На краю расчетливости

Глава 8

  Следующий день выдался на удивление спокойным и после работы я решила пройтись пешком. 

  В голове было много мыслей. Несмотря на то, что я уверяла Машку вчера, что всё в порядке и мне абсолютно всё равно на то, что через две недели я встречусь со Славой, конечно, это была ложь.

  Мне до сих пор не было всё равно. Вроде и забывала его, когда работала, вроде и не думала о нём, ну тут откуда-нибудь услышу запах его духов, увижу человека, похожего на него, почувствую вкус корицы в кофе, совсем такой же, как готовил он мне... и всё... и опять накрывало, и опять можно было запереться дома и переживать заново все этапы моего сумасшествия. Две недели до субботы... 

  Может действительно я увижу его, встречусь глазами и мне станет легче? Может, это всё я надумала себе сама и при встрече смогу отпустить? Смогу успокоиться? На это я очень надеялась. 

 В раздумьях я спускалась по лестнице, когда меня окликнули:

-- Ксения, вы домой? -- Спросил Матвей Сергеевич и не дожидаясь моего ответа сказал: -- я вас провожу. 

 Первым желанием, которое пришло на ум - было отказаться,  но стало интересно, что взбрело ему в голову и с чего это вдруг он решил со мной пообщаться.

 За все эти пол года, что я работала, мы общались исключительно по работе. На удивление, после первых наших стычек, он прекратил меня третировать и дал спокойно работать. Просто наблюдал со стороны и, видимо, делал свои выводы.

 Я не смогла сдержать улыбку. 
-- Можно, Матвей Сергеевич, именно сегодня я решила прогуляться пешком, вот и составите мне компанию, идемте. -- Я взяла его под руку и мы зашагали по улице. 

  Был уже вечер, но солнышко еще не успело до конца скрыться за горизонт и от его мягкого света на душе было спокойно и тепло.  

  Матвей шел молча, вперив взгляд вперед и было видно, что он над чем-то очень серьезно думает.

  Когда пауза затянулась, я всё же  решила не откладывать разговор в "долгий ящик" и сама спросила:

-- Матвей Сергеевич, скажите, зачем вы меня провожаете? 

Он помолчал некоторое время и я уже подумала, что не ответит, но он произнёс:

-- Вы мне очень приятны, Ксения, извините за прямоту. Я никак не могу вас понять и разгадать, и это просто выбивает меня из коллеи, даже злит.

-- И что же конкретно вызывает у вас замешательство? 

-- Ооо, много всего. Но давай тогда сначала перейдём на "ты"?

-- Тогда Вам, то есть тебе, придётся называть меня Настей.-- Сказала  я, вспомнив, как он представлял меня сотрудникам в первый день.

  Я засмеялась и он присоединился ко мне, видимо, тоже вспоминая наше знакомство.

-- Можно, конечно, и Настей, но Ксения идёт тебе больше.

-- Ладно, договорились. Так что там с замешательством? -- Спросила я, -- можно подробнее? Интересно послушать.

  Мне действительно было очень интересно послушать, что может думать про меня такой человек. Красивый мужчина, с хорошими мозгами и определенными взглядами на жизнь. 

-- Ну я расскажу. -- Он внимательно посмотрел мне в глаза. -- Во-первых, ты очень красивая.

  Я чуть не оступилась,но он меня поддержал.
Не ожидала от него такой прямолинейности.

-- Спасибо. Но я думаю, что в этом нет загадки. 

Само собой. Когда мне позвонил Саша и попросил взять тебя на работу, я подумал, что ты просто одна из его, скажем так, - протеже. У него, последнее время их много было и все как на подбор пустоголовые и амбициозные не по делу.

 Не знаю уж,  что у него там перемкнуло, но он вроде пережил какое-то расставание сложное с женщиной "своей мечты", и пустился во все тяжкие... А, соответственно, и от тебя ждать адекватной работы не приходилось, но и отказать ему я не мог. Вот и бесился от чувства бессилия, что ничего не могу сделать. Но потом, после уже первого дня, я понял, что не всё тут так просто, как мне показалось сначала. 

 А дальше я вообще поменял своё мнение. Меня вот что смущает, у тебя голова "варит" лучше чем у многих работающих в следствии и прокуратуре сотрудников, которые сидят на своих местах по тридцать лет. 

--Спасибо. -- Снова повторила я, интересно к чему это все. 

--Но тебя не интересует ни карьера, ни сплетни, ни денежные вознаграждения… вообще как-будто ничего. 

-- Ну почему же, я стараюсь по-максимуму сделать свою работу. 

-- Я и не говорю, что не делаешь, просто как я могу судить, по жизненнлму опыту, чтобы в твоем возрасте добиться того, что у тебя есть и зарекомендовать себя так, необходимо больше, чем выполнять свою работу. Тут одержимость трудом должна быть, искра в глазах… а у тебя, извини конечно, но ее нет… 

Я хмыкнула… 
-- Только никому об этом не рассказывай, а то уволят еще. У нас ведь в органах без искры никак. -- Я сделала испуганно-наигранный вид и для пушей убедительности схватила его сильнее под руку. 

Он изучающие посмотрел на меня.