На задворках галактики -3

28

****

Поздним утром в парке госпиталя Главразведупра было по обыкновению многолюдно. К этому времени уже успевал закончиться врачебный обход, завершались процедуры и можно было погулять до полудня. Одетые в одинаковые синие пижамы, выздоравливающие бродили средь деревьев и ровно остриженных кустов, сиживали на лавочках и в беседках или собирались в стайки и что-то обсуждали.

Херберт Уэсс расположился в самой дальней беседке. Исполинские дубы колыхали на ветру ветвями и наводили умиротворённое настроение. Уединению Уэсса никто не мешал, но конечно же он прекрасно понимал, что с него не спускают глаз. Неназойливый надзор, увеличенная степень свободы. На территории госпиталя он был волен ходить куда ему заблагорассудится, и что его поначалу удивило, о том что он пленный велгонский офицер, в госпитале знал ограниченный круг лиц. Уэсс даже успел завести нескольких знакомых, с одним из них, немногословным прапорщиком со статью тяжёлоатлета, он частенько по вечерам играл в шашки.

Сегодня Херберт облачился не в пижаму, сейчас на нём был одет цивильный костюм расхожего в столице покроя, коричневые кожаные ботинки и узкополая шляпа. Он сидел и ждал Эльбер, которая накануне вечером сообщила, что возьмёт его с собой на загородную прогулку. Уэсс не удивился, услыхав про прогулку, ему казалось, что с некоторых пор его уже ничто не способно удивить. И он бы не удивился, если бы доктору Викс разрешили прогулять его только в её обществе и точно также не удивился бы, заявись с нею взвод автоматчиков.

Эльбер подошла к беседке совсем тихо; задумавшись, Уэсс не услышал её шагов. Одета она была в расстёгнутый плащ, под которым виднелось облегающее фигуру синее платье, из-под дамской шляпки выглядывали светлые локоны, высокие сапожки на застёжках и сумочка через плечо – всё это смотрелось на ней для Херберта непривычно. Он, конечно, не ожидал, что она появится во всегдашнем своём белом халате и накрахмаленной белой пилотке, но всё же лицезреть доктора не в униформе стало для него неожиданностью. Следом за Эльбер не преминул появится «охотник». Офицер в вольногорской форме, не намного старше самого Уэсса, естественно, никем, кроме «охотника», быть не мог.

— Доброе утро, — поздоровалась Эльбер, приветливо озарив своё лицо улыбкой.

Уэсс поднялся и ответил: «Здравствуйте, Эльбер». И кивнул «охотнику», быстро осмотрев его с ног до головы. Ответный взгляд офицера был сродни отсверку огня на лезвии клинка. Похоже, вольногора не особо радовала перспектива провести несколько ближайших часов в качестве конвоира.

— Это штабс-капитан Масканин, — представила его доктор Викс. — Очень надеюсь, вы поладите.

Уэсс вежливо улыбнулся, но встретив взгляд «охотника», ощутил раздражение. Это что же, он всю дорогу будет так глазами дыры в нём прожигать? Смотрит как на труп, ей-богу! Благодушное настроение Херберта быстро улетучивалось. Не могли что ли приставить к нему кого-то, кто не стал бы так откровенно выказывать враждебность?

— У вас приказ действовать мне на нервы? — ледяным тоном спросил он у вольногора.

Штабс-капитан, казалось, и ухом не повёл. По Эльбер было заметно, что она внутренне напряглась, никак не ожидая, что обещанная ею прогулка начнётся с распри.

— Максим, — повернулась она к «охотнику», — давайте не будем устраивать войну!

— Простите, Эльбер, но лицедейничать не приучен, — Масканин невозмутимо перенёс внимание на Уэсса и сказал ему в глаза: — Насчёт вас, капитан, у меня иной приказ. И приказ этот мне не нравится. Очень я, знаете ли, обрадовался, когда узнал, что придётся нянчить велгона.

— Максим! — попыталась осадить его Эльбер. — Я ведь тоже велгонка.

— Вы – другое дело. Вы – наша. А он, простите, пока ещё нет.

Доктор глубоко вздохнула.

— Я вас прошу, Максим, давайте не будем нагнетать обстановку, а?

Масканин невозмутимо выдержал её взгляд.

— Да, вы правы, — отозвался он.

— Тогда идёмте, господа.

И она пошла первой, не оглядываясь и сохраняя молчание. На стоянке у КПП Эльбер показала рукой на красный ирбис, распахнула дверцу со стороны водителя и жестом пригласила спутников в машину. Уэсс уселся спереди, Масканин разместился на заднем сидении. И как только хлопнула последняя дверца, Эльбер повернула ключ зажигания и нажала на газ. Ирбис плавно выехал из ворот.

Машина неслась по пригородной дороге, влившись в вереницу легковушек, редких автобусов и порожних грузовиков с открытыми кузовами. Вдоль обочин мелькали огороженные невысокими тынами деревянные и каменные дома, проплывали яровища – поля к началу ноября уже давно успели засеять.

У развилки Эльбер притормозила, свернув на дорогу к уездному городку Бугульменску.

Каких-либо глупостей от Уэсса Масканин не ждал, но держался настороже. Историю велгонского капитана Максим знал от Безусова, знал, что его не ломали, а наоборот – очень старательно обхаживали. Уэсс зачем-то был очень нужен Безусову и Семёнову. Ведал Масканин и то, что капитана ждёт впереди – то, что должно произойти через час-другой. И честно себе признаваясь, Максим не хотел бы оказаться на его месте. Что будет, то будет, — решил он. Главную роль в предстоящем действе должна играть Эльбер Викс, а ему, Максиму, отведена роль скорее свидетеля. И если Безусов не ошибается в Уэссе, то Масканин этой ролью и ограничится.

Ирбис мчал по дороге, Эльбер продолжала молчать. Молчал и Масканин. Уэсс то поглядывал на дорогу, то бросал взгляды на доктора. И наконец, он не выдержал:

— Куда мы едем?

— В Бугульменск. Уже недолго осталось.

— Не скажу, что я заинтригован… — Уэсс обернулся к Масканину, но враждебного взгляда, как он того ожидал, не встретил. — У нас какое-то дело в этом Бугуль… Бугульменске?