На задворках галактики

Размер шрифта: - +

глава 9

Часть III

 

НОВОРОССИЯ

 

Глава 9

 

Середина ноября 152-го года э.с. Новороссия.

 

Небо в этот утренний час было безоблачным. Ало-жёлтое приморское солнышко, встающее над горизонтом, уже рассеяло ночную темень. На море почти что штиль. Наверное, это не редкость здесь в Памфилионе. Такая погода, говорят, чуть ли ни круглый год господствует в крупнейшем портовом городе Новороссии, раскинувшемся на десятки километров вдоль побережья тёмного моря.

Памфилион не был торговым портом, суда торгового флота гостили у его пристаней редко, куда чаще в коммерческих гаванях появлялись пассажирские лайнеры и само собой местные рыбацкие траулеры. Памфилион являлся главной базой русского флота, поэтому стоящие на рейде боевые корабли воспринимались здесь чем-то обыденным.

Хельга чувствовала нарастающее эмоциональное утомление. Плыть по течению, покорно сложив крылышки и предоставив ему свою судьбу, претило её натуре. Не для того она однажды покинула всё то, что было ей дорого с детства, не для того она приняла когда-то предложение Краснова. Что поделать, против натуры не попрёшь. Первые дни в Памфилионе она втихую психовала, оказавшись вместе с Яремой под домашним арестом, хотя пребывание в уютном домике в пределах городской черты слабо соответствовало понятию ареста. А Красевич, так он воспринимал всё это внешне спокойно и кто знает, может и внутренне. Теперь же вот торчать им здесь в ожидании некоего господина Острецова. Хельге это быстро наскучило. Прохаживаясь вдоль усыпанного гравием берега, да держа над головой купленный по случаю, точнее по пути сюда, в памфилионском магазинчике солнцезащитный зонтик из белого атласа, она томилась ожиданием. Что-что, а такой добродетелью как безропотное ожидание она не отличалась. Другое дело, что из года в год постоянно приходилось совершать над собой героические усилия.

— Ну и сколько нам ещё тут торчать? — вопросила она, подойдя к Красевичу, невозмутимо рассматривавшему красоты бухты.

Ярема оторвался от созерцания гребёнки разнородных пирсов с пришвартованными флотскими гидросамолётами, буксирами и торпедными катерами. На её вопрос он просто пожал плечами и рассеяно улыбнулся, мол, откуда ему знать?

Яреме сейчас хотелось броситься в море, пусть оно уже не тёплое летнее, но всё-таки море. Сдерживало его только присутствие их «попечителя», приставленного к ним сразу после прохождения таможни. Вспоминая, как их встретила у трапа лайнера местная контрразведка, Красевич ухмыльнулся. Всё произошло мягко так, вежливо и убедительно. А потом несколько дней в приличном домике на городской окраине, нечастые визиты представителей «конторы» и почти никаких вопросов. Он припомнил как удивился, впервые услышав этот архаичный жаргонизм, на его родной планете так давно уже не говорили. Если бы не связь с болтающимся на орбите Еронцевым, то имел он в виду все эти местные «конторы». Еронцев передал слова старика: «не плевать против ветра и не противиться вниманию жандармов». Ну что же, Краснову видней, рассудил тогда Ярема, сам старик вместе с остальными ребятами благополучно был доставлен на остров Антика, расположенный посреди тёмного моря, и видимо наладил контакт с представителями военной власти. От Еронцева Ярема и Хельга узнали, что группа ушла из Фалонта на субмарине какого-то Йенса. Связь с «Реликтом» Пётр Викторович, находясь на борту субмарины, поддерживать не мог, отчего капитану стоило немалых трудов не терять подлодку из виду. И путешествие на субмарине затянулось, под водой она давала едва ли девять с половиной узлов, только по ночам на непродолжительное время подводники рисковали всплывать и идти на дизелях, но и тогда скорость была немногим больше двадцати узлов. Судить о тактико-технических данных подводной лодки Ярема конечно не мог, но предполагал, что по здешним меркам она не была устаревшей. Мда, девять с половиной узлов на аккумуляторах, да и то, это наверное самым полным ходом… Вспомнить бы ещё сколько составляет здешняя морская миля, Сашка Кужель как-то говорил, что около тысячи девятисот метров. Интересно, в сторону уменьшения или увеличения его «около»? Тем не менее, Ярема слегка позавидовал белой завистью друзьям, ведь и сам бы не отказался от столь экзотического путешествия.

От Еронцева же он знал, что старик с ребятами пребывали на субмарине две трети маршрута, потом держась в нескольких милях от территориальных вод Новой Бразилии, подлодка встретилась с эсминцем ВМС Новороссии, который доставил ребят, Йенса и какого-то Гюнтера на Антику.

Красевич бросил украдкой взгляд на их «попечителя». Жандармом тот не был, даже как бы наоборот – из разведки. Почему жандармы отдали их, Яреме по большому счёту было плевать. Ему было интересно другое, судя по эмблемам на погонах и по званию ротмистра, офицер был кавалеристом. Сюда бы Кочевника, подумалось Яреме, тот бы хоть какую-то мысль дельную выдал, нахрена на этой планете при имеющихся машинах, танках и общем уровне моторизации войны, нужна кавалерия. Выходит, что нужна. Не дураки же все вокруг. А ротмистр чем-то ему и Хельге понравился. Вежливый, гордый и слегка отчуждённый. Да ещё по-видимому «собрат» по ментальным способностям и если это в последствии подтвердится, тогда ясно почему жандармы их отдали и почему на мозги никто не капал. Два Георгиевских креста украшали китель ротмистра, значит, как успела объяснить Комета, боевой офицер, а не кадровый разведчик. Георгием по статуту награждали только на поле брани. Хельге офицер понравился сразу, подобные типажи имели на неё давно известное влияние, резко подстёгивавшее выработку феромонов. Но она была буквально поражена его стальной улыбкой. Половина зубов ротмистра являлись стальными протезами. У Хельги просто в голове не укладывалось, что здесь на Темискире медицина не умеет выращивать новые зубы взамен потерянных. Боясь вызвать отторжение, она осторожно поинтересовалась у ротмистра, как с ним такое произошло. Но вопреки хельгиным опасениям, он не усмотрел в её вопросе ничего странного, а может, виду не подал. Просто пожав плечами, ответил, что была рубка, лошадь под ним убили. Очнулся с забинтованной головой в медсанбате, в тот же день отправили в эвакоприёмник, потом в стоматгоспиталь…



Александр Валидуда

Отредактировано: 03.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться