Наследница огненных льдов

Глава 86

Проснулась я под звуки заливистого лая и копошения под боком: это Мортен выбрался из своего спального мешка, натянул унты, схватил ружье, и выбежал из палатки. Вскоре снаружи послышались звуки выстрелов и ругань в два голоса – Эспин тоже выбрался наружу.

Теперь настала моя очередь одеваться, чтобы выйти из палатки. Снаружи царил хаос, даже в густых сумерках это было отчётливо видно. Собаки с лаем разбежались вокруг лагеря, грузовая нарта с припасами лежала на боку, шкуры и куски разделанного оленя валялись в снегу. Так, а где второй олень, ещё не рубленный и не еденный?

– Тэйми, – крикнул издали Мортен, возвращаясь к лагерю, – зови и пересчитывай своих собак. Все на месте, все целы?

Что опять случилось? Холхуты? Да нет, зачем им мясо. Значит, хищник. Очень большой хищник, раз смог похитить целую тушу оленя.

Зоркий и остальные собаки нехотя вернулись к лагерю, но всё же продолжали лаять, поглядывая в сторону гор. Защитники наши. Только кого они пытались отогнать?

– Росомаха? – неуверенно предположил Эспин, кидая обратно в нарту обрубки мяса. – Сейчас утащит и будет зарывать нашего оленя. Надо бы её выследить пока не поздно и вернуть тушу.

Мортен вернулся, чтобы разыскать в своих вещах бинокль, взять в руки керосиновую лампу и обойти с ней лагерь. Бродил он, глядя себе под ноги, долго, пока не замер возле цепочки следов, после чего поставил лампу на снег и взялся за бинокль, чтобы направить его в сторону гор.

– Ну вот, Крог, – обратился он к Эспину, – а вы сомневались, что он существует.

Знакомые отпечатки круглых лап с четырьмя пальцами соседствовали со следами волочения. Не может быть, неужели…

– Красавец… – протянул Мортен, нацелив бинокль на крутые скалы, – чтоб он подавился.

Мне не понадобилась оптика, только внимательность, чтобы отыскать взглядом среди нагромождения камней узкий выступ и пятнистого кота на нём, что жевал оленью ногу. Какой же он большой. И прожорливый. А ещё ловкий в скалолазании и затаскивании в горы крупной добычи.

Настала очередь Эспина смотреть в бинокль, чтобы признать – полуночный барс существует и неплохо выживает в суровом крае посредством банального воровства. Оба хухморчика забрались ему на плечо и тоже попросили показать им кота. Брум и Унч обхватили ручками окуляры, попутно командуя Эспином, чтобы тот направил бинокль в правильную сторону.

– Кормилица, заряжай стрелу! – крикнул Брум Тэйми. – Мы должны отомстить горному коту и вернуть нашего оленя.

– Не вернём, – уверенно заявил Мортен. – Застрелим барса, олень всё равно останется в горах. Лично я туда без снаряжения лезть не рискну.

– Но как же кровная месть за все поколения хухморынмыл? – сокрушался Брум, – Этот кот явно родственник сайшарынских барсов. Пусть хотя бы он ответит за все унижения нашего народца.

– Дядюшка Брум, – поддакнул ему Унч, – такой же горный кот загнал меня летом в пеструшечью нору. А там было так темно и страшно!

– Слышал, охотник? Надо мстить.

Мортен не успел ничего ответить, как Эспин набрался духу и сказал:

– Мои поздравления, Вистинг. Вы оказались правы, полуночный барс действительно существует. Так за чем же дело стало? Вы же мечтали добыть его шкуру и привезти её во Флесмер. Дерзайте.

– Нет, Крог, не буду я ни в кого стрелять.

– Ну да, – кивнул Эспин, – на этот выступ не забраться ни за оленем, ни за шкурой барса. Жаль. Может, подкараулим этого кошака, когда он спустится вниз за вторым оленем?

– Спустится за оленем он только через неделю, когда доест украденного и проголодается. К этому времени нам стоит убраться подальше отсюда.

– Уверены?

– Абсолютно. Через неделю у нас закончится и разделанный олень, и тогда барс возьмётся за лаек. Хорошо, что сегодня он никого из них не подрал, хоть и был крайне голоден. Мы и сами рискуем узнать, что такое голод, если будем сидеть на месте. Надо двигаться вперёд, надо искать добычу.

Мортен прав, не стоит размениваться даже на редкую шкуру, когда впереди маячит перспектива остаться вовсе без еды. Противный барс, а ведь тот олень был нам ой как нужен.

Сворачивая лагерь и укладывая вещи, я не удержалась и спросила Мортена.

– Наверное, обидно, когда цель так близка, но ускользает из рук. Вы ведь так мечтали добыть этого барса.

– Не всем мечтам суждено сбыться, – парировал он.

– А если бы у нас был запас оленей, вы бы устроили ловушку для барса?

– Нет.

До чего же неожиданный ответ.

– А почему?

Мортен долго молчал и продолжал скручивать тент палатки, прежде чем сказал:

– Видишь ли, охотник без любви к природе всё равно что мясник. Если не можешь осознать и принять всю красоту создания, у которого собираешься отнять жизнь, то не стоит брать в руки ружьё. Каждый охотник должен уметь контролировать свои страсти.