Наследница поневоле

18-2

 

– Что это? – сердце девушки зашлось от ужаса. – Ты же обещал, что не будут никого пытать!

Ничего не ответив, Элизар сбежал по оставшимся ступенькам вниз, щелчком пальцев открыл дверь подвала… и отпрыгнул назад, прикрывая голову.

Отчаянно размахивая крыльями и каркая, из подвала вылетел здоровенный черный ворон.

– Он мне глаз выклевал! – визжали внутри, разбивая предметы. – Боги, я раздеру этот комок перьев на части! О, мой глаз, мой глаз!!

Советник выпростал руку, выкрикнул заклинание на непонятном языке, и не успевший долететь до Ани ворон свалился обездвиженной тушкой к ее ногам.

Тяжело дыша, девушка присела рядом с птицей на корточки…

– Не трогай его! перья и клюв могут быть отравлены.

Элизар шагнул к дней, наклонился, обхватил ворона пальцами за шею и аккуратно поднял. Так, с перевертышем в далеко отставленной руке, пошел обратно во внутренние помещения подвала, свободной рукой указывая Анне следовать за ним.

– Не вой! – спокойно приказал ползающему по полу, обливающемуся кровью человеку в балахоне, похожем на докторский халат. – Вставят тебе другой глаз. Отведите его в лазарет… – обернувшись, приказал сопровождающей его охране.

Посторонившись, Аня с жалостью наблюдала, как рыдающего от ужаса и боли человека увели из подвальной комнаты.

Хотя комнатой это можно было назвать только с большой натяжкой.

Подвальное помещение было огромным. Вероятнее всего, оно занимало всю площадь замка и, не разделенное никакими перегородками, производило совершенно ошеломляющее впечатление.

Забыв о том, зачем она здесь, девушка с изумлением, слегка приоткрыв рот, оглядывалась.

Подвал явно использовали не только в качестве «допросной» - по периметру, вокруг освобожденной середины зала, были расставлены какие-то странные приспособления, полки, забитые старыми, пыльными банками, книгами и странными, полумеханическими приборами…

Сверху, с высокого потолка свисали крюки, цепи и подвязанные к балкам мешки, по виду наполненные чем-то рассыпчатым… Громоздились, вставленные один в другой, почерневшие от огня котлы, старинные свитки, какие-то куски железа и прочая совершенно непонятная постороннему человеку утварь.

Вкупе с лунным светом, струящимся из маленьких, зарешетчатых окошек, все это создавало полнейшее впечатление логова какого-нибудь мага или алхимика.

Ах да! – вспомнила она. Будущий муж ведь маг и есть.

Вероятно, тут он проводит какие-то из своих опытов…

Все это было понятно. Неясно оставалось одно – зачем в дальнем конце зала была установлена трибуна с расставленными вокруг нее стульями. Может здесь устраивают театральные представления? Какие-нибудь мистерии со средневековым колоритом…

Громкое карканье и шипение прервало ее размышления. Анна оглянулась, осознав, что успела уйти далеко вглубь подвала, разглядывая обстановку. И увидела совершенно сюрреалистическую картину.

Перед установленной на полу огромной клеткой стояла Руби – на коленях, оскалившись и низко пригнувшись к полу, но все еще в человеческой форме. И шипела она на ворона, который вполне себе очнулся и злобно каркал ей в ответ, вздыбив потрепанные черные крылья.

– Руби, осторожнее! – одернул ее советник, пока рылся в одном из огромных, дубовых шкафов у стены. – Ты же видела, что он сделал с глазом Муниса…

Оскалив напоследок зубы, демоница немного успокоилась.

– Ненавижу асвенов и морусов! – выплюнула она, вставая на ноги.

– Кого? – не поняла Аня.

– Птиц и мышей, – усмехнувшись, пояснил советник. Подошел, неся в руке какую-то книгу и что-то в мутной, стеклянной банке. – Держи.

Передал банку Руби, и та открыла широкую пробку с громким звуком – будто пробку из-под шампанского выбила. Ворон испуганно вжался в заднюю стенку клетки. Аня насторожилась.

– Что это?

– Средство, которое поставит его перед выбором – обратиться в человека или умереть, – ответил советник и снова обратился к Руби. – Я читаю заклинание, а ты сыпь.

Та кивнула.

И он принялся читать – слегка нараспев, низким, чуть рокочущим голосом, будто говорим не ртом, а грудью. Даже нет – всем своим естеством, какой-то глубокой внутренней его составляющей. А может, это говорил его дракон.  

В то же самое время Руби набрала горсть слегка искрящегося песка из банки и сыпанула его в сторону клетки. Ворон отчаянно каркнул, но это ему не помогло – став вдруг живым и подвижным, под слова заклинания, песок закружился вокруг него, забирая птицу в кольцо, поднимаясь все выше и прижимая к телу крылья.

– Еще? – коротко спросила Руби.

Элизар кивнул.

– Да. И сыпь побольше – он крупный… Надо, чтоб закрыло его голову – тогда у него не останется выбора…



Инга Салтыкова

Отредактировано: 27.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться