Наследница огненных льдов

Глава 69

На следующее утро возле лагеря снова обнаружились следы узких нарт. Эспин сказал, что во время дежурства отчётливо слышал щебет, но не певучий птичий, а будто осмысленный, с почти человеческими интонациями.

– Нерпоглазые щебечут, – уверенно заявил Брум. – Речь у них такая.

– И ты её понимаешь? – спросил Эспин.

– А оно мне надо? Я вашу-то не сразу выучил, а тут ещё всякие щебетуны.

– Жаль. Как-то жутко было слышать тихие голоса в темноте, но не видеть, кто их издаёт. Почему эти карлики не хотят показать себя?

– Света боятся. А ты думал, почему они по ночам шастают? Вот потому и шастают, что любят темноту. А кто любит темноту? Тем, кому есть, что скрывать. Небось, сегодня ночью щебетали тебе, мол, балбес, иди к нам, мы давно не пробовали человечинки.

– Сейчас вместо сумки пойдёшь жить в рюкзак, – сурово пригрозил ему Эспин. – Если в дороге тебя не завалит консервными банками, считай, повезло.

– Да ладно тебе, ладно, – примирительно протянул Брум. – Не знаю, о чём они там на самом деле чирикают.

Что-то после шуточек Брума аппетит у меня поубавился. Зато Тэйми налила Эспину полную миску каши с бараниной и предложила:

– Надо бы задобрить пехличей, оставить им еду. Вон, у нас толсторог есть, гольцы. Хорошо бы пехличам часть отдать, может, подобреют к нам и не будут больше преследовать.

– Где оставим? – живо заинтересовался её предложением Эспин.

– Надо пойти по следу нарты, она приведёт нас к горам. Возле какой скалы след оборвётся, там и оставим гостинец.

– Хорошо, сходим к горам. Но ты сначала сама поешь.

– После тебя, муж мой.

– Нет, Тэйми, ешь вместе со мной.

– Но ведь ты мой муж, тебе нужно набираться сил перед долгой дорогой.

– А тебе разве не надо?

– Я могу и подождать.

– Нет, ешь сейчас.

– Но…

– Я так хочу.

Бедная девушка сочла такую резкую перемену тона за принуждение, покорно опустила глаза и налила себе миску каши и неспешно стала выбирать из неё куски мяса.

Ну, Эспин, ну, грубиян. Не ожидала от него такого.

В напряжённой тишине завершился наш общий завтрак, а после мы с Тэйми отправились оттирать посуду в снегу, что в крепкий мороз стало совсем уж мучительным занятием.

– Твой брат сердится на меня, – понуро шепнула она.

– Да нет же, за что ему на тебя сердиться?

– Он приказал есть вместе с ним, будто он не доверяет мне. Думает, что я хочу его отравить, вот и заставляет пробовать еду первой.

– Ну что ты, Тэйми, он вовсе не это имел в виду.

– Я ему совсем не мила, – в конец скуксилась девушка, но стоически сдержала слёзы.

Потом она отнесла вымытую посуду к своей нарте и принялась упаковывать вещи. Пока Вистинг разбирал свою палатку, я вернулась к костру и сказала Эспину:

– Ну, ты и чурбан. Тебя что, совсем не учили вежливости? Тэйми сейчас расплачется.

– Да что я такого сделал? – поразился он.

– Был неласков. Теперь она думает, что ты считаешь её отравительницей.

– Я ничего такого не считаю.

– Вот и скажи ей об этом.

Я невольно обернулась и увидела, как Тэйминэут скрывается в нашей двуместной палатке.

– Всё, – поняла я, – точно пошла плакать.

– Ну, я же ничего такого ей не сказал, – начал оправдываться Эспин.

– Главное не что, а как. Я же просила тебя, будь с ней помягче, поласковей. Смотри, какую вкусную кашу она нам всем приготовила. С рисом и даже без помощи Брума. Видишь, как она быстро учится новому. Ведь для тебя старается.

– Хорошо, – поднялся Эспин, – пойду, поговорю с ней.

– И побольше ласки, – напутствовала я, – а лучше обними Тэйми и скажи, какая она красавица. Тогда точно перестанет обижаться.

На этом Эспин направился к палатке и вскоре забрался внутрь. Не прошло и пяти минут, как он выбежал оттуда, словно ошпаренный, с пылающими обидой глазами. Подбежав к костру, он схватил кожаный мешок, куда мы сложили рыбу с кусками мяса для пехличей, и размашистыми шагами двинулся вместе с ним в сторону гор. Пришлось мне бежать за Эспином.

– Что случилось? – ничего не понимала я.

– Что бы я ещё раз тебя послушал, – огрызнулся он. – Ласковые слова, комплименты. Да она просто поколотила меня, когда я её обнял!

На этом он опустил мешок, чтобы вынуть из нагрудной сумки защитные очки, повязать их через голову и продолжить поход по следу узких полозьев.

Я остановилась у нарты и недоумевающе смотрела ему вслед, пока из палатки не выбралась Тэйми и тоже не уставилась вдаль. Было заметно, что она и сама раздосадована, даже расстроена.

– Что у вас там случилось? – хотелось узнать мне. – Зачем ты ударила Эспина?

– Я хотела показать ему, что я честная жена, – растерянно ответила она.

– Не понимаю, что это значит?

– Если парень прикоснётся к девушке, ей надо поколотить его, чтобы сберечь свою честь. Если муж в первый раз прикоснётся к жене, она тоже должна его поколотить.

– А мужа-то зачем?