - уточнил другой, - теперь сплошь дожди, по дорогам не проедешь.

- Дрова дорожают, да все, что горит и дает тепло. Если остроухие… - брат-бородач покосился на Тахла, - благородные эльвы позволят, наберем дерева и перепродадим во Вриле.

- Еще бы не позволили, - подал голос другой брат, - металла-то в драконе ого-го, да и деревьев у них, на любой век хватит!

Эрик в темноте нащупал руку Лиз, сжал в своей, почувствовав робкое ответное пожатие.

- Старики говорят, перед Великим Потопом так же было, ну с погодой и вообще, - брат Силантьев подкинул в и без того яркий костер порцию сухих веток. – Истинно говорю вам, смутные, смутные грядут времена.

- Осмелюсь заметить, что могут знать, а тем более помнить старики о так называемом, Великом Потопе, по самым приблизительным, я повторюсь – приблизительным подсчетам, произошел данный катаклизм около двадцати веков назад, - конечно же их ученый не мог смолчать. – Берос Синкелл посвятил исследованию вопроса Потопа всю жизнь и даже у него, касательно данного, гм, действа, осталось больше вопросов, чем ответов.

- Может, вы сомневаетесь, что Потоп вообще был? – спросил сыскарь, толстый, закутавшись в шкуру снежного волка, он походил на огромный сугроб из которого торчала круглая голова.

- Что вы, - ученый даже вытянул руки, словно защищаясь. – Множество свидетельств, как-то: предания, следы водной эрозии на старых кладках, вдали от моря и… другие. Никто не сомневается, что огромная масса воды, если так можно выразиться, заполнила данную территорию, и про истончение Божьих Пелен, и про ураганы на побережье и даже про то, что Дворы начали плодить уродов, не то, чтобы документальные, но в устном, так сказать, виде сведения дошли до нас. Однако все это, если так можно выразиться, следствия, основной же вопрос, который вот уже много веков занимает умы ведущих потоповедов, это – причина. Почему двадцать веков назад мир, что называется, сошел с ума и почему, после некоторого времени, он же, так сказать, вернулся к норме.

- Известно почему – Боги разгневались на род людской за то, что погряз он в обмане, алчности и разврате, - важно произнес один из братьев, - только истинная любовь – равного с равным и истинные отношения – брата с братом, суть угодные божественной воле. И, если грядут снова времена предпотопные, то следовает покаяться, принять любовь, вступить в братство и спасти тем самым…

- Женщин вы тоже принимаете? – спросила Лиз, Эрик видел, что глаза девушки озорно блеснули.

- Женщин? Нет, женщин нет, - смутился брат.

- Тогда, как нам спастись, к кому примкнуть?

- Женщина – суть сосуд греха, - буркнул брат, опустив глаза и старательно рассматривая свои руки.

- Но, если все мужчины вступят в ваше братство, будут держаться подальше от женщин, через некоторое время, вы же вымрете. Только женщины могут рожать, в том числе и мужчин.

- Ну… - бородач заскреб кудлатую шевелюру.

- Брат Евсей говорит об идеальном устройстве, - пришел на выручку Силантьев, - теперешнее же состояние общества, увы, увы, далеко от идеала.

- Однако, помнится в армии графа Ательстана… - начал было старый рыцарь, но махнул рукой, то ли передумав рассказывать, то ли забыв, что хотел сказать.

- У Вомбери в его «Легендах» имеет место одна… легенда. Некоторые исследователи, в том числе и упоминаемый ранее Синкелл склонны относить ее к потопным временам, в частности, упоминаемые в начале катаклизмы, ну и прочее, мэтр Синкелл соотнес с Великим Потопом, правда это, или нет…

- Расскажите, - перебила ученого Лиз.

- Ну, я право не знаю… - Жан Элиасен взял паузу, ожидая ответных реплик, однако, никто из присутствующих, похоже, не собирался упрашивать его. Жан подождал еще немного, вздохнул. – Ка и многое у Вомбери, легенда поэтизирована, конечно, сейчас дословно уже не вспомню, слишком многими знаниями отягощен мой ум, но все же, в общих, так сказать, чертах, чтобы присутствующие получили хотя бы некоторое представление…

- Да рассказывайте уже! – буркнул сыскарь.

Жан попыхтел, но все же начал:

- «Звали его Керавн и был он потомком Богов Изначальных, юноша многих достоинств, только вошедший в зрелости пору. Родился и рос он во время войны необычной, что Боги вели меж собою. Горы тряслись, и земля сотрясалась, море рождало обильные волны, что рушили все на пути своем длинном. Грозы трясли равно небо и землю, ливни же шли непрестанно, неся с собой беды и голод».

- Грозы не трясут, а сверкают, в остальном весьма похоже на Великий Потоп. Во всяком случае, так, как мы его сейчас представляем.

– И я про то же! Далее у Вомбери упоминаются хтонические божества непогоды, которые были отвественны за катаклизмы, и против которых сражались, так называемые, хорошие боги, которые, в свою очередь, имели намерение, так сказать, прекратить, все происходящее. Наш герой - Керавн, объявлялся как бы наследником, то есть должен был занять, метафизически говоря, трон, в результате победы. Как бы то ни было, продолжим: «И вот, перед битвой решающей, решил наш Керавн на землю спуститься, дабы жизнь смертных познать и увидеть».



Владимир Лароу

Отредактировано: 09.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться