Наследница Короны-1. Неугодная

Размер шрифта: - +

VIII. Легенда о Падших

Ранним утром Сайрис, как и вчера, и позавчера, и год назад, толкал перед собой скрипучую телегу по длинной пыльной дороге. Он знал каждую ее колдобину, и дорогу эту уже много лет тихо ненавидел. В подвыпившем состоянии — громко. Не раз случалось, что на ней проклятые разбойники-голодранцы грабили его и забирали себе все до последнего зернышка, а самого доставщика избивали и оставляли ни с чем.

Когда-то у Сайриса была лошадь. Худая, ленивая, облезло-рыжая, но все-таки лошадь. Овса на нее уходило немеряно, но кобыла все же выручала своего хозяина. Каждое утро Сайрис запрягал ее в телегу, нагруженную товаром, сам садился сверху на мешки и погонял прутом ленивую скотину. Лошадь громко ржала, возмущаясь, но потом, получив третий или четвертый удар, успокаивалась и смирно волокла за собой телегу по проклятым колдобинам.

Помощницу забрали все те же разбойники. На новую у Сайриса не было денег, и мужчине пришлось самому стать лошадью для своей телеги.

Сколько себя помнил, Сайрис жил в небольшой деревне на окраине единственного тогда королевства в целом мире — Сандорры. Оно было небольшим, возникло на месте некогда бескрайней степи, и правил им старый король Гриван. Он не отличался особой мудростью, но командовать и запугивать народ умел. Деревня, где вырос Сайрис, располагалась вблизи ржаного поля. Старики твердили, что поле то волшебное, и дано им как подарок от богов. И, вероятно, они говорили правду, — рожь плодоносила круглый год. Никто уж не помнил, кто ее посеял. Едва стоило собрать урожай, как тут же вырастали новые колосья. Хватало ночи для их созревания. Это маленькое поле снабжало хлебом все королевство.

Семья Сайриса считалась в деревне уважаемой. Еще бы! Ведь благодаря им жители каждого дома еще не умерли от голода. Предки Сайриса, а позже и он сам, отвозили урожай с поля в столицу, а иногда и прямиком во дворец. На полученные деньги покупали еду и все необходимое себе и соседям. Те же, в свою очередь, исправно ухаживали за полем и собирали с него ежедневный урожай. Сандорра получала хлеб только благодаря этой маленькой деревне. Когда-то прадед Сайриса предложил возвести в деревне собственную мельницу, но дед нынешнего короля запретил даже думать об этом. Сказал, что люди начнут работать на себя и перестанут работать на королевство. Идея умерла еще в зародыше. С тех пор никто не высказывался против устоявшегося режима.

В двенадцать лет, когда Сайрис впервые погнал лошадь в столицу, он возненавидел свою работу. Ну, что за удовольствие — каждый день возить зерно в такую даль? У доставщика не бывает выходных, как, впрочем, и у остальных рабочих деревни. Родители отругали его за такие разговоры, и после хорошей порки Сайрис научился держать мысли при себе.

А годы шли. В пятнадцать лет Сайриса женили на старшей дочке соседа — красавице Вайноне. Правда, красавицей она считалась только в пределах родной деревни. В столице и двух маленьких городах королевства ее бы осмеяли: худая, как палка, горбатый нос, тонкие прямые волосы. В сравнении с соседками Вайнона казалась божественно прекрасной.

Отец подарил сыну несколько дней, чтобы тот насладился семейной жизнью, и отвозил зерно сам. Спустя неделю он сломал ногу в драке с разбойниками, и Сайрису пришлось снова взяться за дело. Мужчина мечтал о сыне и надеялся, что когда-нибудь тот сменит его на посту, но желанию не суждено было стать реальностью — Вайнона оказалась бесплодной. Прогнав из дома бесполезную женщину, Сайрис отказался от мысли жениться вновь. Да и соседи не спешили с ним родниться после того, как он опозорил бедняжку Вайнону на всю деревню.

В тоскливом однообразии потекли годы. Сначала тяжело заболел и скончался отец, следом за ним в могилу ушла и мать. Сайрис остался один. Сорок лет он возил зерно в столицу и во дворец, проклиная при этом все на свете, включая богов. Все чаще он вспоминал наставление матери:

— Нельзя жить безбожником, Сайрис, — говорила она. — Ты должен молиться, и тогда после смерти твой дух вознесется в Верхний мир.

— Не верю я во все это! — махал рукой сын. — Если бы боги существовали, то уберегли бы нас от такой доли.

— Не говори так! Благодаря нам люди не умирают с голоду.

— Почему бы им самим не собирать урожай и возить его, куда надо? — возмущался Сайрис.

— Потому, что это поле боги даровали нашей деревне, — отвечала мать, — и обязали нас помогать другим.

— Вот я и говорю: нет их, богов этих! А если и есть, то они злые и жестокие.

Когда сын так говорил, мать в ужасе хваталась руками за сердце и начинала кричать на него:

— Не смей! Не смей так говорить! Боги добры и любят нас!

— Но не все. Ты сама говорила, что нет бога злее, чем Азалон.

Мать в который раз хмурилась. Не впервые Сайрис заговаривал с ней об Азалоне, и это ее пугало.

— Ты можешь молиться любому богу или не молиться вообще, — твердо говорила она, — но не смей припадать к ногам Азалона! У этого бога в подчинении сама смерть; все вокруг него мертво.

 

В тот день Сайрис вновь подумал об Азалоне. Мать боялась его, как огня. Впрочем, его и считали огнем, — жарким пламенем Нижнего мира. Он забирал себе грешников и истязал их несчастные души. Говорят, что иногда Азалон поднимается в Срединный мир, где ищет себе последователей. Он обманывает людей, завлекает исполнениями заветных желаний, дарит богатство, удачу, славу и красоту в обмен на вечное подчинение. Глупцы, попавшие в его сети, отрекаются от света и продают ему свои души. После смерти Азалон вырывает их из тел и уносит в самые глубины Нижнего мира, где им уготована незавидная участь...



Aili Kraft

Отредактировано: 29.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться