Напарница мага смерти. Зов хаоса

Глава 24. Мой брат

Борясь с нахлынувшей тошнотой, я перевела дух, опираясь на поручни заднего крыльца дома Гиваргиса. Я обернулась Кей, чтобы выразить свою благодарность, но открыв рот, тут же была вынуждена его закрыть – дух города уже исчезла. Пожав плечами, я повернулась к двери и зашла внутрь.

Как и многие маги, Гиваргис слишком надеялся на магическую защиту своего дома, пренебрегая хорошими замками. Поэтому как только мне пришла идея спрятать Эйнара в доме у времено отсутствующего Гиваргиса, я не долго думая взломала защиту его дома, перенастроив магические пароли на себя и Анхельма.

В доме одуряюще "пахло" магией – неприятно, раздражающе... и всё же весьма волнующе. Оставалось лишь радоваться, что сил и опыта Анхельма было вполне достаточно, чтобы скрыть столь явный магический фон от внешнего мира.

С волнением я спускалась в подвал. Сколько я не видела своего брата? Около пяти лет, если не больше. Я изменилась за это время, перестав быть вспыльчивой магичкой, резкой на слова и быстрой на расправу. Изменился ли мой брат? И сама ответила себе с мрачной иронией – да, он стал проклятым оборотнем.

У основания лестницы меня уже ждал некромаг, преграждая мне путь в подвал. Выглядел он неважно – с тёмными кругами под глазами, всклоченными волосами и каким-то измученным выражением лица.

– Привет, чего так долго? – недовольно пробурчал он, прежде чем я успела произнести хотя бы одно слово. – Еду принесла? Давай сюда.

Я протянула ему свёрток, и спросила:

– Как Эйнар? Я могу пройти внутрь?

– Нет, пусть он сначала поест. Я думаю, что ему неприятно будет вспоминать, как он пытался с голодухи съесть свою младшую сестренку.

Я села на ступеньки, и устало закрыла глаза:

– Всё так плохо, да?

– Достаточно погано, но нет ничего такого, с чем мы не сможем справиться, – отрывисто бросил некромаг. Из подвала за его спиной донесся вой – отчаянный, звериный, переходящий в кашель, уже человеческий. Анхельм отвёл глаза. – Мне пора идти, жди здесь, я тебя позову.

Ну вот, милая, сказала я себе зло, теперь ты знаешь как бывает, если уж слишком заиграться в мага-экспериментатора. Что я скажу деду, и что, самое главное, я скажу отцу? "Привет, пап, твой сын превратился в оборотня. Теперь он будет есть только сырое мясо и спать у нас во дворе. Зато нам не нужно будет тратиться на цепного пса". Проклятье! Я даже не знаю, можно ли ему помочь...

Так. Успокойся. Не надо ставить крест на Эйнаре, ведь я его еще не видела. Ну и что, что магия, которая исходит от подвала, заставляет меня испуганно сжиматься, а кровь стыть в жилах? Ведь я же не только Эйнхери, но и правнучка великого гармского некромага, так чего мне бояться? Это меня должны все бояться – злые колдуны, политики-интриганы и прочие плохие дяди и тёти.

Разговаривая сама с собой, попеременно то успокаивая, то коря себя, я и не заметила, как заснула прямо на ступеньках, привалившись плечом к холодной стене. Меня разбудил Анхельм, аккуратно потрясся за плечи.

– Идём. Он хочет тебя видеть.

Всё было не так уж плохо. Нет, конечно же, мой брат выглядел совершенно отвратительно – клочки шерсти лезли то там, то тут, оставляя на теле неаккуратные проплешины, нос приплюснулся, а нижняя часть лица, наоборот, вытянулась, глаза из серых стали пронзительно желтыми. Но он всё же был больше похож на человека, чем на зверя. И он узнал меня.

– Агнесса, я до самого последнего момента не верил, что за моим столь дерзким похищением из лап сигила стояла ты, – хрипло произнёс Эйнар полу-деформированным ртом. Было видно, что для того, чтобы пользоваться человеческой речью, ему приходится прикладывать усилие.

– Почему же? Разве Анхельм не сказал тебе, что он мой друг?

– Сказал, но с каких это пор арэнаи верят труполюбам? Извини, но твой "друг" меньше всего похож на благородного спасителя.

Я укоризненно покачала головой – в этом весь мой брат. Ни капли благодарности, ни одного тёплого слова. Я сделала шаг вперед, и тут же услышала хруст под ногой. Куриные косточки, яичная скорлупа, и еще какие-то остатки еды. Даже приглядываться не хочу.

– Извини, у нас не было времени тут прибраться. Точнее, у твоего дружка. Я, как видишь, несколько ограничен в передвижениях. Так что все претензии к труполюбу.

– Как ты? – я присела на корточки и попыталась поймать глазами взгляд Эйнара, которые тот так старательно отводил.

– Как видишь, неумыт, небрит, плохо одет, но хотя бы не голоден. Перестань на меня так смотреть. Еще не хватало, что бы меня жалела младшая сестра.

Эйнар ненавидел быть беспомощным, и не терпел сочувствия.

– Я имею в виду твою... трансформацию. Тебе больно?

– Нет, щекотно. Не прожигай меня взглядом – действительно щекотно, и чешется всё до одури. А так нормально... только мысли в голову всякие лезут.

– Какие?

– "Какие"? – писклявым голосом передразнил меня Эйнар. – Такие. Звериные, хищные... Не буду же я смущать свою маленькую сестрёнку всеми подробностями?