Наследница огненных льдов

Глава 44

Утром за завтраком я всё ещё сердилась на Эспина, и потому долго гипнотизировала его пристальным взглядом, пока он не соблаговолил отвести глаза от тарелки с кашей и сказать мне:

– Мы не знаем, что ждёт нас на севере. У нас, оказывается, даже нет точной карты Тюленьего острова. Мы понятия не имеем, почему на самом деле дядя Рудольф решил повести экспедицию на север. И жив ли он в данный момент, нужна ли ему наша помощь, нам тоже неизвестно. Но тебя ведь это не остановит, верно?

Мне пришлось скромно промолчать. К чему слова, Эспин ведь прекрасно знает ответ.

– В таком случае, – продолжил он, – я могу утверждать только одно. Мы должны попытаться покинуть Сульмар и отправиться на север. Сколько сможем, сколько осилим, но мы пройдём этот путь, чтобы потом сказать самим себе – мы сделали всё, что было в наших силах.

С минуту я пыталась сообразить, шутит Эспин, или говорит серьёзно. Зато Брум понял всё сразу и, напугав своим басом хозяек дома, начал голосить, прохаживаясь между тарелок:

– Всё, мы пропали! Бестолочь попала под зов Ледяной звезды ещё в Квадене, балбес заразился тем же здесь. Безумцы! Самоубийцы!

– Ни о каком самоубийстве речи не идёт, – осадил его Эспин. – Я уже сказал, мы пройдём тот путь, на который хватит наших сил. А потом мы повернём назад.

– Не успеешь ты повернуть! Ты замёрзнешь без топлива и еды на полпути к людям.

– Я в состоянии рассчитать запасы провианта, чтобы определить точку разворота.

– Все вы так говорите, а потом скитайся с вами по заснеженной тундре.

Дальше слушать ворчание хухморчика Эспин не стал. Он просто сгрёб Брума в ладонь и, не обращая внимания на крики, посадил его в карман куртки, после чего закинул на спину пустой рюкзак и направился к выходу.

– Куда ты? – не поняла я.

– Как куда? За провиантом и снаряжением. Последний продовольственный склад на нашем пути находится здесь, в Сульмаре, если ты забыла.

Всё, теперь самое время мне устыдиться своих вчерашних мыслей, ведь в решительном настрое Эспина сомневаться больше не приходилось. И это меня весьма настораживало.

– Ты уверен? – еле поспевая за ним на улице, спросила я. – Ты хорошо подумал?

– Более чем. Потому что я делаю это для тебя. Понимаешь?

Для меня? Мы отправимся на поиски дяди Руди, не потому что Эспин верит в возможность его спасения, а потому что в это верю я? И как мне расценивать такие жертвы?

– Я не хочу, чтобы спустя годы даже вскользь ты могла бы обвинить меня в бездействии, – пояснил он. – Ты думаешь, что можешь ещё помочь дяде Руди? Хорошо, тогда я помогу тебе, и мы попытаемся спасти его вместе. Но в случае серьёзной опасности для твоей или моей жизни мы тут же повернём назад. Немедленно. На это ты согласна?

Что тут ответить? Пожалуй, это самое лучшее предложение, какое я только могла получить после вчерашнего вечера. А ещё это повод задуматься: неужели я так дорога Эспину, что даже спустя гипотетические годы он не хочет со мной ссориться? Что же это значит, эти самые годы он готов провести рядом со мной?

Получить ответ тут же и немедленно я не рассчитывала, тем более что нам предстояло заняться делами поважней. В отделе промтоваров здешнего магазина пришлось немало повозиться, чтобы подобрать себе подходящую меховую одежду для предстоящего похода. Комбинезон на оленьем меху, трёхклинная шапка с меховой опушкой и вышивкой из бисера, рукавицы с искусным орнаментом из кожаных лоскутков, тяжеленные унты с противоскользящей подошвой на стриженом меху. Из верхней одежды мне досталась сплошная кухлянка без запаха, но с капюшоном, а Эспину – распашная парка. Правда, Бруму она совершенно не понравилась.

– Так, что это? – недовольно вопрошал он, расхаживая по заваленному мехами прилавку. – Где карман, где моё вместилище, где мой укромный уголок? Нет, без кармана это нам не годится, забирайте.

Немного обескураженный видом хухморчика и его речами продавец сбивчиво объяснил:

– У традиционной северной одежды никогда не было карманов. Если что-то нужно носить при себе, для этого на шею надевают нагрудную сумку.

И тут он выложил с десяток этих самых сумок на выбор. Как некстати вспомнилось тело несчастного моториста в кваденском морге. У него под шубой ведь тоже была похожая сумка, где он хранил личные вещи дяди Руди, фотокарточку жены и записку с радиочастотами. Но Брум в том морге не был, экипировку покойника не видел, и потому с упоением начал проверять все сумки, что предложил нам продавец. Хухморчик успел залезть в каждую, чтобы оценить, какая из них более мягкая, в меру просторная и в его понимании красивая.

– Вот эту с оленем, – вынес он свой вердикт. – Только в ней готов отправиться на север. Других не предлагать.

Сумка и вправду была симпатичная. Пока Эспин выписывал чек за все покупки, я долго рассматривала аппликацию на сумке и пыталась понять, как же мастерица умудрилась так аккуратно вырезать из светлой замши стилизованную фигурку оленя и пришить к ней фон из тёмной кожи. Тонкая работа.

– А почему не хотите купить пыжиковое нижнее бельё? – внезапно спросил нас продавец. – Без него в походных условиях просто не обойтись.

– А мы про него ничего не знаем, – ответила я. – Кто такой пыжик?

Оказалось, что хлопчатая нижняя рубашка со штанами просто ерунда по сравненью с теми же рубашкой и штанами из меха новорождённых оленят. Хлопчатую ткань тяжело стирать время от времени в ледяной воде. А пыжиковое бельё достаточно вынести на мороз, подождать, когда пот с чешуйками кожи заледенеет, а потом надо просто выбить одежду, и она снова будет чистой. Прекрасная вещь, ведь мыться в походе нам будет негде, а так хоть какое-то соблюдение гигиены.