Наследница чужой жизни

Глава 11

Обычно Стас сны не запоминал, но этот сон, такой яркий волнующий, запомнился с декорациями и главными героями. Наконец, он увидел лицо Алисы, ту девушку в расстёгнутой шубке,  на парковке занесённых снегом автомобилей. Растерянность в голубых глазах, прикушенная нижняя губка от досады. Вспомнил  своё удивительное чувство: это моя девушка. Чувство усилилось, когда Алиса села в его автомобиль. Хотелось держать за руку, не отпускать никогда. И ведь отпустил дурак. А потом разыскивал её в конторе по переселению душ. До того голову потерял, что прыгнул за ней в девятнадцатый век. И снова встреча: только Алиса уже другая. Красавица Мари Репнина. Цвет глаз фиалок, что цветёт  на подоконнике, к которому так подходит светло-русый цвет волос. Но и ему тоже тело досталось под стать. Хоть и обедневший род, но всё же князь Ковалёв. Стас зажмурился, вспоминая своё отражение в зеркале. Блондин с лицом киноактёра в  форме гренадёрского полка с золотыми пуговицами и эполетами.  Видел свою комнату, куда приходила Алиса, то есть княгиня Репнина. Вспомнил, как они любовью занимались, и тут же в теле откликнулось желание. Уф, а он уже боялся за свою мужскую несостоятельность из-за того, что тело не реагировало на Настю. А дело в другом.

 Так, а что там дальше было в том сне?

Восстание. Ощущение своей силы, гордость за мужиков рядом. Опьяняющее чувство свободы. Могли ведь Зимний дворец взять. Не сложилось. Трубецкой подвёл. Стас видел Трубецкого, как будто вчера расстались. Услышал голос Катрин, жены его. «Ах, Николаша, как мы за тебя испугались». Его в той жизни Николашей звали. Стас хихикнул. Ну а дальше то, что было? Ох, Стас даже одеяло натянул до подбородка, такой озноб по телу прошёл. Отступили декабристы. Ушли на лёд, ещё были силы взять Петропавловскую крепость, а император новоиспечённый приказал из пушек стрелять. Теперь он понимал выражение: земля разверзлась под ногами. Там, правда, был лёд. И он вспомнил своё отчаяние, когда смотрел в тёмное без звёзд небо и держался за край льда, чувствуя, как холод добирается до сердца. Ему казалось, что до него доносятся стоны тех, кто ещё жив. А потом нашла его Мари-Алиса. Жизнью рисковала, чтобы его спасти. Не вышло. Предательский лёд треснул. Но, держа Мари-Алису в объятиях, не страшно и утонуть.

Стас почувствовал, что дрожит. Стянул покрывало, накрылся сверху. Ничего себе сон. А потом вдруг мысль пришла: никакой это не сон. Всё так и было. Стасу вдруг стало тепло. Скинул одеяло. Встал. Память, это чудо. Старичок из конторы вернул ему память. Теперь Стас полноценный человек. Помнит свою любимую. Ему повезло, он видел удивительное время. Общался с потрясающими людьми. Они теперь для него не портреты в книгах, а живые лица и живые голоса.

Стас схватил телефон.

- Валерий Никандрович, я всё вспомнил. Спасибо. Сначала думал, что сон.

- Ну я подумал, что во сне сподручнее тебе показать твою жизнь, - голос у старичка был довольный. - Но я долго бился с этой колдуньей, к которой твоя невеста прибежала, чтобы тебя вернуть. Ох, как я ненавижу насилие.

- Вы только Настю не наказывайте, - попросил Стас.

- Ой, какой ты добренький. И везде лезешь. Тебе Алиса нужна, или Настя, или эта чужая душа, которая чужое тело заняла? Ты определись для себя.

- Конечно, Алиса. Но Настю жалко и Алла, которую вы чужой душой называете, вовсе не так виновата.

- Ничего у тебя не выйдет, пока ты энергию свою разбазаривать будешь. Когда поймёшь, поздно будет. А сейчас пора мне.

В трубке послышались гудки. Стас некоторое время смотрел на телефон, не веря, что старичок так разозлился, что трубку бросил.  Потом положил телефон на стол.

- Ну и что же мне делать теперь? – крикнул он в пустоту. Ответа не было.

Стас походил по квартире, обдумывая ситуацию. И что старичок взъелся на Аллу? С такой судьбой неудивительно, что она решилась уйти из жизни. Вот Екатерина Семёновна её ничуть не осуждала. И он тоже, несмотря на веское основание, что Алиса могла занять своё тело, и они могли быть вместе. Но видно не судьба в этой жизни. Стас научился принимать жизнь такой, какая она есть. Не ропща и не жалуясь. Детский дом формирует характер лучше любого родителя с ремнём.

И если внутреннее чувство подсказывает Стасу, что Аллу бросать нельзя, он доведёт дело до конца. Решено! Стас умылся и сварил чашку крепкого кофе. Заглянул в холодильник. Присвистнул. Придётся заново вести хозяйство и ходить по магазинам. Он сгрыз горбушку чёрствого хлеба с вареньем. Пока завтракал, в голове родился план: напроситься к Алле в гости. Неприлично, конечно, как к замужней женщине. Но ему нужно рассказать Алле то, что он узнал вчера и кафе тут  не подойдёт. Дома пусть Алла хоть все вазочки разобьёт, если разозлится, что он начал без неё действовать.

И к тому же ему очень хотелось посмотреть дом, где жила Алиса. Тем более Валерий Никандрович говорил, что её душа дома  крутится. Вдруг им с Алисой удастся пообщаться. Из него тот ещё экстрасенс. Но жизнь меняется. Стас

 подошёл к зеркалу и посмотрел на своё отражение. И хотя ему не хватает прежнего образа Николаши, его задора и удали, в этом теле тоже жить можно. Молодой человек побрился и тщательно расчесал тёмные волосы, провёл аккуратный пробор. Надо сегодня зайти в парикмахерскую. Раньше он носил очень короткие волосы, хотя с чёлкой набок ему кажется лучше. Ну что ж, спасибо Николаше за новый образ. Он подмигнул своему отражению. Выглядеть он стал гораздо лучше: черты лица перестали казаться заострёнными, подбородок обрёл свой упрямый характер, а серые глаза смотрели на мир слегка насмешливо, словно он сам смеялся над тем, в какие материи вляпался.



Лисицына Татьяна

Отредактировано: 14.09.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться