Надежда Короны: найти единственную

Размер шрифта: - +

15_2

***

В кабинете присутствовал ещё и принц-консорт, устало сидевший в кресле у окна. Они с Дамианом сегодня виделись на погребении, что состоялось в закрытом для посторонних склепе королевской семьи, и потому здороваться не стали.

- Присаживайтесь, реджи, - официально обратилась королева к сыну.

И когда Дамиан сел в кресло, после паузы произнесла:

- Сообщаю вам то, что уже давно для вас не новость, сын мой. С сегодняшнего дня вы – наследник. Я подписала необходимые документы.

Королева на секунду прикрыла глаза, но голос не дрогнул, и она передала бумагу с указом принцу. Дамиан коротко поклонился, скорее даже кивнул, и принял бумагу.

- Я рада, - в голосе королевы промелькнула усталость, - что мой старший сын теперь может отойти от вынужденной и мучительной роли, которую он играл последние годы.

И муж, и младший сын склонили головы, соглашаясь. Суэллы не было с ними уже больше двух лет. И всё это время старший принц был под ударом и под тяжестью своих новых обязанностей – изображать любящего мужа при фантоме погибшей жены.

Он е сразу стал таким как сейчас. Он сопротивлялся обстоятельствам и преодолевал превратности судьбы. Лев, как истинный наследник, держался, когда после одного из покушений, они с единственной потеряли ребёнка. Держался, когда узнал, как велика вероятность того, что детей больше может не быть. Но когда очередное покушение стало удачным, и он потерял свою любимую, психика наследника сделал удивительный кульбит, и увела сознание принца в пограничную область, где, видимо, ему было не так тяжело. С тех пор взгляд его был устремлён выше человеческих голов, путаясь в ветвях деревьев и цепляясь за облака, а на губах блуждала мечтательная полуулыбка поэта.

Семья, как могла, поддерживала его, прикрывая от внимания людей любого рода и звания, насколько это было возможно. Но все понимали, что Льву приходится не просто, и каждый испытывал вину за то, что ему, пострадавшей стороне, приходится прикрывать брешь в королевской семье.

Но теперь перед Дамианом во  всей своей катастрофичной необходимости разверзлась, словно пропасть, необходимость занять место старшего брата. Странные жизненные качели – если ты наверху, то тут же резко опускаешься вниз, а если внизу, то, значит, сейчас же воспаришь ввысь. Принцу, новоиспечённому наследнику, хотелось вздохнуть глубоко и выдохнуть отчаяние и боль, но  «ты же принц!», и он произнёс:

- Да, ваше высочие, принимаю вашу волю, - и покорно склонил голову.

***

 

- Надо бы тебя поздравить, - лениво протянул Суземский, а Дамиан вскинул голову и тяжело гляну на друга, - но не буду. И сочувствовать не стану. Ты принц, и если тебе кажется, что это не так уж здорово, ты вполне можешь ошибаться.

Реджи вопросительно чуть приподнял бровь.

- Есть множество людей, кто с огромным удовольствием поменялся бы с тобой местами.

Вторая бровь принца приподнялась, изображая изумление на практически непроницаемом лице. Суземский хмыкнул.

- Когда я был маленький и ещё жил в приюте, - проговорил он и тяжело вздохнул, - иногда нам читали сказки. И там были принцы и короли. Они были могущественные, сильные, им служили люди и повиновались воины. Это было так очаровательно, что мы, мальчишки, завидовали этим волшебным героям. Я тогда хотел быть принцем, чтобы… - Суземский хмыкнул, - сделать себя восприимчивым к магии, а лучше стать великим магом.

- Зачем, Зорий? Ты же гениален именно потому, что амагичен! Кем бы ты был, если бы был чувствителен к магии? – принц глядел открыто, спрашивал заинтересованно. И друг понял, что его собеседник не просто искренне заинтересован в ответе, но и глубоко задет такими совами.

- Дамиан, мы редко ценим то, что имеем. Да, не будь я безмагиком, я бы стал пастухом каким-то. Или столяром в лучшем случае. И меня радует каждый день той жизни, что я живу. А ты? Ты радуешься тому, что даёт тебе Плодородная?

Принцу стало немного неловко за себя: действительно, что же он так?

- Ты, наверное, прав, Зорий. Я… я неправильно отношусь к своей судьбе. Я просто… - Дамиану хотелось резко встать, побегать по кабинету туда-сюда, взъерошить волосы, покусать губы. Хотелось покричать, что он в панике, что он не хочет жениться на неизвестной женщине, что ему страшно видеть, как изменился его сильный и волевой брат, потерявший свою единственную. Но выручавший его в таких ситуациях Несносный Мальчишка не появлялся, и принц тихо сказал: - Я опасаюсь, что та женщина, что станет моей единственной, меня разочарует, боюсь, что мой брак будет несчастливым.

Суземский, вальяжно развалившийся в кресле, подпёр голову кулаком и скептически уставился на принца.

- Разве единственная – это не благословенье? Разве может здесь быть что-то плохое? Ну же, подумай, дружище!

- Я не знаю, - устало откинул голову на спинку высокого кресла Дамиан, -  не знаю… И давай поговорим о другом, господин советник. Мне нужна твоя помощь относительно пропавшей принцессы.



Лючия Светлая

Отредактировано: 24.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться