Наследница поневоле

Глава 27

 

– Замок цел? Людям есть где укрыться?

Не в состоянии смотреть Элизару в глаза, Руби покачала головой.

– Нет, сайр. Но им и не надо – кто уцелел, все разбежались.

– А ты как спаслась? Почему не погибла вместе со всеми? Почему не защитила? – глаза его были совсем темные – почти черные, с красной искоркой гнева посредине.

Анна впервые видела его таким – будто внутренний огонь испепелил его, сожрал и уничтожил, оставив только глаза – тлеющие, как угольки потухшего костра.

– Я пыталась, сайр, – Руби отвечала таким же потухшим голосом – просто и коротко, разве что в глаза хозяину не смотрела. Словно понимала – прощения ей нет, и к жалости взывать незачем.

А вот у Ани сердце кровью обливалось при виде ее молчаливых страданий. Зачем он так с ней? Ведь понятно же, что пыталась и не смогла. Вероятно, люди не слышали ее, не внимали ее указаниям – они ведь видели перед собой провинциалку, несмышленую девчонку, которая вряд ли что-либо понимала в обороне и безопасности. Но почему она не обернулась собой? Не могла?

– Я даже пыталась говорить с демонами, они ведь братья мои… Но они словно обезумели…

– В демонов иногда вселяются низшие бесы, – подтвердила мать, все это время слушавшая молча. – Но массово это могло произойти только, если проведен определенный ритуал, который инициирует Верховный – он вызывает духов из Бездны и лишает своих подчиненных воли и разума, превращая их в нечто вроде мертваков. Так демоны уже выиграли множество войн. Сомневаюсь, что они вообще помнят, какими берсерками становятся во время битв.

Зомби, поняла Анна. Из демонов сделали зомби, чтобы они атаковали герцогский замок без сомнений и жалости.

То, что демоны в этом мире – не исчадия ада, а такие же существа, как и все остальные (разве что более Темные), Анна поняла давно. И вряд ли простой приказ – вырезать всех, но добраться до наследницы, был бы воспринят ими на ура, независимо от причин.

А вот те, кого вселили в них, вполне могли обрадоваться возможности безнаказанно порезать глотки, пограбить и спокойно вернуться к себе домой, в Преисподнюю.

Ворон неожиданно пришел в себя – до сих пор лежал пластом на столе, пока люди вокруг него обсуждали произошедшее, запивая горе выдержанным коньяком. Встрепенулся, закрутил круглой головой, закаркал – истово, отчаянно, явно пытаясь что-то донести.

– У тебя есть гадальная доска? – спросил Элизар у матери – все тем же потухшим голосом, заставляя Анну жалеть уже его. Можно себе представить, что он чувствует – это ведь из-за его интриг погибло столько народа! Небось, уже извелся весь, осознавая, что, если бы он не привел «невесту» в дом, все его люди были бы до сих пор живы.       

Без лишних слов мать встала и ушла в глубь внутренних помещений. Еще бы! Чтобы у ведьмы доски гадальной не было!

– И принеси, чем записывать! – послал ей вдогонку советник.

Пока она ходила, Анна подвинулась на стуле ближе к Элизару, сжала его руку под рубашкой горячими пальцами и зашептала, пытаясь утешить.

– Ты не мог этого предугадать. Никто не мог!

– Я должен был, – устало ответил он. – И то, что Руби может банально не справиться, тоже должен был предположить. Во всяком случае, оставить такой вариант как рабочий и придумать ходы отступления.

– Какие ходы? Они ведь даже не послушали, когда им просто приказывали уйти! Они бы не полезли ни в какие «ходы»!

– Я не имел в виду буквально, – он быстро сжал ее руку в ответ, потом высвободился и встал со стула. – Но какой-то план в случае массовой атаки у меня должен был быть.

– Он и был, сайр, – встряла Руби, поднимая на него глаза. – Просто вы не думали, что атака будет… настолько массовой.

Ворон нетерпеливо каркнул.

– Не думал, – согласился советник, меряя шагами комнату. – Так не нападают, чтобы похитить. Так нападают, чтобы… уничтожить.

Анна заметила, как Руби тихонько вздохнула и подняла глаза к потоку, будто благодарила небеса за то, что с ней вообще разговаривают.

Ворон уже чуть ли не прыгал – еле сдерживался, чтобы вести себя достойно, так как подобает мужчине, а не глупой птице. Интересно, какой он в человеческом облике? – подумала вдруг Анна. И задавила в себе жалость – чего ей жалеть этого негодяя? Если бы принцесса Лэвэндель не наказала его столь жестоко, он вероятно сейчас разгуливал бы по руинам замка Бахор, сдирая драгоценности с убитых и раненых. А не помогал врагам своей хозяйки.     

Вернулась Адейла, неся в руках небольшую круглую доску с витиеватыми буквами по периметру. Положила на стол, и ворон тут же вскочил на нее, заменяя собой камень для гадания.

– Записывай, – приказал Элизар Руби.

С готовностью, только что не сияя от радости, демоница вскочила, схватила принесенное механическое перо, листок бумаги и застыла, приготовившись.



Инга Салтыкова

Отредактировано: 27.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться