Насекомые и волшебники, или Фотосессия

Размер шрифта: - +

6.15 О несомненной пользе люстр во время неприятных разговоров

Третья неделя. Понедельник

Утром за завтраком встретилась только Анна, а в телефоне сначала появилось сообщение с разными эмоциональными и ласковыми словами, а потом следом - информация о том, что её ждут в десять часов в кабинете кардинала.

Она уже вышла из обеденной залы и отправилась к себе, когда из-за угла навстречу ей вывернул Лоренцо Куарта.

- Доброе утро, госпожа де Шатийон!

- Доброе утро, господин Куарта.

- Мне снова повезло! Я повстречал вас утром, значит, весь мой день будет удачным, - улыбнулся он.

- Рада за вас, - иронически произнесла она.

- Тогда к делу, - он вдруг мгновенно стал серьёзным. - Будьте сегодня осторожны, пожалуйста.

- Почему это? - подняла она бровь.

- Потому что в мире есть неприятные люди, которые вас очень не любят, - ответил он.

- Это для меня не новость, поверьте.

- Но сейчас эти люди достаточно близко к вам! Будет правильно, если вы попросите ваших друзей из службы безопасности присмотреть за вами сегодня. Мало ли что.

- Что может быть сегодня? - она впилась в него взглядом, натолкнулась на щит, и тут же её окликнула София.

- Просто будьте осторожны, и всё, - он улыбнулся и прошёл мимо неё.

 

* * *

В приёмной кардинала д’Эпиналя Элоизу приветствовал отец Варфоломей.

- Доброе утро, госпожа де Шатийон. Как ваши дела?

- Доброе утро. Всё отлично, и я слышала, вы тоже приложили к этому руку? - улыбнулась она.

- Это громко сказано, я просто направил кое-чьи мысли в нужном направлении, - усмехнулся Варфоломей.

- Тем не менее, спасибо. Это было… очень вдохновляюще.

- Благодарю вас, Элоиза. Мне приятно, что я кого-то на что-то вдохновил, - подмигнул Варфоломей. - Проходите, вас ждут. Я встречу остальных и присоединюсь.

Элоиза вошла в кабинет, приветствовала Шарля, Бернара, Анну, юристов и кардинала Сторчио. Села на своё обычное место.

- Эла, скажи, а что от тебя хочет этот, ну как его, Скорпион разрисованный? – спросила уже сидящая София.

- Эла? Я чего-то не знаю? – повернулась к ней Анна, а глаза у неё были в тот момент размером с самую большую монету из музейной коллекции.

- Сдаётся мне, он вроде нашего господина Каэтани, и если не потреплется с кем-нибудь с утра, то у него и весь день потом не задастся, - Элоиза постаралась вложить в ответ как можно больше яда.

Вот ещё не хватало – будут тут всякие пришлые подавать повод для сплетен о ней! Если люди хотят сплетничать – пусть сплетничают про монсеньора герцога, в конце концов. Это, оказывается, уже привычно и ни для кого не новость. В отличие от дона Скорпионе.

Тем временем на пороге появились сам монсеньор, с ним оба заместителя - Лодовико и Гаэтано Манфреди, за ними вошел Варфоломей и закрыл за собой дверь. Поскольку кардинал Сторчио опять сидел на чужом месте (а ему здесь любое место будет чужим, подумалось Элоизе), то служба безопасности вновь устроилась за спинами дам.

- Доброе утро, дамы, - Себастьен приветствовал их и сел.

- Располагайтесь, монсеньор, - Элоиза хотела просто и вежливо кивнуть, но встретилась с ним взглядом и непроизвольно улыбнулась.

Получила ответную улыбку и мгновенно отвернулась к столу – вот еще, не хватало только начать любезничать посреди именно этого совещания.

- Дамы и господа, - начал Шарль, - всем известно, что проверка, инициированная его высокопреосвященством Сторчио, подходит к концу, завтра её последний день. Я сегодня собрал всех вас здесь для того, чтобы сделать заявление.

Сторчио нахмурился.

- Ваше высокопреосвященство? Что вы хотите сказать?

- Сейчас. Итак, ваше высокопреосвященство, я официально заявляю следующее: если в итоговой справке будет хоть одно замечание, то я буду вынужден предать огласке все те методы, которыми проводилась означенная проверка. В моём распоряжении имеются разные доказательства – и видеозаписи, и улики – которые, признаюсь, способны поставить под сомнение любые выводы. В названном случае они будут немедленно опубликованы.

- Что вы имеете в виду, ваше высокопреосвященство? – воскликнул Сторчио.

- Именно то, что  сказал, - отрезал Шарль. – Любое, самое невинное замечание послужит поводом к публикации ряда материалов о ваших сотрудниках и о методах их работы. Да, кстати, некоторые из них уже переданы в службу безопасности Ватикана, им будет дан ход вне зависимости от результата проверки.

Сторчио обвел взглядом сидящих за столом. На него смотрели спокойно и даже равнодушно. «Ну и что ты теперь будешь делать?» - это читалось во всех обращенных на него взглядах.

- Спасибо, я понял вас. Мне нужно переговорить с моими сотрудниками, - он подскочил со стула и выкатился в приёмную.

Видимо, достал телефон и начал обзвон, потому что из приёмной донеслось: «Какая бестолочь прокололась? Про кого это мне тут рассказывают?»

Когда тяжелые шаги кардинала Сторчио затихли вдали, над столом пронёсся нестройный вздох облегчения.

- Рано радуетесь, дети мои, - назидательным тоном сказал Варфоломей. – У них ещё два дня.

- Не расслабляться никому. На провокации не вестись, любой разговор с этими господами записывать, ясно? – Себастьен встал и обвёл всех строгим взглядом.

- Ясно, - с тяжелым вздохом ответил за всех Бернар Дюран.

 

* * *

Без четверти шесть Элоизе позвонил Варфоломей и со всевозможными извинениями сказал, что для итоговой справки от неё вот прямо сегодня и никак иначе нужен ещё один небольшой отчет.

- Угу, - сказала Элоиза. – Нужен – значит, сейчас быстро сделаю.

Конечно, она пыталась спланировать себе совсем другой вечер. И уже с час решала внутри себя сложнейший вопрос – позвонить и предложить встретиться или не звонить и ничего не предлагать? И снова жизнь всё решила за неё, потому что после отчета куда-либо кого-либо звать будет уже явно поздно.



Салма Кальк

Отредактировано: 26.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться