Наследница

Глава 35

     Это был весьма грамотный ход опытного политика. Решение, поставившее план умун с ног на голову и вызвавшее легкий хаос на стоянке, тем не менее, освободило Хранителя от ответственности за многие жизни и избавило его от серьезной проблемы. Цисида пребывала в бешенстве, но… Не она ли буквально этой ночью поставила ценность своего народа наравне с остальными? Ей пришлось промолчать и судорожно думать, что делать дальше. И чем больше она это делала, тем страшнее виделась ей сложившаяся ситуация:  малочисленная охрана, огромное количество человеческих малышей, которые с трудом выдержат тяжелый путь по бездорожью. А ведь еще надо как-то нести вещи и еду… Если грамары прорвутся сквозь оборону магов… Умун зажмурилась, боясь даже представить себе последствия. Лаарки – дети леса, они привыкли передвигаться незаметно и не оставлять следов, но городские… Цисида с сомнением качнула головой.

- Госпожа? – в шатер заглянула красноглазая девочка лет семи. - Лесса разлилась.

- Что?! А Горная долина?

- Затопило. Теперь это Горное озеро.

 «Грамарово половодье! Ну, почему именно сегодня?!»

   Умун впилась взглядом в развернутую перед ней карту. Все дороги были отрезаны, кроме одной - через перевалы, но это значит, что многим обитателям черных  шатров придется остаться – они просто не осилят такой сложный путь. И время… у группы его просто нет, а в горах они потеряют не меньше суток.    

    Тишину разорвал звон разбитой вдребезги вазы. Следом полетели клочки изорванной карты и все, до чего только могла дотянуться пожилая лаарка. Пять лет! Она отдала пять лет своей жизни, но так и не смогла защитить свой народ.

***

      Когда они тронулись в путь, солнце уже стояло высоко над горизонтом, и вместо утренней прохлады их застала злая, изматывающая жара. Они шли медленно, слишком медленно. Продираясь сквозь высокую колючую траву, Ника не выдержала и остановилась, давая уставшим ногам немного отдыха. Спина гудела от тяжелой походной сумки; волосы неприятного щекотали взмокшую шею, и сил продолжать путь, откровенно говоря, не было. Впрочем, как и выбора… Не останешься же здесь – посреди высохшей травы, одинокой и беспомощной? Обернувшись, она с досадой глянула на растянувшуюся через все поле цепочку женщин. Каждая несла по ребенку, некоторые – двух: одного привязав широкими полосками ткани к спине, а второго усадив сбоку на бедро и придерживая за поясницу. Глядя на это, Нике слабо верилось, что их многочисленная группа достигнет пещер до темноты. Да, до них всего один перевал - рукой подать, если не меньше, но все уже изрядно вымотаны, а впереди еще мили гористой местности, жара и бесконечные подъемы-спуски под нестройные крики голодных, уставших малышей. Давящие, тревожные, требовательные – крики, от которых становилось не по себе и начинало щемить в груди.

     То там, то тут мелькали серые спины оборотней, а в самом конце плелись те немногие, кому разрешили покинуть черные шатры и уйти к скалам. И где-то среди них Ниар - подволакивает ногу, слегка пошатывается, но не позволяет слабости взять над собой верх. Какой же он... Отчаянный упрямец!   Ника скользнула взглядом по уныло бредущим сианцам. Интересно, где он? Среди раненых или уже перевоплотился и рыщет в траве, вынюхивая врага? Он такой, он может! Но чтобы Ниар ни делал, он здесь, с ней, а Циль – нет. Медленно выдохнув, девушка изо всех сил пнула кособокую кочку и продолжила идти. Раз-два, раз-два. Переставляй себе ноги да ни о чем не думай. Но не думать не получалось. Мысли упорно возвращались к бледному осунувшемуся лицу подруги, так и не вышедшей из комы. Впервые в жизни Ника встала на горло своей гордости и умоляла кого-то, стоя на коленях. Но главная среди лекарей осталась непреклонна. Гадкая старушонка! Актриса театра имени Плоспиака. Будь это ее дочь, она бы отослала Циль среди первых, лишь бы спасти свое дитя. Или отсрочить ее смерть… Но точно не оставила бы гнить в душном шатре под натянутым предлогом, что «бедняжка всех задержит и нести ее будет тяжело и некому».

     Ника вздохнула. За каких-то пару дней она лишилась почти всех своих друзей. В небо она уже не смотрела. Долго – почти три часа. Боялась, что его бескрайняя синева раздавит, уничтожит в ней что-то очень важное; то, что до сих пор заставляло ее двигаться вперед и не опускать руки. Она старательно отгоняла от себя дурные мысли, но предчувствие чего-то неумолимого и жуткого, словно насмехаясь, продолжало стискивать сердце холодными щупальцами, безжалостно впиваясь в самое сокровенное и дорогое, а перед глазами то и дело возникали образы: Шакши… Лиа… Ваор… Все мертвы и трава вокруг неестественного бурого цвета. И в воздухе повис солоноватый, отдающий металлом привкус.

    На плечо, обжигая приятной прохладой, легла чья-то широкая ладонь. Вздрогнув от неожиданности, Ника повернула голову влево и увидела Ниара.

- Ты? – девушка облегченно выдохнула. – Ты меня испугал.

- Неужто я стал так страшен? – усмехнулся оборотень и добавил: – Как ты? Справляешься? Сколько не гляну на тебя, все голова опущена.

   Ника не знала, что ответить. Страшно? Одиноко? Но не жаловаться же на жизнь тому, кто сам недавно похоронил с десяток своих братьев и бывшую невесту? 

- Ничего, устала просто, задумалась, - отмахнулась она, и, морщась, поправила узкую лямку сумки. – У меня к тебе вопрос. Если, конечно, ты не против.

- Слушаю.

- Пока я еще жива и меня не рвут на части всякие твари… - Ника замялась, решаясь на отважный шаг. - Ну… Это… В общем, что у вас там с Наалой?



Юля Кулиева

Отредактировано: 05.10.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться