Наследники Предтеч 1. Выживание

Размер шрифта: - +

111-е сутки. Джунгли

Нельзя сказать, что я привыкла к незваным гостям, более того, они по-прежнему раздражали, но не могу не признать, что вели временные пассажиры себя вполне корректно, держась спокойной обособленной группой. С соседних плотов сообщили, что Сергей хочет как можно быстрее добраться до хороших зарослей бамбука, чтобы построить новые плоты и избавить от лишних людей наши. Эту его инициативу я поддерживала всеми четырьмя руками, хотя в остальном гости почти не мешали. Но, всё равно, без них гораздо спокойнее.
По берегам высились джунгли, и хотя то тут, то там попадались небольшие бамбуковые отмели, но их было совсем немного. Да и сами растения не отличались особыми размерами, скорее напоминая очень высокий тростник. Поэтому, так и не найдя подходящего места для большого лагеря, наш караван сделал остановку ради простых бытовых нужд. Ещё до этого по плотам разошлось царское предложение собрать хотя бы небольшой продуктовый запас, ведь когда остановимся для постройки плотов, опять может начаться соперничество за пищу.
Я не согласилась на предложение Ильи пойти за папортошкой, аргументируя тем, что на деревьях от меня гораздо больше толку. А вот Игорю открутиться не удалось, тем более, что Дет всё ещё хромал и желал остаться стеречь плот не меньше математика. Пока мы спорили, прибежал посланник от Сергея и предложил Россу с Надей вместо похода в лес поработать по профессии. Сева нахмурился, но зеленокожий радостно согласился, быстро уговорив и свою коллегу.
— Когда ещё такой шанс выдастся на живом материале потренироваться, — воодушевлённо разминая длинные пальцы, заявил он.
Дет безоговорочно поддержал Росса, заверив, что Сергей всегда хорошо оплачивает труд, и врачи ушли к царю. А я сделала несколько ходок за фруктами, в промежутках отдыхая и лакомясь более мелкими дарами крон, которые для общего пользования собирать пришлось бы гораздо дольше.
Уже ближе к вечеру, в очередной раз возвращаясь домой, заметила наблюдающего за мной серебристо-бурого гиганта-соплеменника с большим мешком, но не остановилась, а уверенно прошла на плот и передала Дету полные корзины. После чего вернулась на берег и, бросив выразительный взгляд в сторону представителя своего вида, удалилась в сторону от основной массы людей. Он, так и не избавившись от мешка, прошёл следом. Держа дистанцию в несколько метров, мы с интересом и некоторой опаской рассматривали друг друга. Сложением мужчина походил на Оборотня, разве что чуть пониже ростом. И, как и Оборотень, не особо привлекателен в роли сексуального партнёра. Да что за жизнь? То ли я какая-то неправильная, то ли вообще непонятно что...
Он молчал. Я тоже не знала, что сказать, поскольку разум подсказывал: хочешь — не хочешь, а мы должны стать мужем и женой, как единственные представители своего вида в караване. Но такая обречённость вызывала внутренний протест. Я бы предпочла выбирать партнёра по характеру, а не просто по тому, что вокруг больше нет никого подходящего. О чём с ним говорить? Да что там говорить, как хотя бы приветствовать?
Перед мысленным взором возникла картина, как я церемонно кланяюсь гиганту и смиренно говорю: «Рада познакомиться, муж мой». Смутившись, я отвела взгляд, искоса наблюдая за его действиями, а, точнее, бездействием. В конце концов, он мужчина, вот пусть и проявляет инициативу.
Молчание затягивалось. Может, он тоже не знает, что сказать? Что же, в этом случае я его вполне понимаю.
Наконец гигант тяжело вздохнул.
— Кхм?.. — неуверенно-вопросительно потянул он.
— Н-да... — с сомнением согласилась я, и мы сочувственно посмотрели друг на друга.
— Я — Марк, оборотень, — наконец решившись, выпалил он.
— В смысле, Оборотень? Ты вроде его пониже и шер... волосы другого цвета. Или вы братья? — недоуменно заметила я, представившись.
— Нет, ни в коем случае. Просто нас так люди называют, — пояснил Марк.
— Ага, — я глубокомысленно кивнула.
Выходит, моему виду тоже уже название дать успели. Обидно. Тролли, оборотни... а сами так «люди». Хотя от настоящих людей, Homo sapiens, они так же далеки, как и мы. Только что внешне больше похожи. Впрочем, разве можно было ожидать чего-либо другого?
— Приятно познакомиться.
— Мне тоже, — сказал Марк, и снова воцарилось молчание.
Так и не дождавшись от него дальнейшей инициативы, я решила попробовать перевести не собирающийся продолжаться разговор в другое русло и, потерев лоб двумя пальцами, осторожно поинтересовалась:
— Тебя ведь пираньи не кусают, да? — дождавшись утвердительного кивка, продолжила. — Так с самого начала было?
— Н-нет, сначала кусали, но совсем недолго, — слегка запнувшись от неожиданности на первом слове, радостно поддержал предложенную тему Марк.
— Сколько?
— Не знаю, не засекал, — пожал плечами мужчина. — Совсем немного. Неделю, может меньше, я в воду специально не лез. Меня и мухи не трогают, — с гордостью похвастался он. — А тебя?
— Тоже нет.
— А ты по деревьям тоже хорошо лазаешь? — смешно склонив голову набок, спросил Марк.
Настала моя очередь заикаться.
— Д-да, а ты?
Воображение отказывалось представлять гиганта, ловко прыгающего с кроны на крону, вместо этого вероломно подсовывая внутреннему взору ломающиеся под тяжестью мужчины ветки и неизбежное падение.
— Я — нет. Просто слышал, что ты умеешь.
Более чем подозрительно. Нет, Марк однозначно не «просто слышал». Он ясно сказал «тоже», значит, и в этой особенности я не одинока. Кто-то из цитадельских, Оборотень или, скорее, его жена?
— А кто ещё по деревьям лазил?
— Мика лазила, даже почти что жила наверху, по крайней мере, много времени там проводила.
Я вопросительно подняла бровь, но Марк недоуменно пожал плечами, не поняв намёка.
— Мика — это кто?
— Моя... — гигант замялся. — Мой друг. Оборотница, как и ты.
— Жена Оборотня? — на всякий случай уточнила я.
Марк грустно улыбнулся.
— Да, к сожалению. Он её сгубил, — в его голосе не слышалось злости и даже жёсткости, одна лишь грусть о прошедшем.
— Мне жаль, — тихо сказала я, поняв, что расспрашивать дальше как минимум нетактично.
Мы снова помолчали.
— Ну, я пошёл? — наконец спросил Марк.
— Ага. Удачи.
— До встречи. Кстати, — с досадой хлопнув себя по лбу, мужчина вытряхнул из принесённого с собой мешка тушку пушистого зверька. — Чуть не забыл, это — тебе.
— Спасибо, — я принялась с интересом изучать подарок, лишь мельком отметив, что Марк поспешно ушёл.
Животное среднего размера, отдалённо напоминающее кабаргу. Такие же тонкие ножки с раздвоенными копытцами, задние длиннее передних, стройное тельце маленького оленя, но, в отличие от безрогого земного зверька, у этого на лбу выступали четыре небольших костяных бугорка. Несколько раз мне удавалось наблюдать за похожими животными в джунглях, но ни разу — рассматривать так близко.
На душе стало тепло. Я ведь никто Марку, как и он мне, но, тем не менее, он, понимая, что скорее всего, нам придётся жить вместе, пытается хоть как-то наладить контакт. Следующий шаг за мной. Улыбнувшись, я потащила двадцатикилограммовую тушу к плоту.
Большинство наших, кроме Нади и Росса, уже вернулись и теперь разбирали принесённую добычу. Но и остальных долго ждать не пришлось,  почти сразу же после меня показался зеленокожий. В таком гневе я не видела Росса даже после выраженного ему кворума недоверия.
— Ого, ну ты даешь, — поразился Дет, принимая принесённое животное. — Она же довольно большая, не страшно было?
— Мне подарили, — лаконично ответила я, засмотревшись на приближение зеленокожего.
— Идиоты. Невменяемые идиоты, — сквозь зубы прошипел Росс, яростно бросив в угол охапку хвороста. — Ненавижу!
— Что случилось?
— Да ничего особенного. Я понял, что ненавижу цитадельских, вот и всё!
— Почему вдруг? — искренне заинтересовался Сева.
— Неважно! — раздражённо взмахнув руками, Росс поспешил покинуть плот, чтобы избежать дальнейших расспросов.
— Что это с ним? — недоуменно повернулся к нам инженер.
— Помните, его с Надей утром к Сергею пригласили? — тихо сказал математик.
— Ну и? — поторопила я.
— Среди беженцев очень много больных. Но все они, как один, отказались лечиться у Росса. Знаете почему?
— Из-за его дурного характера, — уверенно предположила Лиля.
— Нет, всего лишь из-за его цвета кожи. И я бы  на его месте обиделся.
— Кстати, у меня тоже есть кое-какие неприятные новости насчёт беженцев, — поделился с нами Илья. — Сергею уже около двадцати человек из вновь присоединившихся казнить пришлось, только сейчас они вроде более-менее успокоились. А то мало того, что тащат всё, что плохо лежит, так ещё и женщину одну забили чуть ли не до смерти.
— Да, Ину, я её знаю, она из амазонок, — кивнул математик, но тут же вздрогнул и побледнел. — Я понял, на что ты намекаешь, — осевшим голосом сказал он другу. — Она тоже зелёная, как и Росс.
— Боюсь, что это только начало, — вздохнул химик.
— Вряд ли. Холодной войны, конечно, не избежать, но вот активные действия эти «борцы за чистоту расы» предпринимать поостерегутся, — возразил Дет. — Сергей правильно поступает, таким людям нельзя давать спуска. Впрочем, общаться с «бедными беженцами» и мне неприятно.
— Мне тоже, — кивнул Илья. — Они ведут себя как-то...
— Как фанатики на Земле, — подсказал математик.
— Да, кстати, похоже, — согласился Маркус. — И ещё, заметили, как в джунгли ходить боятся? Хотя здесь и троллей-то нет. А они всё равно умудряются себе врагов найти: то змеи их покусают, то насекомые ядовитые, то ещё что-нибудь.
— Как будто весь лес ополчился против них, да? — задумчиво потянул Дет.
— Или, скорее, как будто они так и не научились смотреть по сторонам. Я бы тоже укусил, если бы по мне не глядя ходить начали, — резко заявил Илья.
— Может быть, они с самого начала привыкли жить в городе, почти не выбираясь за его стены, вот и не смогли приспособиться, — предположила я. — Меня гораздо больше волнует то, что они, похоже, даже не хотят меняться.
— Не все, — возразил математик. — Я общался и с нормальными.
— Но большинство, — холодно отрезала Лиля.
— Для того, чтобы измениться, надо время, — напомнила Юля.
— И желание, — задумчиво добавил Илья. — Если не будет желания, и время не поможет. А пока они столь же чужды нам, как и мы — им.
— Да, ощущение прямо как будто в гнили какой-то копаешься, — согласился незаметно подошедший Росс. — Все люди как люди, даже нелюди, — зеленокожий выразительно покосился на меня. — А эти... нашли негров! И если их глисты заживо сожрут, я ни капельки жалеть не стану!
 



Софья Непейвода

Отредактировано: 13.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться