Надежда Габриэля Ролена

Размер шрифта: - +

Глава 7. О том, как выбрать из двух зол то, что добрее

— Если хотел сменить позу, так сказал бы. Я всегда открыта экспериментам, — не слишком надеясь, что это какая-то шутка или элемент ролевой игры, спокойно произнесла я, чуть повернув голову.

— Вот интересно, кто настолько самонадеян, чтобы подумать, что я не знаю, как выглядит вампирская метка? — проигнорировав меня, словно сам у себя негромко поинтересовался он.

Судя по голосу, Ролен не был зол, что уже хорошо, а скорее раздражён. Понять бы только, чем именно. Какая, к чертям собачьим, метка? Какие вампиры?

— Гейб, послушай…

— Если планируешь начать убеждать, что понятия не имеешь, о чём речь, можешь даже не стараться. Я о той милой татуировке у тебя на лопатке, Диметрис. Да, я в курсе, что это такое. И что ставится она исключительно добровольно, поэтому о том, как тебя заставили, можешь тоже не рассказывать.

Он говорил ещё что-то, но я уже не слушала. Даже физические неудобства отошли далеко на задний план. Татуировка… нет, рана на лопатке. Будто кому-то понадобилось вырезать кусок чужой кожи. Будто кому-то понадобилось убрать…

— …чёл бы услышать, кто твои хозяева, и что ты должна была сделать? — выцепил слух окончание его слов.

Поверит ли Ролен моим словам? Сомневаюсь. Решит, что я всё же пытаюсь оправдаться. Чёртова блондинка, когда она уже прекратит создавать мне проблемы!

— Твоя магия, — найдя единственно верный в этом случае выход, уточнила я, — та, что заставляет говорить правду, против неё есть средство?

Хватка ослабла, совсем немного, но для меня заметно, а последовавший отрицательный ответ нёс в своём тоне неозвученный вопрос — почему я интересуюсь этим.

— Хорошо. Тогда спроси, — Гейб замолчал, наверняка размышляя, стоит ли следовать совету. — Давай, спроси, что ты теряешь?

Я очень надеялась, что эмоции не помешают ему мыслить рационально, всё же в привычке рубить сплеча демон пока замечен не был. Но несколько томительных мгновений, пока он определялся с выбором, пережить пришлось. А затем тяжесть чужого тела, в данный момент совершенно не ощущавшаяся приятно, исчезла, и я поспешила перевернуться, разминая поочерёдно плечи и запястья.

— Оденься, — отвернувшись, он дотянулся до собственных брюк (рубашка осталась где-то в кухне, и идти за ней явно никто не собирался) и в два счёта облачился в них, забыв про бельё. Мог бы не утруждаться, кстати, я не стеснительная. Или допрашивать голую девушку в голом же виде совесть не позволяла?

Под внимательным взглядом я дошла до шкафа, надела первые попавшиеся шорты и майку и, вернувшись на диван, уселась к Гейбу лицом. Его глаза вновь были чернее чёрного, и я уже, если честно, затруднялась определить, от чего именно это зависит.

— Давно у тебя эта метка?

— Не знаю, — совершенно честно отозвалась я. В этот раз язык, губы и мозг работали в команде, и никаких неприятных ощущений от вмешательства в разум я не чувствовала.

Гейб нахмурился, очевидно, ответ противоречил тем выводам, которые он успел сделать.

— Откуда у тебя татуировка?

— Не знаю, — снова односложно и совершенно честно произнесла я.

— Назови имена своих родителей, — сменил он тему. Наверное, решил проверить, работают ли способности, но просчитался.

— Я не знаю.

Казавшийся прежде таким хорошим, план рушился буквально на глазах, а демонический взгляд не сулил ничего хорошего. Гейб решит, что я всё-таки как-то экранируюсь от его чар и нагло вру, а затем прикопает под каким-нибудь кустом, если я не предприму что-то прямо сейчас. И я определённо знала, что именно нужно делать. В конце концов, когда-нибудь всё равно прокололась бы на какой-то мелочи и пришлось открыться, так почему не сейчас?

— Прикажи рассказать, кто я такая, — сглотнув неприятно скользнувшую по пересохшему горлу вязкую слюну, предложила я. Вроде и не первый раз, когда мне предстоит излить душу на данную тему, но именно он почему-то казался самым сложным.

Наверное, чувства отразились и на лице, раз Гейб решил послушаться. Но и подстраховал себя — напор магии усилился, я снова ощущала себя барахтающейся в меду мошкой.

— Кто ты такая? — даже голос прозвучал иначе, именно приказом, а не вопросом.

Губы послушно приоткрылись, подчинённые чужой воле, и я начала говорить.

 

Казалось бы, ни у Лисёнка, ни у Аскура не было особых оснований верить мне на слово, полагаясь лишь на эту их чуйку, реагирующую на ложь. Гейб же изначально находился в привилегированном положении, со своим-то встроенным полиграфом. Но всю первую часть монолога, ту, где я просто рассказывала о себе, прямо отвечая на поставленный вопрос, очень чётко ощущала его сомнения. В общем-то, это было понятно — у него перед глазами наверняка стояли строки из добытой Данки информации о мисс Диметрис Эспаро, копии её документов, возможно, фотографии. А тут какая-то детдомовка с непривычным именем, бред, да и только. Впору решить, что девчонка сошла с ума, придумала себе другую личность, и сама же в неё поверила.



Юлиана Чернышева

Отредактировано: 09.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться