Наследники. Пирос

Размер шрифта: - +

1

Ленивое весеннее солнце только-только вошло в зенит на затянутом облаками небе южной страны Пирос, королевства огненной магии. Холодные блики отражались в высоких окнах приземистого замка, лучи проходили по серым крышам. Алые флаги с изображениями золотых драконов развевались на шпилях. Два мальчика стояли на балконе и наблюдали за происходящим на переднем дворе замка. Там, перед их отцом, королём Э́лиадом Керреллом, высоким и худым мужчиной в светлом мундире, и перед старым потолстевшим и полысевшим генералом, мундир которого был густо обвешан медалями, выстроились несколько взводов. Начищенное до блеска оружие, сверкающие золотом пуговицы и значки – все как на подбор. Командиры медленно переходили от одного строя к другому, порой останавливаясь перед кем-то из военнослужащих, и о чём-то переговаривались.

Младший принц, Эдвард, совсем не по-королевски присев на корточки и просунув голову меж толстых балясин балкона, пытался лучше разглядеть полки́.

— Интересно, что они в этот раз проверяют? — спросил он, как можно сильнее вытягивая шею.

— Красные мундиры — магическая пехота. Волшебников не станут собирать просто так. Хотя я думаю, что тут далеко не все, — многозначительно произнёс Филипп, качая головой и хмурясь.

— Это снова какой-то поход? — Эдвард глянул на брата и снова отвернулся. — Как мама сказала в прошлый раз...

— Поход…

Филипп покачал головой. Он не поверил матери, когда она назвала эти сборы походами. Она едва ли могла знать хоть что-то о важных делах отца. А дело было важным. Потому что магическую пехоту собирали уже пятый раз за последние месяцы.

— Слишком много людей для простого похода, — наконец ответил Филипп.

— Может, охота тогда? — предположил Эдвард, почёсывая подбородок. — Или рейд… Ну, знаешь ведь, по королевству.

Филипп тяжело вздохнул, закатывая глаза.

— Да не будут брать волшебников для такой ерунды, как охота, Эд. А для рейдов… Слишком часто. Зачем каждый месяц разъезжать по королевству? Тем более что я знаю — проверяют лишь границы. Хочу, чтобы отец рассказал всё как есть! Я достаточно взрослый!

— Я тоже взрослый! — поддакнул Эдвард и вернулся к разглядыванию людей.

Филипп раздражённо посмотрел на брата. Он ведь ничего не понимал! Да и мог ли мальчик в одиннадцать лет разбираться в чём-то, что касалось военного дела или политики? Снисходительно улыбнувшись, Филипп снова устремил взгляд на ряды солдат. Три года разницы — такой небольшой срок — казались ему непреодолимой пропастью. Эдвард был всего лишь мальчишкой, пожалуй, слишком активным и ещё по-детски восторженным. О себе самом Филипп был совершенно иного мнения.

— Ты ведь знаешь, для чего это? — спросил Эдвард, оборачиваясь к брату.

Он смотрел на Филиппа, как на человека, способного дать ему самую точную и правдивую информацию в мире. Тот же неопределённо пожал плечами, морща нос и проходя взглядом по рядам военных. В голове у него крутились самые разные мысли, но он боялся высказать любую из них.

— Мальчики, уйдите с балкона, — тихо произнёс спокойный, но настойчивый голос.

Братья обернулись. У витражной балконной двери, кутаясь в вышитый кардиган, накинутый поверх длинного зелёного платья, стояла женщина со светло-русыми волосами — их мать. Агнесс Керрелл была отнюдь не красавицей, но всегда преподносила себя с такой грацией, что никто и не думал о её внешности. В её облике всегда переплетались достоинство и гармония, а спокойное величие опытной, строгой женщины заставляло двух мальчишек трепетать перед ней.

Филипп послушно вышел с балкона. Эдвард замешкался, ещё раз взглянул вниз, на идеальные ряды военных, и поспешил вслед за братом. Он хотел было ещё раз обратиться к нему, завершить разговор, узнать его мысли, но гувернёр позвал Филиппа на занятия к одному из нанятых специально учителей. Эдвард вздохнул, морща нос: к нему тоже скоро должен был прийти преподаватель. За ним ещё один, и так, сменяя друг друга, они займут весь оставшийся день. Обычно занятия длились так долго, что Эдвард был уверен — до ужина с братом он не увидится.

Так и вышло: учителя истории, географии, математики, письма попеременно захватывали внимание Эдварда, отвлекая от мыслей о строях, об отце и о разговоре с Филиппом. Хотя кто и от чего ещё отвлекал! Первые два преподавателя устали делать принцу замечания о его ошибках и сказанном невпопад и получать в ответ: «Простите, я не расслышал вопроса».

— Вы сегодня слишком рассеяны, ваше высочество, — заметил историк, глядя на Эдварда поверх очков. — Что вас так отвлекает сегодня? Весна?

Он тихо усмехнулся в сторону.

— Не знаю, — ответил Эдвард, ковыряя пальцем корешок толстой книги. — Может, я заболеваю…

— Надеюсь, что нет. Продолжим…

— Сэр…

— Да, ваше высочество? — с лёгким недовольством профессор посмотрел на Эдварда, отвлекшись от только что взятой за книги.

— Да нет, — тот помотал головой. — Не говорите маман, что я… отвлекаюсь.



Daria Key

Отредактировано: 05.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться