На острие меча

Размер шрифта: - +

9. Варлеты

Спала Уна еще более чутко, чем обычно: не получалось расслабиться в седле. Как только она наклонялась в ту или иную сторону, или когда мерин дергал поводья, она тут же просыпалась, но через мгновение глаза вновь начинали закрываться. Голова была тяжелой, как молот, и постоянно клонилась вниз. Ноги затекли. Уна привыкла останавливаться и отдыхать, когда захочет, но опасность позади вынуждала ехать дальше.

Изайя тоже подремывал, как мог, а Лорелея и вовсе уснула, крепко держась за лорда Галлена. Один только милорд не сомкнул глаз – прислушивался, не раздастся ли позади стук копыт. Но его исчезновение пока никто не заметил, и всадники спокойно продолжали путь.

Когда солнце поднялось над горизонтом, и бледный рассвет превратился в солнечное утро, они окончательно расслабились. Деревья по бокам тропы поредели, и до города оставалось не так долго ехать. Разбойники уже не успеют их догнать. И не осмелятся приблизиться к городу.

Уна протерла глаза, пытаясь проснуться, и провела языком по губам. Очень хотелось пить, и живот урчанием напоминал, что она не ела почти целые сутки. Лорелея думала только о том, как спасти лорда Галлена, и ей не пришло в голову прихватить из лагеря хотя бы сухари или фляжку воды.

Уна подняла на нее глаза. Рыжеволосая разбойница прижималась к лорду Галлену и, судя по всему, дремала. Ее длинная рыжая коса опускалась до самой луки.

– Далеко еще до города? – поинтересовалась Уна.

– Скоро приедем, – отозвался Изайя, разминаясь в седле. – Спина устала. Если бы за мной сидела такая красавица, как за милордом, все бы мигом прошло.

Он кинул на Уну взгляд, полный шутливых намеков, и та отвернулась. Раньше она бы легко пропустила его слова мимо ушей или отшутилась, но после вчерашнего тяжелее было это сделать. Изайя вернулся за ней. Не за лордом Галленом и его деньгами, а за ней. Может ли быть… Нет, Уна не могла допустить мысли, что нравится Изайе. Она далека от образа прекрасной дамы. Нескладная. Ненормальная.

Она расплела растрепавшуюся косичку, пригладила светлые волосы, как могла, без гребня, и заново заплела косу. До приличной длины еще далеко.

Наконец, деревья уступили место равнине, и впереди на тракте показался город. Над крышами домов возвышался церковный шпиль. Город растянулся влево, к реке Наясе, и всадники свернули туда же на подступах к домам. Земля была истоптана десятками лошадей, очевидно, принадлежавших ромни. Долго искать их не пришлось: всадники сразу же заприметили фургоны недалеко от воды, а также лошадей и костер. Вокруг уже суетились люди в пестрых одеждах. Некоторые поднялись им на встречу, остальные продолжили заниматься делами.

Вперед вышел стройный широкоплечий мужчина с козлиной бородкой, в красной рубахе и аляповатом кушаке. Он обвел приезжих взглядом и широко улыбнулся при виде наемника.

– Изайя! Ту ас унерос а чарын!

Изайя с улыбкой ответил что-то на роминском, и мужчина перевел взгляд на милорда.

– Лорд Галлен, надо полагать. Рад встрече.

Ромни поклонился, но в этом жесте чувствовалась насмешка. Однако не такая, с которой лорд Райкон смотрел на «отцеубийцу», а насмешка человека, не признающего власть лордов и королей. Ромни себе на уме, их единственный властитель – лидер группы, атан, который избирается самими ромни. Судя по всему, этот мужчина и был атаном.

Все спешились, и милорд попытался проявить дружелюбие, пожав ромни руку. Тот притянул милорда к себе и обнял его, похлопал по спине, словно старого знакомого.

Уна тоже спрыгнула с гнедого мерина и почувствовала, как подгибаются ноги. Краем глаза заметила, что Изайя потирает поясницу. Лорелея не так устала, поскольку не провела весь предыдущий день в седле. А лорд Галлен, если и мог пожаловаться на самочувствие, не подал виду перед атаном.

– Меня зовут Айло Эллери, – представился атан. – Проходите, чувствуйте себя как дома. Мы как раз собирались завтракать.

Он вел себя так, словно знаком с ними сто лет и ожидал их всех в гости. Ни словом не обмолвился про уговор с Изайей, только сделал знак рукой одному из мальчишек, и тот принес наемнику кинжал.

– Можешь оставить себе, – сказала Уна, когда Изайя протянул ей клинок. – Вернешь, когда раздобудешь себе оружие.

– Я буду охранять твой покой этим кинжалом, – улыбнулся он.

Забаву Уна увидела среди прочих лошадей – отдохнувшую и довольную.

Ромни распрягли своих коней, на которых приехали четверо всадников. Айло широким жестом пригласил всех сесть у костра, и Уна с облегчением опустилась на землю, вытянув ноги. Но еще больше обрадовалась, когда смуглая девочка принесла им воды. Уна с Изайей опустошили целый бурдюк.

За завтраком о делах тоже не говорили. Ромни, в основном, переговаривались на своем языке, не желая посвящать чужаков в свои дела. По их взглядам и улыбкам Уна догадалась, что они обсуждали каждого из приезжих. Все ромни выглядели по-разному: темно– и светловолосые, загорелые и белокожие, с глазами всех цветов. Они любили ярко одеваться и вместе с обычными дорожными одеждами надевали платки с цветочными узорами, яркие шарфы, кушаки, расшитые жилетки и блестящие украшения.



Александра Караваева

Отредактировано: 15.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться