Начальство бывает разное

-25-

В особняке царила уютная и непринужденная атмосфера. Родители не могли оторваться от вновь обретенных чад и беспрестанно благодарили детективов за оказанную помощь. Виктор сослался на срочные дела и удалился, пообещав заглянуть в ближайшее время, дабы урегулировать оставшиеся мелкие вопросы. Воронов не переставал твердить, что теперь он находится в вечном долгу перед Хоффманом, и сделает все, что тот от него попросит. Самаэль же только отмахивался, уверяя, что ему хватит скромного вознаграждения.

Оливия удобно устроилась в глубоком кресле возле камина, поджав под себя ноги, и с улыбкой наблюдала за тем, как Алина и Петр возятся друг с другом, а остальные братья не могут перестать смеяться, так весело им было наблюдать за кутерьмой младших. Елизавета, пропажа которой вызвала настоящую панику, отыскалась среди толпы задержанных на кладбище последователей. К несчастью, Копош успел засорить ей голову своими фанатичными суждениями, и девушка наотрез отказалась слушать доводы комиссаров и чтецов.

Комиссарами называли вампиров, в чьи обязанности входило вести допрос вампиров, нарушивших кодекс. Эти служители закона иногда прибегали к помощи чтецов, магов, способных заглядывать в разум человека, подтверждая или опровергая настораживающие показания. Впереди Лизу ждал суд, от решения которого зависела ее учесть: смерть, заключение или очищение.

Последняя процедура назначалась крайне редко, ввиду своей опасности и болезненности. Очищение проводилось самим Графом и состояло в том, что вампиру, в процессе длительного сканирования памяти, стирались все имеющиеся у бессмертного воспоминания, помимо самого первого – как человек стал вампиром. После этого «очищенный» отправлялся на обучение и воспитание.

Ему давали новое имя, снабжали некоторой информацией о себе (естественно, заранее сочиненной), а после определяли в разные отделы: поисковиком, комиссаром, наблюдателем и т.д. Так они приносили пользу своему роду и одновременно искупали вину за некогда содеянное. 

До своего отъезда Рыков сообщил чете Вороновых об аресте их старшей дочери, но пообещал, что постарается помочь ей. Возможно, ее рассудок прояснится со временем, а пока девушку временно переведут в изолятор, где специалисты смогут поработать с ней.

Иван тяжело воспринял предательство дочери, ведь он действительно любил Лизоньку, как свою родную дочь, и всегда старался сделать для нее все, что было в его силах. Оставалось надеяться, что дурное влияние, оказанное Ионом, окажется не настолько сильным, и тогда Елизавета сможет вернуться в семью.

За окном снова шумел дождь, все рейсы оказались отменены по причине непогоды, а потому детективам пришлось задержаться на неопределенный срок. Обитатели дома разошлись по своим комнатам, а гости, в последний раз поблагодарив сыщиков за помощь, разъехались по домам. Гостиная опустела, и единственным звуком в комнате было потрескивание тлеющих поленьев в камине.

Джонсон читала взятую на время из библиотеки книгу и ежилась от холода. Внезапно огонь вспыхнул с новой силой, как если бы туда плеснули бензина, а на плечи девушки лег шерстяной плед. Олив вздрогнула, но уловив краем глаза знакомую фигуру, расслабилась и вновь углубилась в чтение. Самаэль хмыкнул, усаживаясь в противоположное кресло, и принимая расслабленную позу.

Мужчина наблюдал за тем, как языки пламени лижут дерево, рассыпая искры в разные стороны. Атмосфера уюта приятно обволакивала, располагая к непринужденной беседе, но никто из присутствующих в этом не нуждался. Дочитав главу до конца, Лив заложила страницу закладкой и отложила томик в сторону, также устремляя взгляд в сторону огня.

- Нелегкое выдалось дело, - нарушила тишину Оливия, отрываясь от созерцания укрощенной стихии.

- Дальше будет сложнее, - серьезно заметил Бастиан, заглядывая напарнице в глаза. – Я пойму, если по возвращении, ты уволишься.

- По-хорошему, это надо было делать неделю назад, - шутливо изрекла Джонсон, подпирая голову рукой. – Но я, пожалуй, пока подожду. Где мне еще выпадет шанс испытать столько адреналина?..  

- У вас, людей, напрочь отсутствует инстинкт самосохранения, - пробурчал блондин.

- У кого-то он есть, но толку от этого не много, а так хоть жить веселее. А если серьезно, после того, что мне пришлось пережить за эти дни, я больше не смогу смотреть на мир по-старому. Я с тобой до конца.

- Заметь, последнее может произойти в любой момент.

- Все мы когда-нибудь умрем, так пусть за оставшееся время я успею помочь еще кому-нибудь.

- Готов поспорить, что так оно и будет.

Оливия одарила коллегу ласковой улыбкой, ангел заметно изменился за время их общения, но сама брюнетка чувствовала и в себе яркие перемены. Мир открылся ей с другой стороны.

- Бастиан?

- Да?

- Расскажи мне, чего хотел добиться Копош?

- Он рассчитывал вернуть к жизни Раду Цепеша, и тем самым развязать войну между двумя орденами. Желание обрести власть ослепило его, и он решил, что имеет право разрушить естественный порядок вещей.

- А как он узнал, что нужно делать?

- Его человек проник в Архив и выкрал оттуда черную библию. Доподлинно неизвестно, как книга попала туда, но Копош каким-то образом узнал ее местоположение. Там он прочел о ритуале воскрешения, применяемого египетскими жрецами. Его запретили, поскольку мученика, чью роль тебе выпало исполнить, избирали из семьи фараона. Согласись, участь не завидная.



Татьяна Кузнецова

Отредактировано: 10.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться