На краю заката

Размер шрифта: - +

3.3

Дерек покинул больницу на следующий день. Кьяра сидела на скамеечке возле входа и, когда Дерек появился, тотчас же спросила:

- Контролеров больше не будет? Точно не будет?

«Точно, - подумал Дерек. – Можешь и дальше облапошивать своих заказчиков».

- Откуда бы им взяться? – сказал он, внезапно обнаружив, что у него впервые с юности вспотели ладони. Он только теперь понял, насколько близок к тому, о чем все это время даже боялся подумать, а теперь у него даже в животе заныло.

Дерек спрятал руки в карманы и мрачно сказал:

- Нет. Контролеров больше нет, тебе не о чем беспокоиться, - он сделал небольшую паузу и добавил: - Теперь пришла пора выполнить мою просьбу, Кьяра.

Некоторое время они молчали. Кьяра смотрела на него так, словно хотела попросить: не надо, останься. Дерек решил сделать вид, что не понимает ее молчаливой мольбы, и тогда Кьяра едва слышно спросила:

- Ты уверен? Может, прошлому лучше остаться в прошлом?

Дерек прекрасно понял все, что она хотела этим сказать на самом деле. Усмехнулся: может, Кьяра и права – вот только он не сможет жить с этой ее правотой, если откажется.

- Нет, - ответил Дерек. – Нет, не лучше. Я выполнил свою часть договора, избавил тебя от контролеров. Теперь твоя очередь.

Кьяра устало вздохнула – поняла, что его не переубедить.

- Ладно, - выдохнула она. – Называй дату.

Дерек назвал. Какая-то часть его души в этот момент была уверена в том, что ничего у них не получится. Что Кьяра не перенесет его в теплый весенний день на много лет назад, когда мир был совсем другим, а хорошие люди в нем – живыми.

Его ударило в грудь так, что на какое-то время Дерек перестал дышать. Все краски, звуки, запахи смазались, стекая куда-то вниз и обнажая уродливую пустоту, безвременье, ничто. Дерек даже испугаться не успел, просто замер, маленький и испуганный, перед густой непроницаемой тьмой, которая охватила его и сжала в тяжелых душных объятиях. Шумело в ушах, разум ускользал в серую пелену спасительного обморока, и когда уже ничего не стало, Дерека вдруг похлопали по щеке.

- Ваша светлость! – услышал он знакомый голос. – Ваша светлость!

Его с кряхтением подняли и куда-то поволокли. Сквозь тьму стали проступать неясные очертания каких-то предметов, и Дерек обрадовался этому, как ребенок подарку на новый год. Тьма больше не была пустой, он выжил, у Кьяры все получилось.

- Дьявольщина, - пробормотал Игорь, его ассистент. – Неужели артефакты… Ваша светлость!

Дереку стало радостно чуть ли не до слез. Игорь был жив, он еще не умер в муках от легочного жабса. Все получилось, все было хорошо. В лицо ударили капли воды, и почти сразу же Дерека накрыло вонью нюхательной соли, настолько резкой, что мертвого можно было бы поднять из гроба.

Дерек открыл глаза и первым, что он увидел, был портрет его величества Пауля на стене. На портрете лежали пятна солнечного света, муха беспечно ползла по носу государя. В открытое окно дул весенний ветер, нес запахи цветущих абрикосов, земли и воды. Дерек шевельнул головой, и в поле зрения сразу же возник знакомый стол с бумагами и книгами и перепуганная физиономия Игоря.

- Хвала Господу! – воскликнул он и на всякий случай снова поднес к носу Дерека омерзительно пахнущий пузырек. Дерек отодвинул его руку и с трудом смог спросить:

- Что случилось?

Игорь только руками развел. Весь его вид говорил о том, что он считает себя виноватым и не знает, как искупить вину.

- Вы упали, ваша светлость, - промолвил он. – Я относил бумаги к Шунцу, пришел, а вы на ковре. Позвать медикуса?

- Нет, - отмахнулся Дерек. – Все в порядке…

Он скользнул взглядом по кабинету – да, это место выглядело в точности таким же, как и во времена его министерской работы. Вот знакомые книги в шкафу, вот скромная дверка в комнату отдыха, вот огромный глобус возле окна… Кьяра сумела отправить его в прошлое, и старый мир лежал перед Дереком подобно пациенту на столе хирурга.

Мир ждал, что он все исправит.

- Мне нужен магофонический аппарат, - во рту было сухо и горько, и Дерек испугался, что его сейчас вырвет. – Проводи меня в переговорную.

Игорь кивнул и помог ему подняться на ноги.

Говард, старый друг и бургомистр Эверфорта, городка на севере, откуда Дерек был родом, ответил сразу же, очень обрадовался, узнав, кто именно звонит, и незамедлительно пригласил:

- Дружище, да бросай ты свою столицу! У нас бочки с осенней медовухой вскрыли, запах – ума лишишься! Вот всю жизнь будешь жалеть, что не попробовал!

Дерек откинулся на спинку кресла и закрыл лицо ладонями. Ему стоит сказать всего несколько слов – и мир окончательно изменится.

- У вас в полицейском отделении работает Эдвард Гресян, - произнес Дерек. – Есть такой?

- Эд? Есть, конечно. Лопух он редкостный, но старается.

Дерек мысленно усмехнулся. Знал бы Говард, кого он называет лопухом!

- Его настоящее имя – Миша Мейерн, - сказал он, и бургомистр удивленно ахнул.

- То есть, ты хочешь сказать… Родственник Мейерна? Того самого?

Тот самый Мейерн когда-то устроил переворот, пытаясь лишить короля Пауля престола. Дерек кивнул.

- Он его сын. Говард, парня нужно срочно арестовать и поместить в тюрьму. У меня есть неопровержимые доказательства того, что он серийный убийца, и скоро в городе начнут умирать девушки из ваших.

Говард молчал несколько долгих минут, так что Дерек даже проверил, не оборвалась ли связь. Все было хорошо, огонек на крышке аппарата горел зеленым, а стеклянные трубки через равные промежутки времени наполнялись пузырящейся жидкостью.

- Это точно? Ты гарантируешь? – наконец, спросил бургомистр, и Дерек подумал, что любит своего старого товарища именно за эту веру.



Лариса Петровичева

Отредактировано: 09.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться