Наследница огненных льдов

Глава 85

Поутру я обнаружила, что в палатке помимо Зоркого ночевали ещё две собаки: Роха и новобранец Тармо. Тармо, как оказалось, сам по себе спать не мог, и потому в складках его меха под брюшком обнаружился Унч.

Перед тем как разобрать палатку, пришлось выгнать всех наружу. На снегу Тармо развалился и подставил Унчу пузико и грудку, чтобы тот его гладил и чесал. Глядя на эти нежности, Зоркий подбежал ко мне и ткнулся носом к руку. Пришлось провести варежкой по его лбу и сказать:

 – Извини, я сейчас занята. Но потом я тебя вдоволь потискаю. Идёт?

Нет, Зоркому хотелось всего и сразу. Тогда Унч вызвался помочь и отправился делать массаж моему пёсику. А вот Тармо такого щедрого жеста не оценил. Пока Унч тормошил Зоркого, курносый пёс обиженно смотрел на этих двоих, а потом начал жалобно скулить и подвывать.

– Кажется, твой пёс ревнует, – сказала я Унчу.

– Обиделся, – признал тот.

Пришлось Унчу оставить Зоркого и вернуться к Тармо, а вот мой пёсик долго не думал и решил попытать счастья у другого хухморчика. Но Брум был категоричен:

– Я не буду тискать тебя, животное. Даже не думай об этом. Я непреклонен и твёрд. И убери от меня свою шерстищу.

Так ничего и не добившись, Зоркий отправился к упряжным собакам, видимо, за моральной поддержкой. Но миг единения походной стаи был недолог, ведь нам нужно было трогаться в путь.

После розоватого рассвета я успела заметить, как горизонт мутнеет и колышется, словно снежный покров пытается смешаться с небесной гладью. Вскоре в лицо ударил первый порыв ветра, обдав кожу колючими снежинками.

Мы продвигались вперёд, несмотря на метель, что в безоблачную погоду разразилась у поверхности земли. Ветер не сбивал с ног, но поднимал и переносил над настом снежную взвесь, что больно впивалась в лицо и сдавливала дыхание.

Ближе к закату ветер стих, но я успела увидеть, как впереди в горах ветер ещё кружит снежные вихри, заставляя их спускаться вниз по склонам и таять в воздухе у самого подножья.

Дневной переход выдался тяжёлым, но по дороге мужчины всё же умудрились нарубить тальник и покидать его в нарту. И их предусмотрительность пришлась очень кстати, ведь возле гор мы не нашли никаких признаков древесных зарослей.

За ужином напряжение последних дней не покинуло нашу компанию. Если Эспин снова начал общаться со мной, как и прежде, то Тэйми упорно молчала, да ещё и следила, как бы её ненаглядный не приблизился ко мне ближе, чем ей бы этого хотелось.

Тэйми постоянно отвлекала Эспина, звала подойти ближе к себе, но подальше от меня. Ужасная ревнивица. А ведь по её меркам я замужем. Или Тэйми опасается, что нравы Тюленьего острова возьмут над нами всеми верх, и мы впадём в такой омут разврата, что поменяемся своими парами и будем жить в мире и дружбе? Нет, Мортена я Тэйми точно не отдам.

Пока варился ужин, мой островной супруг ставил палатку, но внезапно замер на месте и задрал голову, уставившись в ночное небо. Он так напряжённо вглядывался в черноту, что я сама невольно посмотрела вверх, но ничего интересней Ледяной звезды там не увидела.

– Что-то случилось? – опасливо спросила я.

– Пока нет, но скоро случится. Ты не слышишь треск?

– Треск? В небе? Нет.

Теперь я изо всех сил вглядывалась ввысь, надеясь увидеть, как на мелкие точки ярких звёзд наползает чернота огромной надувной оболочки. Я вслушивалась, желая различить в тишине звук мотора, а лучше трёх. Фантазия рисовала, что сейчас над нами пролетает чудом починенный дирижабль дяди Руди. А что ещё интересного может шуметь в ночном небе?

Но все мои надежды не оправдались, а реальность оказалась куда ярче любых ожиданий. Внезапно небо разрезала волна зелёного света и разлилась по черноте желтоватыми всполохами света. Они непрестанно колыхались, змеились, крутились вихрями и растворялись в зелени неба, чтобы снова вспыхнуть и закрутиться в хаотичной круговерти. Всё вокруг сияло, тундра и горы стали видны как днём. Небывалое зрелище, грандиозное и неповторимое!

– Это и есть северное сияние? – заворожённо спросил Эспин.

– Это верхние люди распахнули ярангу, и свет от их костра упал на нас, – сказала Тэйми. – Предки подают нам знак, зовут к себе в гости.

– Рановато нам ещё отправляться в Верхний мир, – отозвался Мортен.

– Да, Тэйми, рановато нам умирать, – поддержал его Эспин, – Там в небе не огонь призрачного костра, а всего лишь электрическое свечение верхних слоёв атмосферы.

– Ничего не знаю про твою атмосферу, – отрезала она, – а про костёр предков мне ещё бабушка рассказывала. Говорила, в Верхнем мире люди жгут костры из дурманящих трав, и потому, когда в нашем мире загорается небо в ночи, можно сойти с ума, если долго смотреть на эти огни.

– Вздор, суеверия.

Но Мортен с Эспином не согласился.

– Это вы просто не видели массово впавших в транс людей и их пляски под светящимся небом.

– Да? – заинтересовался Эспин, – И как это выглядит?