На расстоянии взгляда

Глава 36.

- Я люблю тебя, мой мальчик, - слышал я отдающийся эхом женский голос где-то поблизости. – Люблю тебя.

Губы сами собой растянулись в улыбке, но глаза все еще оставались закрытыми.

Я знал этот голос. Помнил его. Помнил эти слова и эту женщину.

У нее были длинные белокурые вьющиеся волосы и золотисто-карие глаза. Отец как-то, находясь в пьяном угаре, рассказывал, что когда они познакомились, она была похожа на луч яркого солнца. Возможно, именно поэтому она и смогла произвести на него такое сильное впечатление. В этом мужчине было слишком много льда и ненависти к миру. Только такая солнечная женщина могла однажды заставить его сердце оттаять.

- Я люблю тебя, мам, - отвечаю я, не задумываясь ни на секунду, открывая, наконец, глаза.

Я действительно скучал по ней все это время.

- Вставай, сынок, а то мы опоздаем.

Не совсем понимая, о чем она говорит, поднимаюсь с постели и иду за ней, совершенно не замечая того, что мой рост стал намного ниже обычного. Таким, словно мне снова было шесть лет.

Яркая вспышка белого света ослепляет меня, и кадр резко сменяется.

Мы стоим возле окрашенного во все цвета радуги небольшого здания, и я держу маму за руку. Ее глаза печальны, но не настолько, чтобы я мог о чем-то догадаться. Она говорит, чтобы я вел себя хорошо сегодня, и что она скоро за мной вернется. Я не хочу ей верить, но почему-то верю.

- Люблю тебя, - произносит она в который раз, и я смутно начинаю понимать, что к чему.

Она больше за мной никогда не вернется. Я ей не нужен.

Новая вспышка уносит меня в другое видение.

Я снова взрослый. На мне модные джинсы, на которые я заработал сам, а в зубах сигарета – уже тысячная за этот день.

Я чувствую себя королем мира, ведь рядом со мной идет потрясающая девушка, которую я смог завоевать. Я лучший в этом деле. Это все знают.

- Я люблю тебя, - шепчет она мне на ухо. Ее блондинистые волосы щекочут мне щеку. И только в этот момент я осознаю, кого она мне все время напоминала. Эта девушка очень похожа на мою мать. Слишком похожа, чтобы я мог верить ее словам. Но я верю ей. Снова. Как и той, что оставила меня одного сидеть до закрытия детского сада и дожидаться приезда непутевого папаши, который с горя решил в тот же вечер напиться.

- Я люблю тебя, - механически отвечают мои губы белокурой девушке перед тем, как позволить ей себя поцеловать.

Еще одна вспышка переносит меня домой, где я, держа в руке бутылку виски, пишу своему старому приятелю-татуировщику.

Я должен выколоть на своем теле обещание держаться от этих трех слов подальше. Я должен перестать идти на поводу у женщин. Принципы всегда для меня будут важнее.

Никаких вспышек больше нет, зато мягкий теплый свет переносит меня гораздо ближе к тому, что есть в моей жизни теперь.

- Я люблю тебя, - говорит та, что заставила меня усомниться во всем, что я до некоторых пор считал правильным. Заставила усомниться в самом себе и верности своих решений.

- Я люблю тебя, - отвечаю я ей с давно несвойственной моему голосу теплотой, уже зная, что это не приведет нас ни к чему хорошему.

- Ты врешь мне, - произносит Юля, чуть отстраняясь. Ее брови нахмуриваются. – Я знаю, что врешь.

- Нет же, нет! – кричу я, а она сползает с моих колен и отходит в сторону, подальше от меня.

- Ты просто использовал меня все это время, - по ее щеке скатывается одинокая злая слезинка. – Ты позволял ей издеваться надо мной. Ты даже не смог отказаться ради меня от этой не нужной никому свадьбы.

- Я хотел! Правда, хотел! – пытаюсь оправдаться.

Мне действительно хотелось покончить со всем этим, когда я понял, насколько сильно погряз, но мне так и не удалось заставить себя сделать это, пожертвовав всем.

- Не верю, - в нежном голосе девушки вдруг появился металл. – Твое сердце уже давно тебе не принадлежит. Ты сам это сделал. Ты сам запретил себе чувствовать.

Ее глаза не были грустными. Они были полны презрения ко мне.

- Прощай, - сказала она, разворачиваясь в сторону двери и спешно удаляясь.

Новая ослепляющая вспышка заставила меня проснуться, не до конца осознавая, где я вообще нахожусь. Границы между сном и реальностью почти полностью стерлись.

Сощурившись от яркого света, взглянул через открытое окно на противоположный дом, в окнах которого отражался яркий солнечный блик, так резко заставивший меня проснуться.

Проведя ладонью по лицу, пытаясь немного взбодриться, широко зевнул, а когда повернул голову в сторону своей гостьи не смог не улыбнуться. Шатенка, спящая на соседней подушке, была прекрасна. Наверно лучшая из всех девушек, что мне когда-либо доводилось видеть спящими.

Не сдержавшись, кончиком пальца аккуратно убрал в сторону упавшую на ее лицо тонкую прядь.

Мы все-таки сделали это. Мы провели эту ночь вместе, как бы я ни пытался оттянуть это событие на более спокойное время для нас обоих. Раньше я не был джентльменом, предпочитая брать желаемое в удобный для меня момент, но именно с Юлей решил, что стоит дать ей немного времени на размышление. Меньше всего я хотел, чтобы она жалела о том, что случилось между нами. Я уж точно не жалел. И, черт возьми, я давно не чувствовал себя с женщиной настолько хорошо, как с ней. Возможно, что даже никогда. Определенно никогда раньше ничего подобного со мной не было, хотя случалось со мной многое.