Напарница мага смерти. Шёпот хаоса

Глава 24. Назови мне свое имя

Под вечер меня ждали скучнейшие должностные обязанности – я должна была получить инструкции у заместителя Траута. Мне хотелось бы зайти к Нортону, но меня всё еще не пускали к нему. Из всей нашей встречи с Траутом я поняла одно – он не одобряет мою кандидатуру, считая что назначение было несправедливым. Уж не знаю, на что он пытался намекнуть – то ли что меня протолкнул мой отец и Рорик, то ли что я сплю с канцлером. Задал пару вопросов о Мэй, для галочки – о моём отравлении, и наконец соизволил дать мне инструкции. Я слушала, машинально качая головой, когда мне казалось, что он ждёт моего ответа, пока мое сознание не зацепилось за одну фразу.

– Так-так, – зловеще произнесла я. – Вы поставили меня под начало Анхельма? Первоначально предполагалось что мы будем с ним партнёрами, лорд Нортон ни слова ни говорил мне о том, что я должна буду отчитываться о своих действиях еще и Анхельму.

Траут скривил кислую рожу, и резко стал похож на обиженного жизнью жабёныша.

– Будь моя воля, я бы и близко не подпустил этого некромага к делу, но вводить новых игроков уже поздно. А из вас двоих он более рассудительный, так что подчиняться будешь прямо ему. Но это не значит, что вас двоих не будут страховать.

Ага, "страховать" это примерно то же самое что "следить и контролировать". Интересно, уж не мой ли это братец будет? Хотя вряд ли, он всегда был слишком высокомерен, чтобы служить правительству, и слишком прямолинеен, чтобы играть в шпионские игры.

Вышла я оттуда не то что сильно расстроенная, но всё же с подпорченным настроением и с твёрдым решением, что как только Анхельм попытается мной командовать, я тут же поставлю его на место.

Я не стала больше искать приключений на свою голову, и отправилась в кровать. Ночью мне снились приключения с погонями и сражениями, я спасала мир, отбивалась от злобных демонов, и признавалась в любви к высокому мужчине, чьего лица я так и не видела. Хотя это мог быть практически кто угодно – высоких мужчин в моей жизни хватало.

Анхельм Нидхёгг

Истик всегда казался Анхельму одним из самых счастливых городов Ойкумены. Мощённые мостовые, аллеи и парки, маленькие магазинчики, пекарни и кофейни. Летом здесь запускали небесные фонарики, зимой приходило время фейерверков и театральных фестивалей, весной проводили карнавалы, а осень была временем ярмарок. Город, где один праздник следовал за другим, и самое худшее, что могло случиться – это карикатура на мэра на стене ратуши. Город, в котором даже в военное время дети беззаботно носились по улицам и не боялись заговаривать с незнакомцами.

Но Анхельм не любил здесь бывать. Слишком уж неуютно он здесь себя чувствовал. Он предпочитал не задерживаться в Истике больше чем на неделю, и лишь деловая необходимость задержала его в этот раз в городе дольше.

А Истик в этот раз был необъяснимо враждебен.

Сначала Анхельма чуть не придавило торговым грузом на вокзале – ящики, в котором перевозили железные болты и гвозди оказались плохо закреплены на погрузочной повозке, и в самый неожиданный момент обрушились на Анхельма сверху. Если бы он не обладал способностью исчезать, то едва ли бы даже его способности некромага помогли бы ему спастись.

Едва он вышел с вокзала, как на него наехала пышущий чёрным дымом хромированный автомобиль какого-то франта. Спустя несколько дней на него два не упала вывеска сапожника. "Чуть сапогом не прилетело по башке" – пошутил подвыпивший мужик, помогая подняться с земли несколько опешившего от возможности столь нелепой смерти некромага.

Анхельм защитился всеми возможными охранными артефактами, и по возможности старался не покидать дворец, надеясь, что древняя магия замка поможет ему уберечься от ещё одного несчастного случая. И если не считать упавшую на ногу вилку, зубьями проткнувшую толстую кожу ботинка, и чуть не лишившую его нескольких пальцев, то во дворце действительно было более или менее безопасно.

А теперь, ко всему прочему, прибавились кошмары и... нет, к счастью, не голоса в голове. Но некий странный и назойливый шум в ушах, который не мог быть полностью реален. Будто шёпот, затесавшийся в звуки дождя, усиливающегося всякий раз, когда рядом с ним находилась его напарница.

Обычная арэнаи, примечательная разве что цветом глаз – точь в точь как у гармских некромагов. Только вот девчонки дар смерти наследовать не могли в принципе. Просто не рождались с ним.

Но был еще один вариант. Очень неприятный. И для того, чтбы убедиться в этом, ему нужно было навестить старого друга. Нортон сейчас покинул дворец и Канцелярию, и в кой-то веки ночевал в городском доме.

Грэг выглядел помятым, и что еще хуже, истощенным. Некромаг без слов сунул ему шкатулку с драгоценным эликсиром.

– Как всегда заботлив, – скривился в попытке улыбнуться канцлер.

Настроение у него было паршивым. У Анхельма, впрочем, тоже. Только сейчас Нортон заметил, что некромаг был весь в грязи.

– Что случилось?

– Споткнулся. Три раза, – мрачно ответил Нидхёгг. – Где у тебя тут винный бар? В кабинете?

– Ты... Как ты умудрился упасть?