На одной сцене

Глава 12.

Солу увели.

Я до сих пор стояла и молчала, пытаясь все переосмыслить. Тренер что-то усердно пыталась объяснить полицейским, стоящим возле нее.

Мигалки машин так и мерцали, переливаясь из красного в синий. А мы с Чимином лишь наблюдали все это со стороны. В моих глазах уже почти не оставалось надежды. Сколько всего произошло, и все из-за какой-то роли. Обидно, обидно и досадно за Солу. Как она могла так поступить? Сердце разрывалось в груди... Почему же так больно? Что двигало Солой, когда она так поступила? Почему?..

По моим щекам потекли еле заметные слезы. "За что мне все это?" — так и вертелось у меня в голове. Но показывать слабость я не должна, как бы мне не хотелось, поэтому я быстро вытерла слезы и развернулась в сторону дворца.

— Саран?.. — позвал меня Чимин.

— Мне нужно репетировать... — отрезала я, не дав ему вставить и слова.

Внутри все болело. Оно разрывалось, раскалывалось на мелкие частички, которые потом вряд-ли можно будет собрать обратно. Было ощущение будто весь мир обернулся против меня, прожигая своими кровавыми взглядами. А я ведь просто встала на роль солистки... И что? Что в этом такого? Что такого в том, что я хочу проявить себя? Ничего, вот именно. Каждый имеет право показать себя с другой стороны. Но почему мне не дают этого права?..

Уже не сдерживая слезы, я забежала в пустую раздевалку и упала на пол, прижавшись к стенке.

— Почему?.. Почему?.. Почему, почему почему? — других слов у меня уже не было. Я рыдала, рыдала долбясь головой об стенку и до боли сжимая свои волосы. Как я дожила до такого?

Неожиданно открылась дверь, и в нее вошла Мунбёль. Увидев меня в таком состоянии, она пошатнулась и мигом подбежала ко мне.

— Эй, прекрати! Ты же делаешь только хуже! — вскрикнула она и подставила свою руку между стенкой и головой. — Не нужно, успокойся! — сказала она и обняла меня. Обняла. Представляете? Не треснула, не унизила, не посмеялась, а успокоила. Мои слезы вмиг высохли и я обняла ее в ответ. Такая теплая, добрая, Мунбёль сжала меня ещё крепче.

— Я понимаю, как тебе сейчас тяжело, но это не выход, — начала она, — причинять себе вред совсем не нужно, — сказала она и посмотрела мне в глаза. — мы с тобой, не бойся, не будет рядом Солы, так мы будем здесь.

— Вы? — прервала я ее, — кто вы?

— Ну...  — неуверенно начала она, — Наш тренер, Чимин, твоя мама... Я уверена, она будет смотреть трансляцию премьеры! Ну и, в конце концов, я...

— Ты?..

— Да, я знаю, у нас с тобой складывались не лучшие отношения, но я думаю ты помнишь, почему они были именно такие...

— Да я помню, — вновь не дала я договорить, — спасибо,— и обняла. Настолько крепко, как только могла. Несмотря на то, что эта та самая Мунбёль, которая постоянно гнобила меня, я бы просидела здесь вечно, ведь она поддерживала меня по-настоящему. Но увы, мне нужно готовиться к премьере, которая начнется совсем скоро...

* * *

— Ах это платье, как же оно жмёт! — пыталась не задохнуться я в туго затянутой пачке.

— Ну что поделать, тебе была дана неделя на диету, — ответила мне тренер, ещё сильнее затягивая.

— Ау!

— Цыц! Зрители уже в зале, готовься! — бросила она и побежала прятаться за кулисами, оставив меня одну на сцене. 
Занавес ещё был опущен, но я слышала шум со стороны зала. Разные голоса пытались что-то сказать или перекричать друг друга. Вот начала подтягиваться массовка, вставая на свои изначальные места. Сердце бешено колотится, а дыхание так и срывается. Как же страшно. Все было будто в замедленной съёмке. Где-то с задних рядов со своего места мне помахала Мунбёль, а Чимин из-за кулис показал мне кулак тыльной стороной, будто бы призывая меня стукнуть об него. Я слегка улыбнулась и ответила ему тем же жестом, но издалека. Что-то вроде воздушного поцелуя, но по-дружески.

Но вот раздвигается занавес, и моему взору предстала очень зрелищная картина. Сотни голов выглядывали из-за кресел и смотрели прямо на меня. Десятки фонарей, сафитов, разных цветов смешивались в яркую палитру. Как красиво... Волнение сразу испарилось. Моя уверенность вновь вернулась, с удвоенной силой. Заиграла музыка, и я начала двигаться. Двигаться плавно, перетекая из одной позы в другую. Я уже ни о чем не думала и полностью слилась с мелодией. Руки и ноги сами делали свое дело, работая в полную силу. Пачка красиво прыгала в такт движениям и музыке. Все вокруг кружилось, переливаясь из ярких вспышек в счастливые лица, красивые костюмы, узорные кулисы, хлопающие ладоши. Краем глаза я заметила камеры, стоящие в зале. "Да!" — пропела я в своей голове, ведь моя мама увидит как я танцую. На секунду я встретилась взглядом с Чимином, стоящим за кулисами. Он был удивлен, крайне удивлен. Он восхищался. Спросите кем? А я отвечу — мной. Хотите верьте, хотите — не верьте. Мне самой было трудно это сделать. Но он и в правду восхищался, это читалось в его глазах. Чимин восхищался такой как я. Такой неуклюжей, странной и глупой...



Марина Чон

Отредактировано: 11.06.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться