Наша с тобой реанимация

Глава 5, 6, 7

Родители Димы только вышли из отделения. Медсестра заметила меня, кивнула, дескать, сейчас спрошу.

Глаза женщины были наполнены слезами.

Я замерла. Что-то случилось?

Видимо, я слишком долго наблюдала за ними. Мужчина и женщина остановили взгляды на мне. Минуту мы смотрели друг на друга. Словно играли в гляделки, ей-богу!

Я первая отвела взгляд. Но только это сделала, как женщина обратилась ко мне:

-  Вы Аэлина?

От неожиданности я кивнула. Но, похоже, ей и не нужно было мое подтверждение. Похоже, она прекрасно знала, кто перед ней и просто начала так диалог.

-  Вы тут каждый день? Почему?

-  У меня мама тут.

-  Ах, мама! Понятно… А что с мамой?

-  Заболела.

-  Сильно заболела?

Я немного ускорила бесполезный разговор, сообщив, что мама собирается поправиться. Я ждала. Мне казалось, женщина хочет что-то сказать, но не решается.

Некоторое время провели в молчании. Мне нечего было им сказать, я просто ждала, когда пустят к маме.

Я могла бы сказать, что желаю, что действительно хочу, так же сильно, как они, чтобы Дима поправился. Но сомневалась, что это будет уместно. Как-то ведь само собой разумеется, что все мы желаем друг другу добра. Разве нет? И разве не будут мои пожелания - скорее, непрошенные - выглядеть настырностью?

Я вздохнула. Как это все сложно! Будь передо мной чужие люди, было бы проще!

Они так больше ничего мне не сказали, и я открыла книгу. Успела прочитать несколько страниц, когда вышел врач.

Родители Димы тут же перехватили доктора.

-  Скажите, - обратился к врачу отец семейства. - Потеря памяти - насколько это серьезно?.. Это что, навсегда? Или обратимо?

Врач нахмурился, отступил на шаг назад - слишком вплотную подошли к нему родственники пациента - заложил руки за спину.

-  Пока не стоит переживать. Он несколько дней провел под наркозом, с регулярным вливанием седативных средств. Это необходимо при введении в кому. Соответственно, такая реакция после выведения из комы может быть. Потеря памяти бывает от нескольких дней до нескольких месяцев. К сожалению, тут невозможно спрогнозировать - все индивидуально.

Мама Димы ахнула.

- До нескольких месяцев? - на ее лице читался ужас.

-  Память будет восстанавливаться постепенно - это в худшем случае. В лучшем все вспомнит через несколько дней. Но в любом случае, все вспомнит.

-  Но он же не узнал нас, - всплакнула женщина.

-  К сожалению, такое бывает, - врач тяжело вздохнул. -  Это следствие наркоза, такое может быть. Пройдет.

-  А мы можем как-то способствовать возвращению его памяти? - спросил отец Димы.

-  Общайтесь. Это самое важное. Посещения разрешены, главное, соблюдайте расписание, - он уже собрался уходить, развернулся корпусом в сторону. Услышал, как всхлипнула женщина, и поспешил нужным добавить. - Не переживайте. Все вспомнит.

Врач кивнул мне, указал рукой на дверь.

Я тут же скрылась за дверью. Сняла с крючка халат и шапку. Просунула руки в рукава.

Мама тоже первые несколько дней ничего не помнила. Вообще не соображала. Была уверена, что она дома.

Расстроилась, когда узнала, что она в больнице. Уж очень она не любит больницы.

Но тем не менее, все вспомнила. И Дима все вспомнит.

Завязывая халат, я с запозданием подумала, что нужно было сказать его родителям об этом!

Дима спал. Я прошла мимо, бросив взгляд. Лицо уже совсем приличное. С носа сняли трубку. Трахейная трубка еще стояла.

Зато мама не спала. Ждала. Я поздоровалась. Мама улыбнулась.

Отделение сходило с ума.

Что-то живо обсуждали. Телефоны звонили, как ненормальные. Три! Три врача в одном отделении!

Кажется, у них что-то случилось. Возможно, после праздников вышли заведующие и принялись наводить порядки.

- Так, мама. Давай-ка не лениться. Сгибаем ноги. Синхронно… говорят, тебя собираются переводить на отделение…

Подошла медсестра, проверила ИВЛ. услышала мои слова, кивнула.

-   Да, вентиляция уже уменьшена. Скоро, если будете активно заниматься, переведут вас.

-  Вот! Все упирается в саму тебя. Давай-давай. Не ленимся!

Мама, конечно же, закатила глаза. Дескать, она и так не ленится, а я зануда.

Не верю!

Настаиваю.

На соседней кровати наметилось движение. Молодой человек проснулся и постарался сесть. Ему это неплохо удалось, мешали разве что устройства. К Диме сразу же подошла медсестра.

-  Что-то случилось? Давайте, я спинку подниму, посидите, - она подошла к пульту в изножье кровати и нажала кнопку. Спинка плавно поднялась. - Ложитесь. Откиньтесь назад. Так достаточно? Пить будете?

Дима два раза кивнул.

Я продолжала заниматься с мамой. Но то и дело, поглядывала на Диму. А поэтому знала, что он смотрел на меня не отрываясь.

Что за черт?! От его взгляда меня охватила нервная дрожь. Руки затряслись.

Мама выругалась. Беззвучно, но по скривившемуся лицу было понятно, что я сделала что-то не так.

-  Да что такое?.. Сильно согнула? - мама отрицательно качает головой. - Больно? - снова нет. - Госпади, пить, есть? - опять нет. - Все, я теряюсь. Продолжаем.

Мама кивнула. Продолжаем. Видно, я все-таки умудрилась сделать больно. Но раз уже все прошло…

У кровати напротив наметился диалог между медсестрой и пациентом. Хоть и не должна была, но я прислушалась.

-  Позвать?.. Кого, врача? Нет?.. Не врача? Девушку?! Вот эту?!

Я застыла в ужасе, будто меня поймали на месте преступления. Что происходит?! Зачем я ему?

-  Вообще-то не положено, - сжала губы медсестра.

Я перевела дыхание. Но, как выяснилось, зря.

-  Девушка, подойдите на минутку, пожалуйста, - обратилась ко мне медсестра.

Я подошла на негнущихся ногах…

***

Однажды темным вечером, в мои пятнадцать лет, случилось нечто удивительное.