На свободе

Глава 5

Ева. 
Не знаю, как это назвать, может временное помутнение разума? Но очнувшись, в темноте палаты, и нечего не помня для меня это норма? Кто я и почему нахожусь здесь? Но самое противное конечно не это, а трубки во рту, руках и даже в носу. Двигать телом не получалось, а из-за этих приспособлений я уже не могла дышать. Пикающий звук уже орал как сирена, мне казалось это не закончиться. Но в палату забежало, очень много людей в халатах, они были и в голубом и в белом цвете. Мужчина с карими глазами внимательно осматривал меня, пока убирал приспособления с моего лица. Кто-то шептал. 
- Это просто чудо, какое то. 
Этот мужчина, светил фонариком мне в глаза, хотелось стукнуть его или закричать на него, но сил не было, и я снова провалилась куда-то, откуда и пришла. 
- Милая, я так тебя люблю. Вернись ко мне.

Нежные поглаживания руки, так приятно успокаивали. Я помню этот голос, это моя мама. Но почему я не помню, чего то ещё? Какой то главный кусочек моей жизни пропущен. Открыв глаза, я посмотрела на обеспокоенную женщину, её синие глаза были обрамлены густыми черными ресницами. Маленькие морщинки совсем не портили её лицо, а наоборот придавали женственности и даже, какой то мудрости. Мама смотрела на меня и часто моргала, как будто не верила своим глазам. Мы долго смотрели друг на друга, она плакала, а я сосредотачивалась, пытаясь сжать её руку. У меня получилось, хоть это и был еле уловимый жест. Весь день, приходили врачи, они были разных возрастов, но все как один делали очень умный вид и говорили непонятные слова.

*** 
Две недели, я пыталась совладать со своим телом. Оно никак не хотело меня слушаться, добрые врачи говорили, что это атрофия мышц, от долгого лежания без движений. В первую неделю я заново научилась двигать своими руками, и говорить. Это было очень большое достижение для меня, мой голос был похож на карканье но, не смотря на это, я старалась больше разговаривать, пока мой голос не пропадал совсем. Ко мне приходили друзья, Лейла и Дмитрий, они так радовались моим успехам. Только вот очень обидно, что я совсем не помню их. Но они так светились, вокруг них была своя особенная аура, как Дмитрий бережно относился к хрупкой Лейле. Утирал ей слезы, а она так смешно и быстро рассказывала, как она скучала и верила, что я сильная и всё смогу. Всё было так замечательно, только вот, мне кого то или чего-то не хватало. Я не могу объяснить эти чувства. Сейчас я собираюсь сделать свои первые шаги, стоя рядом с кроватью, мои ноги пошатываются и дрожат, но я очень хочу ходить. Даже из тех соображений, по поводу утки для похода в туалет. - Ева! 
В палату зашла обеспокоенная мама, и побежала в мою сторону, я хотела показать ей первые шаги, но мои ноги заплелись, и я с грохотом упала на пол. Надо было видеть её лицо, я чуть не рассмеялась ей в лицо, можно подумать я падала с десятого этажа. 
- Мам, ты чего? 
- Ева, солнышко, тебе ведь нельзя падать. 
Она помогла мне подняться, и почти затащила на кровать, бережно укрывая при этом одеялом. Так приятно, когда есть, кому за тобой ухаживать. Но за эти две недели, мне уже казалось этой заботы слишком много для меня. Я хотела поскорее прийти в себя и отправится домой. Вечером, всё-таки отправив маму отдыхать, я снова пыталась делать шаги, и это неплохо уже получалось. До того момента пока в палату не зашел мужчина, его волос был покрыт сединой. Эти теплые карие глаза были так знакомы. Забыв про свои возможности, я сделала шаг вперед и повалилась на пол. Мужчина подхватил меня в полете, и внимательно осмотрел моё лицо. 

- Добрый вечер. 
Тихо произнесла я. Он помог мне, лечь обратно в постель и посмотрел грозным взглядом отца. Так же тихо я спросила. 
- Вы ко мне? 
- Да, Евочка я к тебе.



Ignatieva Kaleria

Отредактировано: 10.12.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться