Наследник Слизерина

Размер шрифта: - +

Глава двадцать первая

Развалившийся в кресле колдун небрежно кивнул ему, но сесть не предложил, несмотря на то, что в помещении имелось еще два кресла и стул с высокой резной спинкой. Свет от камина, десяток свечей и несколько факелов около двери ярко освещали почти все пространство комнаты кроме одного места, где сейчас находился Амадеус. Поправив элегантные очки и пригладив правой рукой длинные черные волосы, зачесанные назад, он уставился на мальчика, молча сверля его спокойным, но настойчивым взглядом.

Том ответил ему холодным непроницаемым взором, чувствуя, что начинает сильно потеть. Капелька пота пробежала вниз по спине, лоб покрылся легкой испариной. Спертый, сухой воздух буквально пылал жаром. У мальчика явившегося сюда прямо с мороза с непривычки закружилась голова.

— Томас Марволо Реддл, — мужчина, наконец, прервал затянувшееся молчание. — Сирота. Мать умерла, отец бросил еще при рождении. Воспитывался в магловском приюте. И все равно, несмотря на такую нелегкую судьбу, я не могу понять, отчего ты вырос таким?

— Каким, сэр? — поинтересовался Том пересохшими губами.

— Таким, каким ты есть сейчас.

— Я не понимаю вас. Может, объясните.

— Ты угроза обществу. И не отрицай. Я тебя вижу насквозь. — Он выхватил волшебную палочку и направил ее на мальчика. — Я закончу сейчас то, что не сумел в прошлый раз.

Тот и глазом не повел, ожидая нечто подобное.

— Будущий министр магии способен убить не в чем неповинного ребенка? — усмехнулся он. — А как же принципы проповедуемые вами? Вы ни чем не лучше тех, с кем боретесь.

— Что ты обо мне знаешь? Тебе одиннадцать лет.

— Вот именно. А вы уже второй раз собираетесь лишить меня жизни. — Том укоризненно покачал головой. — Ваш истинный образ не понравится избирателям.

Колдун положил палочку на стол, но руки с нее не убрал.

— Ты до сих пор жив лишь в силу своего возраста. И то благодаря надежде и все еще существующей возможности, что ты способен измениться. — Он мрачно усмехнулся. — Разум твердит мне не колебаться, но сердце... Оно в смятении.

— Давайте я помогу вам, сэр, сделать верный выбор.

— Ты? — Амадеус презрительно поморщился.

— Ваша дочь...

— Дороти? — мужчина резко подался вперед, свет стоявших на столе свечей упал ему на лицо и Том явственно увидел в его глазах прятавшуюся за стеклами очков тревогу, смешанную со злостью. — Ты не причинишь ей вреда.

— Даже не думал, — лукаво улыбнулся Том. — Пока... Вы другое дело. Я все знаю. И, не сумев удержать язык за зубами, рассказал еще парочке своих друзей. Если я не выйду отсюда, они поведают мой рассказ журналистам. Вашей карьере тогда придет конец.

— Конец? Что ты можешь мне сделать? — Рассмеялся колдун, но голос его прозвучал не столь уверено, как в начале.

— Я знаю правду. О вас и вашей дочери. И об одном эпизоде, произошедшем несколько лет назад. Он не украсит вашу безупречную... пока еще, карьеру.

— Очень интересно послушать, — саркастическим голосом произнес Амадеус.

— Ночь. Комната. Больная девочка на кровати. Мужчина с книгой в руке. Но книга с отнюдь не детскими сказками. Она по темной...

— Хватит! — волшебник резко встал на ноги. — Ты ничего не знаешь! Ничего! — Он с ненавистью посмотрел на Тома, откидывая назад упавший на лоб локон. — Повторяю! Ничего. Да я использовал запрещенную магию. Но у меня не оставалось другого выбора. Моя дочь умирала. И никто и ничто не могло ее спасти. И самое страшное, в ее гибели я мог винить только себя. Моя работа довела Дороти до такого состояния. Моя борьба с темным колдовством. Ее болезнь словно жестокая, безжалостная ухмылка судьбы... Один негодяй проклял бедную Дороти. Ни в чем не повинное дитя. Я разыскал и убил его. Но что толку? Ни один врач, ни один волшебник, из известных мне, ни одно заклинание не помогало ей. Она чахла, с каждым днем ей становилось все хуже. Я понял, что теряю ее. И не мог смириться. Я бы себе никогда не простил ее смерть...

— Остальным вы, сэр, выбора не оставляете. А себе лазейку предоставили.

— Попробуй, наглец, представить себя на моем месте. Как бы ты поступил? Да меня намерено поставили в такое непростое положение. Болезнь, вызванную темной магией, могла вылечить только сама темная магия. У меня не оставалось выбора. Иди, расскажи газетчикам. Но ты, если доживешь, тоже станешь отцом. Что для тебя тогда будет важнее семьи?

— Семьи? Не знаю. У меня ее никогда не было. И я не сделаю ни малейшей попытки вас понять. Скажу напрямую. Оставите меня в покое, никто не узнает.

Амадеус опустился обратно в кресло, скрестив руки на груди и пристально уставившись на мальчика. Тень вновь легла ему на лицо. Но сидел он сейчас немного в другой позе и полумрак не так сильно закрывал верхнюю часть головы и Том мог видеть глаза мага. Колдун сосредоточено размышлял, видимо обдумывая, как поступить дальше. Пару раз его взгляд скользнул по лежащей на столе палочке, но затем вновь возвращался обратно.

— Иди, — дверь за спиной Тома, скрипнув, открылась. Мужчина сделал выбор.

Мальчику не требовалось повторять дважды. Выскочив в коридор, он жадно вдохнул прохладный воздух, вытирая рукавом мантии вспотевший лоб. Пар вырвался изо рта, сопровождая тяжелое дыхание. Теперь можно расслабиться, никто не видит.

Февраль пролетел не заметно. Погода улучшилась, стало теплее. Огромные сугробы, лежащие вокруг замка, принялись таять, морщась и сжимаясь под настойчивыми солнечными лучами. Потоки воды, стекая в озеро, на все еще прочную поверхность льда, не смогли полностью уместиться в его чаше и выплеснулись наружу.

Глядя на то, как обычно темное озеро на несколько дней стало непривычно светло-мутным, Том, стоя в одиночестве на вершине Астрономической башни, размышлял. Он уже почти месяц потратил на поиски в библиотеке информации о Тайной комнате, но ничего нового, того чего раньше не читал, не узнал. Лишь пару абзацев в толстенном томе, посвященном истории Хогвартса, несколько строчек в прочитанной ранее самой полной и подробной биографии Салазара Слизерина и целую, пусть и небольшую, главу в “Тайнах и секретах древности” Амония Сульпиция. На последнюю книгу, случайно отыскав ее на самой верхней полке самого дальнего стеллажа, Том поначалу возлагал весьма радужные надежды. Но лишь до той поры, пока не прочел. Оказалось, что автор ничего нового сообщить не может. Или не хочет. Видимо он ставил перед собой другую задачу, ведь в конце Сульпиций пытался уверить, что комната лишь миф и выдумка невежд. Он, автор, лично несколько месяцев потратил на ее поиски, но ничего не нашел. Значит, делает вывод, Сульпиций ее не существует.



Андрей Дерендяев

Отредактировано: 26.07.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться