Наследники Предтеч 1. Выживание

Размер шрифта: - +

День 86-х суток. Человеческий лагерь в джунглях

Я решительно направилась к лагерю Свинтуса, немного поплутав по пути — всё-таки снизу дорога выглядела несколько иначе, чем с крон. Наконец, обнаружив стоянку учёных, остановилась, чтобы набраться смелости и, несколько секунд поколебавшись, вышла к костру. Так, и тут все люди крупнее меня. Обидно, но ничего не поделаешь — очередное подтверждение низкому росту даже удивления не вызвало.
Подождав, пока учёные на меня обратят внимание, дружелюбно улыбнулась:
— Здравствуйте, мне нужно поговорить с вашим лидером.
Зеленокожий усмехнулся и кивнул в сторону Свинтуса.
— Привет и тебе, — как всегда, встрёпанный, лидер жестом пригласил присесть. — Я лидер.
— Может, отойдем? — помявшись, предложила я, поёжившись от нежеланного внимания зеленокожего. Будто мало мне одного Свинтуса.
Учёные в ответ на мою реплику обменялись многозначительными взглядами.
— Хотя бы к реке, например.
— Ладно, можно и так, — мужчина неспешно поднялся и направился к воде.
Я пошла следом, а сзади увязался зеленокожий, что снова заставило занервничать.
— Это Росс. Мы полностью доверяем друг другу. А меня здесь обычно называют Свинтусом, — преувеличенно дружелюбным тоном представился лидер.
Собеседники расположились в паре метров от воды, и Росс начал изучать меня немигающим взглядом. Прямо словно дырку намерен провертеть или шкуру снять. А главное что пугало — так это некая отстранённость. Будто не на человека смотрит, а на некую зверюшку или бревно, придумывая как бы половчее расчленить или разрубить.
Пытаясь хоть как-то обрести потерянную уверенность я устроилась чуть сбоку, защитив спину стволом дерева. Чтобы отвлечься от пристального внимания зеленокожего, отломила отслаивающийся кусочек коры и повертела в руках.
Нет, всё-таки Росс, мягко говоря, не очень-то похож на человека, занимающегося наукой. Самый высокий в их лагере, широкоплечий, с жёлто-зеленоватыми, почти цвета гигантской луны, волосами, чуть более тёмной бородой и усами, сочно-травянистого цвета кожей и неприятными ядовито-жёлтыми глазами. Но даже не расцветка главное. Мужчина казался хищником, вышедшим на охоту; пещерным человеком, опасным, могучим и безжалостным. Случайно наши взгляды встретились, я поёжилась от страха и поспешила представиться, чтобы хоть немного отвлечь внимание Росса.
— Пантера. Я бы хотела присоединиться к вам, — вспомнив, что однажды удалось застать конец разговора о неизвестных мне правилах в группе, поспешно добавила. — Только у вас вроде какие-то условия есть.
— Есть, — Свинтус бросил в воду кусочек мха. — Мы учёные, поэтому главный наш закон, чтобы все члены группы занимались научными изысканиями. Кроме того, после кое-каких недавних событий мы приняли решение стать закрытым обществом, то есть принимаем не всех, да и уйти так просто не получится. Научные открытия и достижения — тайные сведения и не должны выноситься за пределы ордена Видящих, как мы назвали наше объединение, без решения совета, в который входят все старые члены группы. Также не могут использоваться для личного обогащения чужие открытия и достижения или открытия, сделанные с использованием чужих трудов. Финансами тоже заведует совет. Но, всё-таки, главное — заниматься интеллектуальным трудом. Ты все ещё просишь рассмотреть твою кандидатуру?
Я глубоко задумалась, кроша кору на мелкие кусочки. Потом закинула остаток в реку и некоторое время смотрела, как он качается на беспокойных волнах, часто попадая под тонкие струйки воды, стекающей с листьев деревьев. Перебрав все варианты, решила сказать правду, хотя и не слишком лестную для меня.
— Кое-что я могу… постараюсь гарантировать. А именно — сохранять в тайне общие открытия и достижения, не использовать их для обогащения, хотя если честно, скорее всего, буду ими пользоваться для себя и своей семьи, если она у меня появится. Умственная работа меня не страшит и даже радует. Но вот насколько я задержусь в вашей группе, совершенно не представляю. Хотя даже после выхода постараюсь не разглашать ваши тайны. Если вы согласитесь принять меня на таких условиях — хорошо, нет — разойдемся с миром, — я вздохнула.
Посидев и послушав журчание воды, Свинтус отделил ещё пучок мха и автоматически принялся скатывать его в шарик. Росс переменил позу, моргнул и как бы между прочим спросил:
— Какое у тебя было образование там, на Старой Земле?
Я вздрогнула, не ожидая вопроса. Мне казалось, они принимают решение.
— Высшее. Биолог. Специализация — экология животных, энтомология, — добавила я, подумав.
— Где работала? Должность, степень? — тоном следователя, ведущего допрос, продолжил зеленокожий.
— В НИИ сельского хозяйства. Научный сотрудник. Почти кандидат наук.
Неожиданно настроение Росса резко сменилось и весело хмыкнув, он насмешливо поинтересовался:
— Почему почти?
— Сюда попала. А здесь почему-то подходящей комиссии не нашлось, — не выдержав давления, ехидно-агрессивно поведала я. — Да и тематика работы тут заинтересует разве что историков. В этом мире многое отличается. И начинать исследования приходится с нуля. Мне, например, гораздо больше пригодились высоко теоретические знания, общие законы, а не частные случаи из практики на Земле. Хотя и они совсем небесполезны.
При воспоминании о прошлом мире меня охватила ностальгия. Всё-таки Земля — это родное, и её природа — потерянное богатство.
— Ладно, закончим с этой темой и перейдём к следующей.
Пока зеленокожий говорил, Свинтус старательно делал вид, что его тут как бы и нет. Какой же он тогда лидер? Или он просто боится Росса? Вполне возможно. Сделав небольшую паузу, зеленокожий продолжил:
— С кем ты жила и как выживала в этом мире?
Я снова насторожилась. Да что Россу вообще надо? Может, ему ещё всю подноготную выложить?
— Одна жила. А как выживала, это всё-таки, в первую очередь, моё личное дело. И я не собираюсь делиться этими сведениями.
— Тогда, может, соизволишь сообщить хотя бы самый минимум? Ты убивала? Грабила или воровала? Хотя, о чём я спрашиваю, — решив, что ответа не последует, зеленокожий разочарованно махнул рукой и отвернулся.
Однако в этом вопросе я посчитала, что не имею права утаивать информацию. Лучше сказать и уйти, чем соврать и завязнуть в болоте лжи.
— Не грабила и не воровала...
Он язвительно улыбнулся, и не ожидая иного.
— Но убивала. Два раза — с гарантией, один — почти, — я заставила себя замолчать, осознав, что в голосе проскользнули истеричные нотки.
Мужчины по-новому, оценивающе, осмотрели меня и переглянулись.
— Но о причинах и самом процессе предпочитаю пока не распространяться, — пытаясь выдержать спокойный тон, продолжила я. — Ещё вопросы? Или допрос окончен, и вы соизволите-таки сообщить мне своё решение? — в конце я снова с трудом сдержалась, чтобы не сорваться.
— Мы должны посовещаться с остальными, — вставая, холодно произнёс Свинтус. — Можешь подождать здесь, как только мы определимся, тебя известят, — снисходительно бросил он, и они удалились, а я разозлилась на себя.
Зачем нагрубила? В следующий раз надо лучше сдерживаться. Эти мужчины интересовались вполне естественными вещами, которые действительно необходимо узнать до того, как принять или прогнать. Посидев в одиночестве и остыв, поняла, что мне не светит место в группе. Ведь, если посмотреть со стороны, обо мне складывается не лучшее впечатление: припёрлась чужая, не отличающаяся вежливостью, тётка и хочет, чтобы её мало того, что приняли, так ещё и на её условиях. Не жирно? Вздохнув, я подобрала ещё кусок коры. Пусть лидер не объявил вслух, но очень наглядно продемонстрировал своё решение. Но, всё-таки, стоит дождаться ответа. Хотя бы, чтобы просто уважать себя.
Где-то через полчаса к воде вышел зеленокожий. Присел рядом и долго смотрел на разбегающиеся от капель круги.
— Знаешь, мы обсудили твою кандидатуру и решили… — Росс сделал паузу и я обречённо вздохнула. — Что тебе стоит дать шанс. Так что мы тебя принимаем. И даже на твоих условиях.
Стоп! Я резко вскочила. Это что, согласие?! Не понимаю. Они же должны были прислать отказ!
— Но почему? Я ведь вам никто и никаким боком! Вы приняли неправильное решение… в смысле я не понимаю, с какой стати… — я замолчала, испугавшись, что сейчас сама всё испорчу. — Почему всё же вы решили именно так?
— Мой ответ зависит от того, что ты хочешь услышать: горькую правду или сладкую ложь? — Росс прищурился, и я поёжилась под пронзительным взглядом жёлтых глаз.
Каждый раз, когда зеленокожий приближался, внимание притягивало его странное, хищное и, одновременно, отчуждённое выражение лица. Такой убьёт и не поморщится. Непрошеная мысль заставила нервно сглотнуть, и почему-то захотелось выбрать сладкую ложь. Но если даже сейчас я так поступлю, то потом всё равно не успокоюсь, пока не докопаюсь до истины.
—Давай лучше правду, — тихо сказала я.
Росс задумчиво хмыкнул и отвернулся к реке.
— В твою пользу мы нашли несколько аргументов. Во-первых — ты хочешь присоединиться сейчас, когда мы, мягко выражаясь, не на коне. Во-вторых, посовещавшись, мы решили, что, скорее всего, ты ответила на вопросы честно. На те, на которые соизволила ответить, разумеется. И, наконец, в-третьих, ты нам не так чужда, как хочешь это представить… таинственная незнакомка. Негласно мы общаемся уже неделю.
Последние слова сильно смутили: меня выследили, а я-то считала, что хорошо пряталась.
— Мы, может, и не лучшие следопыты, но и не слепые. Хорошо лазаешь, кстати.
В голову тут же закралось нехорошее подозрение, что положительное решение приняли, только чтобы не лишиться бесплатного поставщика фруктов, но Росс продолжил, словно поняв, о чём я думаю:
— Но никто не обязывает тебя и дальше нас кормить. Это сугубо твоё дело, и мы можем договариваться об этом только в личном порядке. Орден занимается наукой, и от тебя мы требуем только соблюдения наших правил и общих законов. Заметь, мы даже согласились принять тебя на особых условиях, и если что, ты всегда сможешь нас покинуть. Ну как, идём к остальным?
Он протянул мне ладонь, но я, вспомнив, что произошло при моём единственном контакте с представителем противоположного пола, поспешно спрятала свои руки за спину и напряжённо прислушалась к ощущениям. Не почувствовав даже намёка на сексуальное возбуждение, осторожно коснулась его пальцев. Всё в норме. Или страсть у меня бывает припадками, как жор, или меня притягивает только к тому виду, а с этим гормоны не совместимы. Улыбнувшись моей внезапной неуверенности, Росс ободряюще сжал мою кисть и повел к остальным. Запоздало накатила эйфория. Меня приняли! Приняли! Я больше не одна!
— Вот, знакомьтесь, это наш загадочный древолаз по имени Пантера, — представил меня учёным зеленокожий. — По профессии, как вы уже знаете — биолог. Наш лидер Свинтус на Земле занимался юриспруденцией, это, — указал на вечно улыбающегося рыжего парня, — Маркус, наш физик, это Илья, химик по профессии, — кивнул он на шатена, который когда-то предлагал готовить мох. — Игорь — математик, Сева — инженер и, конечно, представительницы прекрасной половины человечества: Юля — астроном, Вера — геолог, агроном — тоже Вера, но мы чаще называем её Вероникой (не пытайся сокращать до Ники — она этого не потерпит), экономисты — Лиля и Света и, наконец, Надя — врач.
Я вопросительно посмотрела на зеленокожего.
— Ах да, я тоже врач.
— Добро пожаловать в общество гнилой интеллигенции, — с изрядной долей самоиронии поздравила Юля, самая высокая из девушек в группе. Впрочем, даже из мужчин выше неё только Росс и то совсем незначительно. — А почему именно Пантера?
— В память одного человека. А почему именно Свинтус? — радостно отпарировала я и тут же смутилась своего поведения, но лидер только рассмеялся.
— Прилипло ко мне это прозвище, ещё в самом начале. Вот и решил возвести его в ранг имени. Угощайся, — мне протянули колбу со своеобразной ухой.
Я отхлебнула прямо из горла, как все, и закатила глаза от наслаждения. Люблю супы. Просто обожаю, особенно хорошие.
— Что, неужели так плохо? — почему-то обиделась Вера.
— Наоборот — очень вкусно. Просто понимаешь, последний раз я ела что-то варёное на четвёртый день после того, как попала сюда, — пояснила я.
— А как же ты питалась? — с подозрением поинтересовалась Надя. — И чем, если не секрет?
— Чаще всего занималась сыроедением, иногда запекала продукты в золе или поджаривала, но редко. А чем… фруктами, ягодами, листьями, орехами и семенами, почками, клубнями папоротников — это из растений, а ещё — насекомыми, червями, улитками, ящерицами, лягушками, змеями и рыбой.
Врачи многозначительно переглянулись, после чего Росс подбросил в костёр веток и с намёком спросил:
— А ты не думала, что так питаться не слишком гигиенично?
Я рассмеялась.
— Думала. Но мой желудок думал, что ему очень хочется есть, причём неважно, что и в каком виде. И его аргументы оказались сильнее.
— Глистов, наверное, нахватала, — задумчиво потянул Росс, с интересом учёного-патологоанатома посмотрев на мой живот. Я поспешно загородила его руками. На мгновение показалось, что внутри что-то шевельнулось. Глисты или… Да нет, на сей раз у меня точно ни с кем не было сексуального контакта. Отбросив  тяжёлые мысли, ещё внимательней прислушалась к ощущениям — всё равно подозрительные, и пару раз повторила для себя: «глисты, глисты».
— Мне пока не мешают, — на всякий случай заверила зеленокожего. — Но вполне вероятно, даже, скорее всего, глисты есть.
— О нет, биологи, врачи, имейте же, наконец, совесть, — взмолился Игорь. — Не за обедом! Не портите аппетит.
Это прозвучало так по-домашнему, что я невольно заулыбалась и вернулась к еде, инстинктивно стараясь прикрыть живот от задумчивых хищных глаз Росса.



Софья Непейвода

Отредактировано: 13.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться