Наследница огненных льдов

Глава 77

К вечеру следующего дня в сопровождении четырёх оленьих упряжек мы снова направились к побережью Великой полыньи. На то было только две причины: Вистинг собирался вернуть рыбакам отнятые браконьерами шкуры, а пастухи желали пристроить туши убитых оленей, чтобы не пропали зря. Ещё они не поскупились и отдали прибрежным горемыкам пару браконьерских ружей и коробку с патронами, чтобы им было чем отбиваться в случае внезапного хаконайского вторжения.

Рыбаки встретили нас настороженно, но после широкого жеста оленеводов и Вистинга приняли нас как дорогих гостей. Пастухи, сгрузив туши, поспешили вернуться к своему стойбищу, а вот нас ждало угощение в виде строганины из квашеной рыбы и рыбного же киселя с кедровыми орешками.

В благодарность за гостеприимство или просто из желания избавиться пока не поздно от невыделанных шкурок, Тэйми отдала четырёх песцов хозяйке подснежного дома Лемпинавыт – у Тэйми ведь нет ни времени, ни скребка, для их обработки.

Подарок пришёлся очень даже кстати, но хозяйка оставаться в долгу перед Тэйми не пожелала и уговорила своего мужа отдать Тэйми для её поредевшей упряжки хотя бы одну собаку. Выбор пал на серую сучку с одним белёсым, точно из-за бельма, глазом.

– Вот моя Шикша, – не без гордости представил собаку Яринанто, когда мы все поднялись из дома на крышу. – Старательная, сообразительная и дорогу до Тюленьего острова хорошо знает. Ездили мы с ней к моим родственникам туда и не раз.

– Разве можно проехать на собаках с острова на остров? – удивилась я.

– А как же. Зимой – так запросто. Проливчик-то уже перемёрз, льдом покрылся. Правда, местами торосы громоздятся, полыньи от тёплых вод вскрываются, но это не страшно с нашей-то плавучей нартой.

Пока сумерки не сгустились окончательно, хозяин показал нам необычное средство передвижения возле своего амбарчика: то ли байдарку с полозьями, то ли нарту в виде лодки.

– Это чтобы по льду на собачках ехать, а если полынья впереди, так собачек в плавучую нарту сажаешь и гребёшь веслом. Как только к прочной льдине пристал, выпустил собачек, они снова нарту тянут. Если на Тюлений остров собираетесь отправиться, без такой вот нарты не обойтись.

Какое счастье, что Яринанто оказался отзывчивым и понимающим чужие нужды хозяином. Дабы не смущать Тэйми, он предложил ей на время просто поменяться нартами: она отдаёт ему свою, обычную, а он взамен плавучую, пока Тэйми со своей упряжкой не вернётся с Тюленьего острова обратно в это селение.

Семья, которой Вистинг вернул шкуру морского медведя, и вовсе ни на каком залоге настаивать не стала, а просто дала ему во временное пользование похожую лодку-нарту, которую можно тянуть за собой на кожаном ремне. И это пришлось так кстати после поломки малой нарточки.

Всё, к походу на север мы теперь полностью готовы, но наутро оказалось, что лучше нам не спешить трогаться в путь.

– Дурные люди живут там, на севере, – как бы между делом обмолвилась за завтраком Лемпинавыт. – Распутные, жадные, негостеприимные. Вот мы прибрежные люди, всегда гостя накормим, спать уложим и в дорогу соберём. И соседи наши, оленные люди, тоже гостя не обидят. А там, на Тюленьем острове, прибрежные люди приютят и накормят только если задумали чего, а от оленных и того не дождёшься. А ещё распутники они все как один. Мужья по две жены держат, а то и по три, да ещё в соседнее селение или стойбище ездят, чтобы спать с женой своего друга. А жену друга про то и не спросят, хочет она спать с чужим человеком или нет – муж всё равно заставит. Если жена воспротивится, тогда муж её поколотит или она сама от позора удавится. А бывает, овдовеет женщина, тогда придёт к ней брат умершего мужа и заберёт её себе как наследство, а она и слова сказать не посмеет, если жить хочет. А ещё, если случится между семьями вражда и погибнет кто в драке, семья обидчика должна будет уплатить цену несчастья.

– Что ещё за цена несчастья, – не поняла я.

– Это плата за убийство. Её оленями отдают или малыми детьми. А бывает, что парнями или девушками. Детей своих отдают старейшины, чтобы кровную месть пресечь. А там, во вражьей семье, парни и девушки всё равно, что пленники – что захотят новые хозяева, то с ними и сделают.

Признаться честно, меня очень расстроил этот рассказ. Местами даже напугал. А Тэйми, выслушав нашу хозяйку, спросила:

– А если на Тюлений остров девушка молодая пожалует и без мужа, на ночлег попросится, что тогда с ней хозяева сделают?

Как же мне не понравилась постановка этого вопроса, но мотивы Тэйми я поняла – это она так обо мне беспокоится.

– А что будет? – тут же ответила Лампинавыт, – если без родни придёт, первый, кому она приглянется, утащит её за свой полог, а там уже и свадьба, и детишки скоро родятся. Да даже если с роднёй придёт, найдут северные развратники, как девицу хитростью или обманом у родственников выманить. Ночью за полог утащат, а утром в обмен на неё родне другую девицу из своей семьи отдадут. Вот такая у них справедливость. Да и мужней девушке ухо востро держать надо, – тут наша хозяйка внимательно посмотрела на Тэйми и доверительно сообщила, – Вот муж твой молодой и красивый придёт в чей-нибудь дом или ярангу, а хозяин, старый и безобразный, скажет ему, хочу, чтоб мы с тобой друзьями отныне стали. А муж твой с дуру и согласится. Вот тогда ночью и скажет хозяин твоему мужу, мы же с тобой теперь не просто друзья, а ещё и по жёнам друзья. Ничего для тебя не пожалею, что хочешь дам. Вот, даю тебе мою старую жену, спи сегодня ты с ней, а я с твоей женой, значит, за полог лягу.