Нарисуй меня хорошим 2

Размер шрифта: - +

Глава№23. Вася.

«И из своих окон ты не увидишь Голливуд, и за это прости
И души на износ, но мы терпим здесь всё, ради этой любви
Ты арестован, ты арестована, пристегнись и молчи
Ведь это снова, ведь это снова, изумрудный мой мир».

Я никогда не верила в сказки. Не выносила прекрасных принцев, которые спасают не менее чудесных дам, но не таких, как я. Ненавидела фокусы с волшебством, которое происходило с ними в самые трагичные моменты их жизни, потому что со мной, такого чуда не случилось. Я не верила в счастливый конец, ведь для кого-то он все равно настанет и едва ли фотокарточку на надгробии, можно сравнить с радостным финалом. Мне нравились те герои, которые оставались в тени. Слабые и одинокие. Это больше походило на реальность, ведь никому не было до них дела. Впрочем, фортуна меня услышала и помахала ручкой. Моя жизнь совсем не похожа на сказку, но зла в ней больше, чем в самой изощренной небылице.

- Не его ищешь?

Я в упор посмотрела на Ваню, будто напоследок, и закатила глаза.

Я сдалась.

Пол промялся под его шагами, но я не почувствовала приближения – он сел напротив.

- Не слабо, - усмехнулся он, потерев рукой затылок. – Не думал, что Василиса на такое способна.

Я была рада, что причинила ему боль.

- Той Василисы больше нет, - без всякой эмоции проговорила я. – Ты убил ее.

И теперь на твоей совести два мертвеца...

- Значит, мы квиты, – невесело посмеялся он.

Детское выражение ущипнуло сердце.

Тяжело выдохнув, я начала натирать виски, стараясь унять пульсирующую боль.

- Очень жаль, что ты до сих пор одержим мыслью, что это я изменила твою жизнь.

Он ответил не сразу.

- Но ты не можешь отрицать, что изменила меня.

После этих слов, я открыла глаза и наши взгляды встретились.

- Сомнительное оправдание, Ваня. Ты еще ты имеешь наглость спихивать свою вину на меня?

- Я не оправдываю себя. И уж точно, больше никогда и ни в чем тебя не обвиню.

На удивление, это прозвучало искренне, отчего из груди вырвался истеричный смешок.

- Ох, перестань, Беляев. Тебе не идёт роль жертвы. Оскар уже получила я.

Он ничего не ответил, а лишь продолжал крутить в пальцах мой мобильник. На его руке выступили вены, как будто он держал не маленький телефон, а тяжелённый кусок металла.

Как же было трудно догадаться, о чем он думает в этот момент. Сожалеет? Нервничает? Или может злиться и в любую секунду готов накинуться на меня? Сложно сказать…

В какой-то момент Ваня привстал, потом потянулся ко мне и соответственно, я отстранилась.

- Держи, - он протянул мне трубку. – Пусть он будет у тебя. Не хочу, чтобы ты думала, что я взял тебя в заложники.

Я возмутилась.

- Извини, но как раз об этом я и подумала.

- Я хочу поговорить, и только.

- Не по моей воле, - раздраженно добавила я.

- Я готов сесть за похищение. За что угодно, но только выслушай меня.

Мои плечи напряглись от этого «что угодно».

Он это серьезно? Или снова играет или пытается напугать меня? 

- Так ты возьмёшь его? – напомнил он, и мне показалось, что на его лице мелькнул слабый намёк на улыбку.

Нахмурив лоб, я нервно вырвала мобильник и спрятала его в кармане.

Ваня вернулся в исходное положение, и первой моей реакцией было облегчение – я наконец-то смогла расслабить исстрадавшиеся мышцы шеи и живота и восстановить дыхание. Когда расстояние между нами уменьшается, мне трудно сдерживать панические приступы.

- Это конечно ни на что не повлияет, но я тебя слушаю, - я решила, что пусть это безумие скорее закончиться, чем Ваня снова овладеет животными повадками.

Парень вытянул руки и скрестил их на коленях.

- Это сложнее, чем я представлял, - он повернул голову к окну и меня снова пронзил взгляд хищного волка. Эта татуировка откровенно пугала.

- Мне не легче, поверь, - буркнула и удивилась резкой смене своего настроения. Ещё несколько минут назад, я трепетала от ужаса, а теперь, ощущаю раздражительное безразличие.

Даже от страха можно устать. А я устала бояться. 

- Я не обманывал тебя, Вася, когда говорил, что первая отсидка сильно сломала меня, - он продолжал смотреть в окно, и в лунном свете, его лицо казалось особо бледным. – Но только вот поломался я намного раньше…

- Дай угадаю, из-за меня? – это была ирония. Пусть не самая удачная, но все же.

- Ты, конечно, сыграла большую роль, но мой карточный домик был разгромлен по другой причине. Ты лишь ветерок, а ураганом был мой отец.

В какой-то момент, я увидела фото на стене, на котором был изображён статный мужчина, в красивом костюме и его лицо мне показалось до боли знакомым. Из-под завалившегося стола, высовывался начищенный чёрный туфель. Адвокат – дошло до меня, ведь он единственный, кто мог позаботься о своём подопечном.

Интересно, он догадывается, что является косвенным соучастником похищения?

В то время, Ваня продолжал:

- Все детство он внушал мне, что женский пол не заслуживает уважения. Вбивал мне в мозги, что моя мать – нечисть. И отчасти, отец был прав. Моя мать оставила меня на воспитание извергу, эгоистично спасая свою задницу. Ведь возьми она меня с собой – отец погнался вслед за ней. Я был трехгодовалой платой за свободу, которой она так сильно грезила. Отец привил мне эту ненависть, но я был избирателен. Первой, я возненавидел свою мать. Меня мучили кошмары, в которых она гуляет со своей новой семьей, со своим новым сыном, забыв о моем существовании. Все её вещи были сожжены в костре, и несколько раз прокляты. Ее фото я изрезал ножом. Я с корнем вырывал цветы, которые она посадила во дворе, и мечтал, что когда-нибудь положу их ей на могилу. Но потом, я переключился на другую обманщицу. Теория отца доказывалась без его помощи



Kerry

Отредактировано: 24.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться