Наследница Минелеи

Главы 17-19.

Глава 17.

Вечный лес был, как всегда, неприветлив и мрачен. Но так могло лишь показаться чужакам. Кому-то же он стал оплотом надежды, последним шансом на жизнь, настоящим домом. Люди, которые здесь поселились, полюбили это место. Здесь они могли чувствовать себя в безопасности, так как лес был настолько велик, что дорогу к их убежищу могли безошибочно найти всего три человека из всего лагеря. Они знали каждое дерево, каждый куст, а некоторым даже давали имена. Так, столетний дуб, который использовался в качестве главного сторожевого поста – высокий с густою кроною - называли Строгим папой. А группу березок, которую высадили сами жители леса, скучая по родным краям, называли семейкой Аннушки и использовали полянку возле них для трапезы и совместного отдыха.

Всю ночь Рой со своими людьми ехали без устали, углубляясь в лес все дальше и дальше. Медленно и осторожно они пробиралась сквозь деревья и подлесок по одним им виданным тропинкам. Несколько раз по дороге в чувства приходили пленники, но им вновь вливали в рот настойку сон-травы, и те засыпали. Для надежности, бесчувственным заложникам завязали глаза, чтобы те не подсмотрели куда их везут. Когда забрезжил рассвет, они уже достигли конечной точки своего пути: заросли и деревья внезапно расступились, и взору открылось небольшое поселение из шалашей, шатров и грубо сколоченных лачуг. К ним тут же подошли несколько человек, забирая поводья и бесчувственные тела пленников. Седоволосый крепкий мужчина с морщинистым лицом направился к Рою.

- Как все прошло? – спросил он, настороженно рассматривая девушку, которую сейчас Рой передавал в руки одному из встречающих.

- Нас никто не обнаружил, если ты об этом, - ответил ему Рой. – Также стычек и насилия никакого не было. Сейчас нам нужно отдохнуть и поесть. Прикажи позаботиться о лошадях, они скакали всю ночь. Мужчины пусть отнесут пленников к нашей знахарке, затем не приближаются. Это важно, – дождавшись, пока седоволосый кивнул в знак того, что все понял, Рой наконец спешился, передавая и свои поводья.

- Сынок, ты ничего не хочешь мне сказать? - заглядывая в глаза, спросил встречающий. – Я вижу ты чем-то обеспокоен. Ты уверен, что вы взяли тех людей? Уж больно девочки худенькие да маленькие, чтобы их посылать на разборки с нашей бандой.

- Да, уверен, на них нам указал наводчик. Не думаю, что он мог ошибиться. Но давай поговорим потом, сейчас я слишком устал, – с этими словами Рой направился к своему шатру, который отличался от остальных своими размерами. Он был высокий и просторный, из плотной зеленной парусины, а внутри могло одновременно разместиться несколько человек. Там его уже встречала с едой Беляночка, как ласково называли ее в этом пристанище для разбойников. Девушка раньше была распутницей и зарабатывала себе на жизнь телом. К банде она примкнула недавно, когда в схватке убила клиента. Он оказался из высокородных, и стража правопорядка объявила ее преступницей, заранее подписав смертный приговор. Никого не интересовало, что если бы не она, то убили бы ее. В общем-то, Рой принимал под свою опеку только тех, кто не был по натуре плохим человеком. В основном это были люди, которые по несправедливости или безвыходности ситуации, оказывались на обочине жизни. Сказать, что он помогал им исправиться – это откровенно солгать. Нет, они все также были вне закона, но они получали шанс на жизнь, хоть она протекала в лесу, среди таких же отчаявшихся людей. Вот и Беляночка, пухленькая маленькая блондиночка, нашла здесь свое спасение. Она сразу же влюбилась в Роя, отказывая в ласке остальным мужчинам лагеря. Для нее он был воплощением настоящего героя: высокий, сильный, с красивыми правильными чертами лица и повадками аристократа. И этот прекрасный мужчина спас ее в ту холодную темную ночь, когда она бежала почти раздетая, скрываясь от стражей. Рой поначалу относился равнодушно к вниманию девушки, не замечая того, как Беляночка не отходит от него ни на шаг, что отвергает все ухаживания других кавалеров. Еду приносила только она, и она же убирала у него в шатре, стирала ему белье и помогала умываться. Он как-то попытался объяснить, что она ему ничем не обязана, но девушка призналась, что хочет стать его женщиной. Он не стал отказываться. И сейчас она с улыбкой, и с милыми ямочками на щечках приветствовала его. Беляночка не замолкая, причитала, помогая ему снять запыленную дорожную одежду:

- Милый, вас так долго не было! Я ужасно беспокоилась! Марфка говорит, что с ними станет, мол, они и не на такие дела уходили, а возвращались всегда целехонькие. А у меня все сердце не на месте было. Все чудиться, что тебя убили. Или может, встретил там какую-то. Знаешь, любимый, для меня твоя измена и смерть это одно и то же. Я не переживу, если ты будешь с другою женщиною.

- Беляночка, успокойся и перестань тараторить, – устало ответил Рой. – Начнем с того, что я не твой. Я согласился разделять с тобой постель, потому что ты красивая девушка. Но в вечной любви не клялся, а, наоборот, предупредил, что мое сердце закрыто для всех женщин.

Беляночка покраснела после этих слов не то от досады, не то от стыда.

- Я помню. Ты говорил, что после гибели жены, не желаешь никого вновь полюбить. Что твое сердце принадлежит только ей. Но к мертвой я не ревную. А вот, если появится живая претендентка на твое сердце, я предупреждаю, долго ей таковой не оставаться!

- Прекрати! – не выдержал Рой. – Я знаю, к чему ты клонишь. Неужели эти сороки уже наговорили тебе про наших пленниц? То, что я ее вез, это ничего не значит. Так нужно было. … Но, что я тебе объясняю, полей лучше воды, мне нужно смыть с себя дорожную пыль.

Беляночка молча, послушалась, но в ее глазах не унимался огонь. Она помогла мужчине умыться, а после нервно теребила свою косу, сидя возле Роя, пока тот ел и пил. Наевшись, мужчина притянул к себе девушку, посадил на колени и крепко поцеловал. Она тут же страстно ответила на его ласки, но он отстранил ее.