Наследники Предтеч 4. Освоение

Размер шрифта: - +

Восстановлено по рассказам очевидцев

Дежурный волгорец издалека заметил возвращающихся санитаров — судя по тому, что приближается группа из пяти человек, нужно готовить место ещё для трёх больных. Горестно покачал головой и поспешил в лазарет — помещений катастрофически не хватало. Уже сейчас удалось определить как минимум семь различных заболеваний, и, в принципе, страдающих от них людей не следовало класть рядом. Но возможности разделить нет и не предвидится, по крайней мере, ещё неделю.
Волгоград стал пристанищем для тех, что не чувствовал себя в силах продержаться самостоятельно. А таких с каждым днём становилось всё больше. Несмотря на то, что волгорцев болезни тоже не обошли стороной, они не возражали против своеобразного нашествия. Лишь в достаточно большой группе у людей была надежда, что хоть кто-то останется на ногах и сможет помочь остальным... а потом, кто-то из тех, в свою очередь, поддержит других.
Некоторые из заболевших предпочитали не просить помощи, а отлёживаться у себя дома. Результаты были очень разными. Части народа удавалось справиться с болезнью, а другие погибали. Причём чаще не от болезни (или она просто не успевала убить?), а из-за слабости. Одним не хватало сил встать, чтобы сделать репеллент, и их заживо съедали кровососы. Вторые оказывались лёгкой добычей для хищников. Третьи, из-за рассеянности, слабости и головокружения, срывались с обрывов, которых в местных лесах великое множество...
Поэтому многие люди приходили в селение к волгорцам. Тут они могли получить защиту и заботу. И никого уже не пугало, что потом придётся отрабатывать: собирать дрова и пищу, охотиться, готовить, ухаживать за другими больными... Ведь если они не позаботятся о других — то в следующий раз и сами не получат помощи.
За счёт того, что народу в Волгограде стало больше, проявились проблемы с добычей пропитания. Посовещавшись, волгорцы начали организовывать группы из тех, у кого сейчас период ремиссии. «Кормильцы» уходили достаточно далеко вверх по течению реки, добывали пищу (только ту, которую можно хранить хотя бы несколько дней), а потом — строили плоты из хвороста и сплавлялись обратно. Таким образом в селение поставлялись и продукты, и топливо. Сохранить работоспособность помогали найденные лекарства — информацию о полезных травах сообщали всем, независимо от того, оставались они в Волгограде или уходили — и вскоре почти все свободные пользовались широким набором трав. Они позволяли продержаться, но, к сожалению, совсем не ускоряли выздоровление.
Невзирая на усилия волгорцев, посвящённых и остального народа, люди начали умирать и в селении. За месяц погибло восемь человек из тех, кто предпочёл остаться дома, и трое — в Волгограде. Но, скорее всего, жертв из одиночек было больше, просто не обо всех удавалось узнать. Даже и без их учёта уже погибло одиннадцать человек из двухсот с чем-то. Слишком большие потери для свободных.
В этой сложной ситуации очень существенной оказалась неожиданная поддержка от присматривающихся йети. Хоть сначала они объявляли о принципе невмешательства, но уже вскоре не выдержали и по собственной инициативе включились в работу. Правительство сильно удивилось и долго пыталось понять причину изменившегося поведения, но так и не пришло к однозначным выводам. Наиболее вероятной была признана гипотеза, что свободным удалось произвести очень хорошее впечатление (вероятнее всего, гораздо лучше, чем йети ожидали). Возможно даже, что йети почувствовали себя не чужими (другим видом), а чуть ли не своими. И это давало надежду на положительный результат будущего сотрудничества.



Софья Непейвода

Отредактировано: 03.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться