Наследники. Леди Арт

Размер шрифта: - +

7

Позднее утро плясало по полированному дереву солнечными бликами и тенями от трепещущих на ветру ветвей. Не осталось ни следа от бушевавшей ночью грозы, даже капли не сияли в лучах выплывшего на нежно-голубое небо солнца. Неожиданно тёплая для северной страны погода означала лишь то, что запланированный на сегодня пикник состоится. Из окна было видно, как на зеленеющую полянку слуги выносят корзины с едой, расстилают на ней пледы, расставляют скамейки и кресла.

      Хелена скривилась, наблюдая за этим сквозь слегка приоткрытые шторы. Уж лучше бы снова шёл дождь! У неё не было ни одной уважительной причины уезжать раньше. А как бы прекрасно ни кончился вечер, при свете дня встречаться с теми же людьми не хотелось. Утренние гуляния всегда казались ей глупостью: вечером маскарад притворных улыбок выглядел более естественно. Никто не обращал внимания, что ты морщишь нос или на мгновение иронично выгибаешь бровь, пока пытаешься изобразить дружелюбие и участие. Это всё тени и блики! Ничего особенного.

      Солнце же обнажало все эмоции. А Хелена не хотела, чтобы всё становилось настолько очевидно, даже если все и так знали, какого она о них мнения.

      И всё же, когда служанка пришла пригласить её на пикник, Хелена со вздохом кивнула. Прозябать в комнате было ничуть не лучше, чем на улице, но там, по крайней мере, никто бы не смог бы упрекнуть её в затворничестве, не было бы повода рассуждать, по какой из миллиона надуманных причин она не веселится со всеми.

      Правда, веселиться она всё равно не собиралась. Облюбовав мягкие качели в тени раскидистого каштана, она сидела, мерно покачиваясь, теребила украшения на канатах и смотрела, как проводят время остальные. Несколько девушек, звонко смеясь, неловко отбивали искрящийся шарик. Он падал в траву чаще, чем касался их ракеток. Другие устроились на скамейках, собравшись стайками, и щебетали, как птички на ветвях. Третьи сидели на расстеленных пледах и между разговорами отправляли в рот виноград или кусочки фруктов. Кто-то прогуливался по залитым солнцем дорожкам, прикрываясь кружевными зонтиками.

      Молодые люди лежали прямо на траве, играли в карты или шахматы небольшими группками. Некоторые открыто льнули к своим фавориткам, и те с притворным смущением отводили глаза, а сами светились от радости.

      Хелена вздохнула. Она избавилась от Роланда сразу, как только он, всё ещё смущённый и ошарашенный, пытался спросить у неё, почему она согласилась потанцевать не с ним, а с Керреллом. В тот момент она была довольна собой, это казалось первым правильным шагом за долгое время, теперь же без болтающего Роланда было даже скучно.

      Вдруг порядочный весёлый гомон разорвал громкий вскрик: «Выиграл!». Хелена перевела взгляд в центр поляны, где на красно-белой клетчатой скатерти собралось больше всего людей. Под звонкие улюлюканья парень сгрёб себе горсть небольших драгоценных камней. Друзья похлопывали его по спине и плечам, соперники разочарованно потирали подбородки. Наблюдавшие что-то обсуждали, и эти обсуждения сливались в весёлый бурный поток.

      Кому-то и правда было весело…

      Хелена скептически улыбнулась одними уголками губ и неожиданно встретилась взглядом с Эдвардом. Он застыл, пока другие решали, кто играет, потом что-то сказал и поднялся. Хелена закатила глаза и отвернулась. Она не хотела говорить ни с кем, тем более с ним. Она сказала ему больше чем достаточно вчера ночью. Что ему ещё было нужно?

      Эдвард, сияя улыбкой, облокотился о ствол каштана.

      — Привет.

      Она заставила себя тоже улыбнуться и молча кивнула.

      — Тебе здесь не нравится? — будто разгадав её мысли, спросил Эдвард и тут же усмехнулся. — Нет, я понимаю, правда. Порой они все невыносимы, и…

      — И тебе сейчас очень весело с ними, — заметила Хелена, и в глазах её блеснула издёвка.

      Эдвард немного смущённо отвёл глаза, не переставая улыбаться, и разглядывающая его Хелена заметила, что в тени ореха его глаза всё равно оставались ярко-зелёными, будто светились изнутри. А он быстро провёл ладонью по волосам и скрестил руки на груди.

      — Ну да, — он смотрел на играющих, — весело. Когда мы играем, все забывают, были ли у них какие-то размолвки. И если люди ставят на тебя, они будут рады победе, как бы вы раньше ни ссорились.

      — С девушками так не работает. Мы не играем с теми, с кем не дружим, и не будем рады их победам.

      — Может, — Эдвард улыбнулся, — тогда стоит попробовать с парнями? — он протянул ей руку. — Пойдём посмотришь?

      Хелена вопросительно посмотрела на его ладонь, потом на него. Он был очарователен, как вчера ночью, кажется, даже протягивал ей руку так же, разве что одет был проще.

      — То, что мы вчера танцевали, ничего не значит, — тихо проговорила она, глядя ему в лицо.

      Эдвард непонимающе нахмурился на мгновение, а потом махнул рукой.

      — Всё в порядке! Ничего особенного, никаких намёков! — и, словно в подтверждение, добавил: — У меня есть девушка.

      Хелена хмыкнула, но всё же позволила помочь себе слезть с качели. Правда, держать себя за руку не дала, и они просто шли рядом, и Эдвард с энтузиазмом всех её бывших молодых людей рассказывал правила.

      — Всё очень просто! — он посмотрел на неё, убеждаясь, что она слушает. — Нам раздают карты, и в несколько ходов мы должны поменять некоторые из них, чтобы набрать как можно больше очков. Можно брать из колоды, можно — у соперника. Каждый раунд выбывает набравший меньше всего очков. Если чувствуешь, что это ты, можно сдаться сразу. После каждого отсева мы подбрасываем кристаллы. Побеждает последний оставшийся, и поэтому круто играть большими компаниями.

      — Но это ведь просто… удача? — Хелена непонимающе посмотрела на усердно меняющих карты игроков.

      — Отчасти, — улыбнулся Эдвард. — Но ведь надо думать, что именно меняешь. Порой нужно отдать что-то большое, чтобы пришло ещё больше.

      Он многозначительно поднял брови и, крича «Подвиньтесь, уступите место леди!», растолкал плотно прижавшихся друг к другу мальчишек, заглядывающих в карты к играющим.

      — Ты как раз вовремя! Скоро начнётся следующий раунд, — заявил Джонатан, бросил взгляд на Хелену и, немного смутившись, кивнул: — Мисс Арт.

      Она коротко улыбнулась, отвернулась и тут же сморщилась от взорвавшихся криками и аплодисментами игроков. В этот раз куш сорвал нефритский принц Мариус и, довольно потирая руки, тянулся к сверкающим на солнце камушкам.

      — Раздавайте по новой! — раздалась команда, и челкастый мальчишка со знающим видом принялся мешать и раздавать светящиеся в его руках карты.

      Эдвард хмыкнул, оценивая свои. Хелена посмотрела ему через плечо и непонимающе пожала плечами. Масти были красными, как на подбор, но некрупными. И она едва не ахнула в ужасе, когда он взял самую старшую карту и быстро поменял её на что-то. Пришла такая же, но синего цвета. Эдвард пожал плечами, и Хелена выдохнула через зубы. «Рисоваться вздумал!»

      Она быстро взглянула на карты соседа. У него пока ситуация была получше, хотя не намного очков, но вдруг Эдвард повернулся к нему — и вытянул самую большую карту. Туз. Мальчишка в миг побледнел, встретился взглядом с не менее поражённой Хеленой и резко отвернулся. А она прижала ладонь к губам. Да, так было веселее, чем сидеть в тени в одиночестве.

      И хотя сама по себе игра не вызывала у Хелены большого интереса, следить за реакциями было уморительно. Казалось бы: игроки! Они должны были не показывать, что происходит с их очками, но стоило им выиграть большую карту или наоборот потерять её, как всё можно было прочитать на их лицах. Эдвард хмурился, когда думал и просчитывал ходы. Джонатан высовывал язык, считая очки. Мариус пытался сохранять лицо, но стучал кулаком по земле, когда ход не удавался.

      Многие сдались сами, не сумев составить себе достойную колоду, и теперь вполголоса делали ставки.

      Остались трое. Эдвард стиснул зубы, чтобы ни одним движением мышц не выдать себя. У него собрались две десятки, два короля, принц и дева. Все карты-персоны посинели во время замены, и если бы ему снова выпал украденный и потерянный туз, Эдвард бы собрал полный «дом», но ходы кончились, и он не был уверен, что его набора хватит для победы.

      Мариус перекидывался взглядами с другом, который смотрел ему через плечо, но оба они молчали. Мальчик, раздававший карты, сидел в задумчивости. Явно волновался.

      — Ну что, — Джонатан, после выбывания провозгласивший себя ведущим, окинул игроков взглядом, — открывайте.

      — Сдаюсь. — Челкастый мальчишка выкинул карты, и они разлетелись, показывая скромный набор из двух дев и цифр.

      Эдвард и Мариус переглянулись и синхронно выложили свои наборы. Повисла гробовая тишина.

      — Ничья, — выдохнул Джонатан. Он моргнул, все устремили взгляды на карты, кто-то даже достал синернист — решил пересчитать очки.

      — Действительно, ничья… — проговорил мальчик на раздаче. Джон вопросительно взглянул на него, и тот продолжил: — Выхода тут два: вы либо делите выигрыш пополам, либо ещё несколько раз меняете карты, пока один не выиграет.

      Взволнованный шепот пробежался по наблюдавшим и наконец слился в почти единогласное: «Давайте ничью».

      — Я не против, — сказал Мариус и скрестил руки на груди.

      Эдвард ещё раз пробежался взглядом по картам. До полного «дома» оставался один туз. Тот уже был в его руках, и Эдвард хотел получить его назад, словно именно он был настоящим знаком победы.

      — Не надо, — прошептала Хелена. — Раздели с ним выигрыш — и всё.

      Эдвард посмотрел на неё и усмехнулся, качая головой.

      — Только один может получить приз.

      Он сглотнул и, прошептав «была — не была», выкинул красного короля. Все замерли. Ругаясь самого себя, Эдвард потянулся к колоде. Хелена за его спиной взволнованно прикусила губу. Ещё на первом туре она сочла его сумасшедшим, а сейчас он мог просто разрушить себе всю партию. Потому, что хотел получить всё.

      Эдвард зажмурился, выдернул карту и бросил её к остальным. Собравшиеся ахнули. Хелена в неверии покачала головой, одними губами произнося: «Туз».
 



Daria Key

Отредактировано: 18.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться