Наследники Предтеч 1. Выживание

Размер шрифта: - +

Вечер 86-х – утро 87-х суток. Человеческий лагерь в джунглях

— Кстати ты, наверное, знаешь, но всё же: мы собираемся спускаться вниз по течению реки, а для этого нужен плот, — сообщил инженер.
Я кивнула и только сейчас подумала о том, как собираются сплавляться сами учёные. Впрочем, наверняка, у них что-то есть.
— Мы уже давно строим плот для нашей группы, точнее, строили несколько, но остался только один на всех, — со вздохом продолжил Сева, тщательно расчёсывая мелкие чёрные кудряшки своей аккуратно подстриженной бороды.
Ровные движения привлекли внимание, и я невольно засмотрелась на инженера. Красавец. Если одеть соответствующим образом, получится знатный пират, благородный разбойник, ну или опальный граф из женских романов. Волевые, но не грубые черты лица, прямой нос, решительный взгляд, гордая аристократичная осанка... Объект восхищения выковырял застрявшую между кривоватыми зубьями расчёски веточку, и я, опомнившись, вновь прислушалась к тому, что он говорит.
— Почему-то мне кажется, что плыть придётся гораздо дольше, чем пока запланировано. Так что крепкое и достаточно большое плавучее средство просто необходимо. Такое, которое не просто позволит удержаться на воде и не пострадать от пираний, но и жить в нормальных условиях.
— Я уже думала над этим вопросом и собираюсь сплавляться отдельно. Без обид, но так безопаснее и для меня, и для вас.
Росс скептически поднял бровь, но комментировать не стал. И на том спасибо.
— А успеешь одна? — с сомнением потянул инженер.
Я уверенно кивнула.
— По нашим сведениям, сплав начинается завтра к полудню, — сообщил математик. — Точно успеешь? Может, помочь?
— Точно, — подтвердила я. — А как дела у вас?
Учёные недоуменно переглянулись.
— Ну, с плотом-то что, достраиваете уже?
Маркус рассмеялся.
— А ты что, не подглядела? У нас уже всё готово. Сева, покажешь свою гордость?
— Покажу, а как же иначе, — отложив кривую расчёску, инженер радостно сверкнул фиолетовыми глазами из-под густых бровей и повел меня к плоту.
Следом увязались зеленокожий с математиком. Ладно, последний, но Росс-то что ко мне пристал, как банный лист?!
Плот учёных находился совсем близко, к нему по мелководью, через заросли бамбука, вел узкий настил из обрезков их стеблей. Добравшись до открытой воды, поражённо замерла, уже во второй раз поняв, что сильно недооценила учёных. Может, они и не смогли выдержать жестокой конкуренции за пищу, но плот… Нет, это не просто плавсредство. Как они вообще смогли сделать нечто подобное почти без инструментов?
Даже внешний облик плота поколебал мою уверенность в том, что я соответствую их уровню. Сооружение было длинным и широким, с толстым дном, удобными бортиками по краям, отступив от которых на небольшое, но достаточное для комфортного перемещения одного человека, расстояние, возвышались ровные стены внутренней комнаты. Почти над всей площадью днища раскинулась шикарная четырёхскатная крыша, застеленная крупными листьями одного из прибрежного растений. У края плота в трёх местах (по крайней мере, с видимой стороны) находились какие-то хитрые конструкции из бамбука и дерева, а вдоль бортиков лежали три длинных весла оригинальной формы.
— А… э?.. — маловразумительно спросила я у наслаждающихся моим шоком людей, показывая на заинтересовавшие приспособления.
— Это? Это подгребицы с наклонными подголовниками. И гребли, — кивнул на весла Сева. Мне эти слова ничего не прояснили, что, скорее всего, явно отразилось на лице, поскольку инженер снисходительно пояснил. — Подставки для вёсел и сами вёсла, чтобы плыть поперечно течению реки. Понимаешь?
Я задумалась, после чего неуверенно кивнула.
— Разве шеста не хватит? — голос прозвучал жалобно. Надежда обойтись без вникания в тонкости этих высоких технологий корчилась в муках.
Математик залился весёлым смехом, Росс с ехидной улыбкой отрицательно повел головой, а Сева фыркнул:
— Я тоже раньше в плотах не разбирался. Но нужда заставила, как говорится. Кое-что вспомнил Игорь, — инженер кивнул на математика. — Кое-что узнал у людей, которые на Земле туризмом увлекались…
— Угу, — вставил зеленокожий. — Только почему-то больше теоретически. Ни одного настоящего практика, который бы ходил в походы не только на шашлык!
— …ну, а остальное пришлось рассчитывать и на моделях испытывать, — скромно пожал плечами Сева. — Шесты годятся только для водоёмов с малой глубиной. А в этой реке она больше трёх метров. Так что шест использовать не получится.
Я тяжело вздохнула.
— Да ты заходи на него, внутри посмотри, — гордо предложил инженер.
У стен в качестве постелей возвышались аккуратные стожки подсушенного красного мха, в центре виднелся сложенный из нескольких стеблей бамбука в виде невысокого сруба и засыпанный землей очаг, чуть сбоку невысокие столики, даже что-то похожее на шкаф или навесные полки на стене. Несколько натянутых между толстыми колоннами плетёных верёвок. И две бамбуковые лестницы, ведущие на второй этаж. Я смотрела на всё это великолепие и молчала, просто не находя слов, чтобы выразить эмоции. Моя поделка будет выглядеть на этом фоне, как лачуга рядом с дворцом.
— Это мы делали уже из обрезков, — пояснил Сева, показывая на мебель. — Не пропадать же трудам. Осталось только дров побольше насобирать, да если найдется какая-нибудь еда, её тоже. Здесь и тебе место найдется, если передумаешь, — с намёком добавил он.
Смутившись, я опустила взгляд.
— Это просто замечательный плот. Я такого никогда не видела, — честно призналась я. — Даже и не знаю, что ещё сказать… — немного помолчала, но всё же не смогла удержать вырвавшийся в слабой надежде реабилитироваться перед самой собой вопрос. — А он крепкий?
— Ещё бы! Всё проверено и рассчитано, с тройным запасом прочности. И на крышу не смотри, по ней ходить спокойно можно и не протекает, — хвастливо поведал инженер. — Пришлось, конечно, потрудиться, но результат стоит того. Ну что, не передумала?
Какой соблазн! Я поспешно замотала головой.
— Нет, нет, я отдельно. Только… Сев, а можно тебя попросить посмотреть мой плот? — ко всему прочему, увидев этот шедевр инженерного искусства, я испытала неуверенность: а вдруг моя поделка развалится в самом начале сплава, как когда-то первая корзина?
К счастью, Сева сразу согласился. Немного подпортило настроение только то, что два спутника инженера выразили настойчивое желание составить нам компанию. Не хотелось позориться сразу перед таким количеством народа.
По пути я вспомнила, что не предусмотрела удобной тропы к плавсредству, а если они будут добираться пешком, то рискуют стать жертвами прожорливых пираний. К моему удивлению, спутников ничуть не смутило высказанное предупреждение и, добравшись до места, они достаточно ловко и с явным опытом, даже не коснувшись воды, преодолели бамбуковые заросли, цепляясь руками и ногами за стебли.
Мы все вчетвером забрались на пошатнувшийся и осевший под непредусмотренной тяжестью плот. При этом через настил днища проступила вода. Росс с Игорем удобно устроились по краям, а Сева с азартом первооткрывателя кинулся осматривать и ощупывать, чуть ли не обнюхивать каждый стебель и соединение, беспрестанно комментируя с использованием непонятных мне терминов, рыская то туда, то сюда и постоянно перегоняя остальных с место на место, отчего плот несколько раз зачерпнул воды и опасно накренялся. Периодически инженер прекращал своё исследование и обращался к математику с просьбой произвести какие-то расчёты, после чего снова продолжал изучать сооружение. К моему удивлению, Игорь проявил себя ходячим калькулятором, запросто перемножая и деля в уме многозначные числа. На Земле я была знакома с математиками, но чтоб они показывали такие фокусы…
— Как у тебя получается? — тихо, чтобы не мешать инженеру, спросила я у Игоря.
— Всё просто, — так же тихо ответил он. — У меня здесь был друг, который недавно погиб, — математик вздохнул, но потом резко встряхнул головой, отгоняя грустные воспоминания. — Так вот, мы когда на добычу с ним ходили, чтоб не скучно было, играли в вычисления. Вот и натренировались. Он, кстати, ещё лучше меня умножал. А делил я лучше, — гордо добавил Игорь.
Эх, а я, вместо того, чтобы совершенствоваться, тратила свободное время на прыжки по деревьям, лазанье по интернету и праздное ничегонеделание. Стыд мне и позор.
Наконец, когда я уже измучилась в ожидании вердикта, инженер закончил и ошарашил меня длинной малопонятной тирадой, после чего счастливо замолк, похоже, ожидая высокой оценки его знаниям. Почесав в голове, я ещё раз попыталась вникнуть в суть фразы и, разумеется, потерпела неудачу. Вздохнув, честно призналась:
— Понимаешь, Сева, я не инженер и вообще от этих строительно-конструкторских дел достаточно далека, поэтому почти ничего не поняла, кроме того, что многое сделала плохо. Можно перевод для неспециалистов?
— Ладно уж, — покровительственно произнёс он. — Но я не говорил, что многое сделано плохо, я даже достаточно высоко оценил твою работу... для новичка, разумеется. Но всё же, если подправить и укрепить некоторые детали, немного добавить и сместить центр равновесия, то твоя плавучая крепость станет гораздо устойчивей и надёжней, — и он принялся описывать, что и как следовало бы изменить, в конце грустно добавив. — Только на это может не хватить времени.
— Но я всё же попробую управиться, — решила я, прикинув, что работа выполнимая. Сева с сомнением пожал плечами.
— Помочь? Завтра к полудню отплываем, — напомнил он.
— Нет, спасибо, ты и так уже много для меня сделал, — мне хотелось поскорее приступить к переделке.
Попрощавшись и пожелав удачи, мужчины удалились, оставив меня в лёгкой обиде: уж не могли понастойчивей помощь предлагать. Хотя сама виновата — нечего тянуть и заставлять себя уговаривать.
Едва оставшись одна, я с удвоенной энергией приступила к перестройке плота. Глубокой ночью сделала перерыв, чтобы как следует поесть, а заодно набрать фруктов. Первую партию отнесла учёным, следующую оставила себе. После чего продолжила править плавсредство. Закончила уже утром, но, решив, что выспаться успею и во время сплава, пошла благоустраивать своё жилище — чем я хуже остальных, мне тоже комфорта хочется.
Когда я, отчаянно зевая, размышляла, как бы получше обставить жилое пространство и выдержит ли плот вес самодельного очага (очень сомнительно), из зарослей бамбука показался взволнованный Росс. Запрыгнул, пошатнув плавсредство и схватив забракованный ранее шест, начал отталкивать плот от мелководья и зарослей бамбука. Потом приказным жестом велел мне присоединяться.
— Не тяни.
Я сонно заморгала, когда он сунул мне в руки обрезок бамбука.
— Начало сплава переносится на утро. Сюда идут больше полутысячи троллей.
 



Софья Непейвода

Отредактировано: 13.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться