Наследники Слизерина

Размер шрифта: - +

Трудно быть слизеринцем

Сле­ду­ющим ут­ром Бел­ла прос­ну­лась от хо­лода и об­на­ружи­ла, что ее оде­яло сос­коль­зну­ло с кро­вати и ва­ля­ет­ся на по­лу. Дро­жа и ру­га­ясь про се­бя пос­ледни­ми сло­вами, де­воч­ка то­роп­ли­во оде­лась и от­пра­вилась в гос­ти­ную.

— Ты то­же за­мер­зла? — по­ин­те­ресо­вал­ся Ра­бас­тан, спе­ци­аль­но ожи­дав­ший ее, что­бы вмес­те пой­ти на зав­трак.

— Я не за­мер­зла, я чуть не сдох­ла! — гнев­но отоз­ва­лась она, на­тяги­вая по­верх ман­тии шер­стя­ной кар­ди­ган. — Идем ско­рее из это­го трек­ля­того под­зе­мелья. Я не пред­став­ляю, как мы тут про­дер­жимся семь лет! Го­това пос­по­рить, что да­же в Аз­ка­бане не та­кой звер­ский хо­лод… кста­ти, что ска­зал Ру­ди нас­чет ис­пы­тания?

— Ни­чего, — мрач­но от­ве­тил Ра­бас­тан.

— Как ни­чего? Раз­ве он не зна­ет?

— Да все он зна­ет! Прос­то го­ворит, что мы дол­жны до­гадать­ся са­ми.

— Еще брат на­зыва­ет­ся! — про­вор­ча­ла Бел­ла, ре­шив, что при пер­вой же воз­можнос­ти до­пыта­ет­ся у не­го лич­но. 

— Ну, мо­жет, он прав в чем-то, — за­метил Ра­бас­тан, — ведь не зря же при­дума­ли это пос­вя­щение.

— Вот имен­но, что зря! — гнев­но воз­ра­зила она. — Мы мог­ли бы за­нять­ся чем-ни­будь сто­ящим, нап­ри­мер, по­ис­ком зак­ли­нания для обог­ре­ва, а вмес­то это­го дол­жны раз­га­дывать ду­рац­кие за­гад­ки! Нет, во что бы то ни ста­ло, на­до уз­нать у ко­го-ни­будь от­вет.

— Ру­ди, ка­кого чер­та! — вос­клик­ну­ла она, под­хо­дя к сто­лу Сли­зери­на.

— И те­бе доб­ро­го ут­ра, Беллс! — не­воз­му­тимо отоз­вался Ру­доль­фус. — Бу­дешь ко­фе или тык­венный сок?

— По­чему ты не хо­чешь го­ворить про ис­пы­тание?

— По­тому что те­бе ни­ког­да не стать нас­то­ящей сли­зерин­кой, ес­ли ты не прой­дешь его са­ма.

— Да что за ерун­да! — она за­кати­ла гла­за. — Я уве­рена, что это ка­кая-ни­будь глу­пость.

— Ду­май, что хо­чешь, Беллс! Я ни­чего не ска­жу, — и Ру­доль­фус мно­гоз­на­читель­но выс­та­вил ла­дони впе­ред.

— Ну и не на­до! — оби­делась она. — Бар­ти!

Кра­уч под­нял гла­за от сво­его рас­пи­сания.

— Нет-нет, Бел­ла! Я сог­ла­сен с Ру­ди, — то­роп­ли­во про­гово­рил он, вста­вая из-за сто­ла и за­киды­вая сум­ку на пле­чо.

— Бар­ти! Стой! Не смей так ухо­дить! 

— У нас пер­вым уро­ком сто­ит зель­ева­рение, а я за­был в ком­на­те су­шеную ман­дра­гору, вдруг она по­надо­бит­ся... — он ус­ко­рил шаг. — Уда­чи в по­ис­ке от­ве­та, Бел­ла.

Про­водив то­вари­ща не­доб­рым взгля­дом, она се­ла за стол.

— Ну ни­чего, — вслух обод­ри­ла Бел­ла са­ма се­бя, — к кон­цу ме­сяца я раз­до­буду сы­ворот­ку прав­ды, ли­бо вы­учу Кру­ци­атус, и тог­да вы мне точ­но все рас­ска­жете!

— А прос­то вклю­чить моз­ги и по­думать не про­бова­ла? — Ру­доль­фус сар­касти­чес­ки при­под­нял пра­вую бровь.

— У каж­до­го свои ме­тоды! — ехид­но при­щури­лась де­воч­ка в от­вет.

Ма­ло то­го, что пос­ле этой жут­кой но­чи Бел­ла ни­как не мог­ла отог­реть­ся, так еще и пред­ме­ты, пос­тавлен­ные в пер­вый день, бы­ли на ред­кость за­нуд­ны­ми. 

На­чалось все с ис­то­рии ма­гии, аж с двух уро­ков под­ряд. Ска­зать, что Бел­ла бы­ла шо­киро­вана тем, что пре­пода­вате­лем по это­му пред­ме­ту ока­залось при­виде­ние — это не ска­зать ни­чего. Она тер­петь не мог­ла при­виде­ний. Да и кто во­об­ще лю­бит эти блед­ные ос­татки че­лове­чес­ких душ, пос­то­ян­но жа­лу­ющи­еся на жизнь? Вер­нее, на смерть. Впро­чем, про­фес­сор Бинс ни на что не жа­ловал­ся, но за­то два ча­са под­ряд буб­нил се­бе под нос ка­кую-то бре­дяти­ну о вол­шебни­ках, жив­ших до на­шей эры. 

Сле­дом бы­ла тра­воло­гия, и Бел­ла ни­как не мог­ла по­нять, на кой черт ей нуж­но уметь уха­живать за абис­син­ской смо­ков­ни­цей, ес­ли мож­но прос­то схо­дить за ней в ап­те­ку. Выб­равшись из теп­ли­цы, за­мер­зшая и пе­репач­канная в зем­ле, она ре­шила, что этот пред­мет, од­нознач­но, са­мый бес­толко­вый и бес­по­лез­ный для вол­шебни­ка, но, как вы­яс­ни­лось чуть поз­же, жес­то­ко ошиб­лась. Ку­да ху­же ока­зал­ся уход за ма­гичес­ки­ми су­щес­тва­ми. По прав­де ска­зать, Бел­ла не ис­пы­тыва­ла ни ма­лей­ше­го вос­торга ни пе­ред ка­кими су­щес­тва­ми: будь то ма­гичес­кие или не­маги­чес­кие. Но это еще не са­мое страш­ное. Те­мой пер­во­го за­нятия был ав­гу­рей — до­воль­но мер­зкая с ви­ду пти­ца зе­лено­вато-чер­но­го цве­та, по­хожая ни то на гри­фа, ни то на об­лезло­го пав­ли­на.

— Ав­гу­реи очень пуг­ли­вы, — по­яс­нил про­фес­сор Кетт­лберн.

Это был муж­чи­на лет пя­тиде­сяти с бла­город­ны­ми чер­та­ми ли­ца, ак­ку­рат­ной бо­род­кой и не­ког­да каш­та­новы­ми, а те­перь уже се­дыми во­лоса­ми, рас­па­да­ющи­мися на пря­мой про­бор.

Он доб­ро­сер­дечно гля­дел то на класс, то на урод­ли­вых птиц и вре­мя от вре­мени за­дум­чи­во пог­ла­живал ле­вой ру­кой пра­вую, до са­мого лок­тя за­мотан­ную в све­жие бин­ты. 

Уче­ники по­нятия не име­ли, что слу­чилось с их про­фес­со­ром в пер­вый же день уче­бы, но очень хо­тели ве­рить в то, что ав­гу­реи здесь не при чем.

— Они пря­чут­ся в за­рос­лях тер­новни­ка или еже­вики и вы­лета­ют из ук­ры­тия толь­ко в дождь. Их ха­рак­терной осо­бен­ностью яв­ля­ет­ся низ­кий и пе­релив­ча­тый крик. Ра­нее счи­талось, что эти зву­ки пред­ве­ща­ют смерть, мо­гут свес­ти вол­шебни­ка с ума или да­же спро­воци­ровать раз­рыв сер­дца, од­на­ко на се­год­ня дос­то­вер­но из­вес­тно лишь то, что ав­гу­реи по­ют пе­ред дож­дем. Ва­ша за­дача — поп­ро­бовать пой­мать эту уди­витель­ную пти­цу. Для это­го при­дет­ся вы­манить ее из ук­ры­тия, ис­поль­зуя при­ман­ку, — с эти­ми сло­вами он снял крыш­ку с ог­ромной же­лез­ной бан­ки, сто­яв­шей у не­го под но­гами.

Ког­да Бел­ла вмес­те с ос­таль­ны­ми уче­ника­ми по­дош­ла и заг­ля­нула внутрь, от уви­ден­но­го ее ед­ва не стош­ни­ло. В жес­тянке киш­мя ки­шели ка­кие-то по­луп­розрач­ные ли­чин­ки.

– Итак, раз­бей­тесь на па­ры. Тот, кто спра­вит­ся с за­дани­ем и по­мес­тит ав­гу­рея в клет­ку, по­лучит оцен­ку «Пре­вос­ходно» и при­несет сво­ему фа­куль­те­ту де­сять оч­ков, — тор­жес­твен­но по­обе­щал про­фес­сор.

Бел­ла с тру­дом мог­ла по­мыс­лить о том, как возь­мет этих мер­зких чер­вей в ру­ки, пусть да­же в пер­чатках. Она да­же смот­реть на них не мог­ла, не ис­пы­тывая рвот­но­го по­зыва. По­это­му Ра­бас­тан бла­город­но сог­ла­сил­ся за­нять­ся при­ман­кой. Не без ко­леба­ний он за­чер­пнул из бан­ки горсть ли­чинок, и на­пар­ни­ки храб­ро от­пра­вились к све­жепо­сажен­ным тер­но­вым кус­там, где пря­тались пред­назна­чен­ные для прак­ти­чес­ко­го за­нятия ав­гу­реи. 

То ли, пред­чувс­твуя дождь, то ли от стра­ха, их пти­ца ора­ла так, буд­то ее пы­тали Кру­ци­ату­сом. Ми­нут че­рез де­сять бе­зус­пешных по­пыток вы­манить это су­щес­тво, Бел­ла ста­ла чувс­тво­вать, что от ис­тошных кри­ков вско­ре и прав­да сой­дет с ума. В ито­ге они с Ра­бас­та­ном ре­шили ос­та­вить ли­чин­ки воз­ле кус­та, а са­мим отой­ти на не­кото­рое рас­сто­яние и за­та­ить­ся. 

Что­бы при­ман­ка ни­куда не рас­пол­злась, Бел­ла не­замет­но поб­рызга­ла ее мо­роча­щей зак­ваской, ко­торую, на вся­кий слу­чай, всег­да но­сила с со­бой. Чер­ви ста­ли ко­пошить­ся ме­нее ак­тивно, но, к счастью, все еще выг­ля­дели жи­выми и, ве­ро­ят­но, да­же ап­пе­тит­ны­ми.

Ав­гу­рей на ка­кое-то вре­мя при­тих, оце­нивая си­ту­ацию, и вско­ре из за­рос­лей по­яви­лась его ма­лень­кая чер­ная го­лова на кри­вой урод­ли­вой шее. Па­ру раз пти­ца клю­нула на­жив­ку, за­тем нер­возно ог­ля­нулась, ви­димо, слег­ка ус­по­ко­илась и ув­ле­чен­но про­дол­жи­ла тра­пезу, боль­ше не гля­дя по сто­ронам.

Улу­чив мо­мент, Бел­ла и Ра­бас­тан ста­ли ти­хонь­ко приб­ли­жать­ся. Но пти­ца, ве­ро­ят­но, и впрямь, бы­ла очень пуг­ли­ва и по­доз­ри­тель­на, по­это­му вид двух че­ловек кра­дущих­ся к ней с клет­кой в ру­ках, выз­вал у нее спра­вед­ли­вые опа­сения. Ав­гу­рей впал в па­нику, и вмес­то то­го, что­бы спря­тать­ся на­зад в кус­ты, вспор­хнул вверх.

— Дер­жи его! — па­ничес­ки взвиз­гну­ла Бел­ла.

Но бы­ло уже поз­дно. 

– Ос­толбе­ней! — в от­ча­янии вос­клик­ну­ла она и взмах­ну­ла па­лоч­кой. 

По­ражен­ный зак­ля­ти­ем бег­лец шлеп­нулся на тра­ву с вы­соты дю­жины фу­тов. Де­воч­ка ми­гом схва­тила его и за­пих­ну­ла в клет­ку.

— Бел­ла, мне ка­жет­ся, про­фес­сор Кетт­лберн за­метит, что ты ог­лу­шила ав­гу­рея, — ти­хо про­гово­рил Ра­бас­тан. 

— Или уби­ла, — она мрач­но пос­мотре­ла на не­под­вижное те­ло в клет­ке. 

Бел­ла ог­ля­делась по сто­ронам в на­деж­де, что ник­то ни­чего не ви­дел и не слы­шал. Бла­го, все бы­ли за­няты вы­пол­не­ни­ем за­дания, а ис­тошные кри­ки ав­гу­ре­ев заг­лу­шали все про­чие зву­ки.

Де­воч­ка энер­гично тря­хану­ла клет­ку, по­лагая, что пти­ца от это­го оч­нется, но та лишь не­под­вижным гру­зом пе­река­тилась с од­но­го мес­та на дру­гое. 

— Агу­амен­ти! 

Из па­лоч­ки брыз­ну­ла во­да, и нес­коль­ко ка­пель упа­ли на об­мякшее те­ло.

— Мо­жет, ска­жем, что он по­мер от стра­ха? — пред­ло­жил Ра­бас­тан.

— Не про­катит, — уг­рю­мо воз­ра­зила Бел­ла, ка­чая го­ловой.

К кон­цу уро­ка из всех ос­таль­ных уче­ников лишь Мил­ли­сен­те Мер­сер и ее на­пар­ни­це уда­лось спра­вить­ся с за­дани­ем. Их ав­гу­рей ме­тал­ся по клет­ке и прон­зи­тель­но во­пил.

— Поз­драв­ляю, мисс Мер­сер и мисс Слайт. Прек­расная ра­бота! — пох­ва­лил их про­фес­сор Кетт­лберн. — Плюс де­сять оч­ков Сли­зери­ну! А кто-ни­будь еще смог пой­мать ав­гу­рея? — воп­ро­сил он и с ис­крен­ним ра­зоча­рова­ни­ем при­бавил. — Не­уже­ли боль­ше ник­то не спра­вил­ся?

Пос­ле не­кото­рых ко­леба­ний Бел­латри­са и Ра­бас­тан, опус­тив го­ловы, выш­ли впе­ред, ви­нова­то про­тяги­вая ему клет­ку.

— Та-ак… что тут у нас… мисс Блэк! мис­тер Лес­трей­ндж! Что вы с ним сде­лали? — ис­пу­ган­но вос­клик­нул Кетт­лберн.

Ви­нов­ни­ки слу­чив­ше­гося не под­ни­мали взгля­дов и мол­ча­ли. 

«На­до бы­ло по­ложить его на­зад в за­рос­ли и ска­зать, что мы ни­кого не пой­ма­ли!» — слиш­ком поз­дно со­об­ра­зила Бел­ла.

— Ес­ли вы сей­час же не от­ве­тите, я сни­му со Сли­зери­на двад­цать оч­ков, — су­рово приг­ро­зил про­фес­сор, гля­дя на не по­да­ющую приз­на­ков жиз­ни пти­цу взгля­дом, пол­ным скор­би и сос­тра­дания.

У се­бя за спи­ной Бел­ла ус­лы­шала гнев­ное пе­решеп­ты­вание од­ноклас­сни­ков, не­доволь­ных пер­спек­ти­вой по­терять двад­цать оч­ков.

— Он по­пытал­ся уле­теть, и я его ог­лу­шила, — чес­тно и гром­ко приз­на­лась она.

Нес­коль­ко че­ловек ах­ну­ли.

— Ог­лу­шили? Зак­ля­ти­ем? — изу­мил­ся про­фес­сор. 

— Да. 

— Фу-ух… — вы­дох­нул он, — зна­чит, я смо­гу при­вес­ти его в чувс­тва... итак, плюс де­сять оч­ков за вы­пол­ненное за­дание и прек­расно ис­полнен­ное зак­ли­нание и ми­нус пять оч­ков за жес­то­кость, не­допус­ти­мую в об­ра­щении с ма­гичес­ки­ми су­щес­тва­ми. Мисс Блэк, я про­шу вас впредь быть ос­то­рож­нее и гу­ман­нее. Ка­кими бы хо­роши­ми не бы­ли ва­ши ма­гичес­кие на­выки, это не да­ет вам пра­ва дос­ти­гать сво­ей це­ли лю­бым пу­тем.

Ус­лы­шав это, Бел­ла вздох­ну­ла с об­легче­ни­ем. За­рабо­тан­ные в ито­ге пять оч­ков ни­как нель­зя бы­ло счи­тать пло­хим ре­зуль­та­том, да­же нес­мотря на ед­кое за­меча­ние про­фес­со­ра.

— Эта Блэк ведь из «тех са­мых» Блэ­ков? — ше­потом по­ин­те­ресо­валась Пэй­лин Слайт, не­высо­кая блед­ная сли­зерин­ка, у Мил­ли­сен­ты Мер­сер, ког­да уче­ники воз­вра­щались в за­мок.

— Бел­ла? — удив­ленно пе­рес­про­сила Мил­ли­сен­та. — Да, ве­ро­ят­но. А в чем де­ло?

— Они же, вро­де как, чис­токров­ные вол­шебни­ки?

— Блэ­ки? Ну да, чис­токров­ные, в этом нет ни­каких сом­не­ний.

— Как ты ду­ма­ешь, это прав­да, что все чис­токров­ные семьи — маг­ло­нена­вис­тни­ки, и с ран­них лет обу­ча­ют сво­их де­тей тем­ной ма­гии?

Мил­ли­сен­та иро­ничес­ки за­улы­балась.

— Во-пер­вых, ог­лу­ша­ющее зак­ля­тие — это не тем­ная ма­гия, а, во-вто­рых, мы жи­вем в двад­ца­том ве­ке. Уже дав­но ник­то не охо­тит­ся на маг­лов и маг­ло­рож­денных. Это всё дет­ские стра­шил­ки.

— Ты уве­рена, что это бы­ло ог­лу­ша­ющее зак­ли­нание? — не сда­валась Пэй­лин. — Ник­то не ви­дел, ЧТО она на са­мом де­ле сде­лала с той пти­цей.

Мил­ли­сен­та нах­му­рилась.

— По-мо­ему, не сто­ит вы­думы­вать то­го, че­го нет, — серь­ез­но, но без на­жима, про­гово­рила она. — Бел­ла — моя со­сед­ка по ком­на­те, и лич­но я ни­чего не­обыч­но­го за ней по­ка не за­меча­ла. Она спо­соб­ная и ста­ратель­ная, толь­ко и все­го. Луч­ше ос­тавь ее в по­кое.

— А я и не со­бира­юсь к ней приб­ли­жать­ся, — тут же ре­шитель­но отоз­ва­лась Пэй­лин, с опас­кой гля­дя на Бел­латри­су, иду­щую ря­дом с Ра­бас­та­ном, все­го на па­ру де­сят­ков фу­тов впе­реди них.

Нас­тро­ение, слег­ка при­под­ня­тое удач­ной раз­вязкой ис­то­рии с ав­гу­ре­ем, упа­ло пря­мо про­пор­ци­ональ­но тем­пе­рату­ре воз­ду­ха, сто­ило Бел­ле спус­тить­ся в хо­лод­ное под­зе­мелье. Кро­ме про­чего, все ее по­пыт­ки уз­нать об ис­пы­тании для пос­вя­щения по­тер­пе­ли крах.

Она поп­ро­бова­ла доп­ро­сить Ре­гулу­са, но он, как и Кра­уч, ушел от от­ве­та. И, что осо­бен­но пот­рясло Бел­лу, Дро­меда то­же не за­хоте­ла приз­нать­ся.

— Мы же од­на семья! — воз­му­щен­но кри­чала млад­шая сес­тра, чуть ли не на всю гос­ти­ную. — Я бы ни­ког­да так с то­бой не пос­ту­пила!

— Прос­ти Бел­ла, но мы все пок­ля­лись, что до пос­вя­щения не от­кро­ем сек­ре­та, — роб­ко про­гово­рила Дро­меда, ста­ра­ясь не встре­чать­ся с ней взгля­дом.

— Ка­кая-то клят­ва для те­бя важ­нее род­ной сес­тры?! — ис­ступ­ленно вос­клик­ну­ла Бел­ла. 

Этот день ее и так уже до­конал, а не­ожи­дан­ное пре­датель­ство со сто­роны Дро­меды ста­ло пос­ледней кап­лей и без то­го зыб­ко­го тер­пе­ния.

— Бел­ла, не про­си ме­ня об этом, по­жалуй­ста! — взмо­лилась стар­шая сес­тра. — А вдруг они на­ложи­ли зак­ля­тие, и со мной что-ни­будь слу­чит­ся, ес­ли я те­бе рас­ска­жу!

Нес­коль­ко се­кунд Бел­ла смот­ре­ла на нее ис­пе­пеля­ющим взгля­дом, за­тем рез­ко раз­верну­лась и, боль­ше ни сло­ва не го­воря, уш­ла прочь. 

«Как я мо­гу до­гадать­ся об этом са­ма? — гнев­но ду­мала она, ле­жа в сво­ей пос­те­ли и сту­ча зу­бами от хо­лода. — По­чему я во­об­ще дол­жна тра­тить вре­мя на эти глу­пос­ти?!»

А вре­мени, дей­стви­тель­но, бы­ло не так уж мно­го. В пер­вую же не­делю пер­во­кур­сни­ки по­лучи­ли ог­ромное ко­личес­тво до­маш­ней ра­боты. При­чем, как наз­ло, чем глу­пее и бес­по­лез­нее был пред­мет, тем боль­ше по не­му за­дава­ли. По ис­то­рии ма­гии, тра­воло­гии и ас­тро­номии при­ходи­лось сда­вать ог­ромное ко­личес­тво раз­но­об­разных эс­се, и у Бел­лы зак­ра­лось смут­ное по­доз­ре­ние, что Хог­вартс вы­пус­ка­ет не вол­шебни­ков, а пи­сате­лей. Но бы­ли и при­ят­ные мо­мен­ты. За­щита от тем­ных ис­кусств, зак­ли­нания, зель­ева­рение и тран­сфи­гура­ция сра­зу приш­лись ей по ду­ше. У Бел­лы уже име­лись не­кото­рые на­выки, и она смог­ла гор­до их про­демонс­три­ровать, выз­вав тем са­мым одоб­ре­ние пре­пода­вате­лей и за­висть од­ноклас­сни­ков. 

— У вас по­рази­тель­ный та­лант к зель­ева­рению, мисс Блэк! — вос­хи­тил­ся про­фес­сор Слиз­норт, скло­ня­ясь над ее кот­лом со све­жеп­ри­готов­ленным от­ва­ром для из­ле­чения фу­рун­ку­лов и на­рывов.

Бел­ла лу­чезар­но улыб­ну­лась ему в от­вет, ре­шив, что де­кан Сли­зери­на — это пер­вей­ший че­ловек, с ко­торым сто­ит на­ладить хо­рошие от­но­шения. Ра­зуме­ет­ся, она не ста­ла приз­на­вать­ся в том, что го­товит это зелье да­леко не в пер­вый раз, и ед­ва ли тут мож­но го­ворить о на­личии та­лан­та.

Весь ме­сяц Бел­ла про­вела, с го­ловой пог­ру­зив­шись в уче­бу. В ито­ге ей уда­лось за­рабо­тать хо­рошие оцен­ки да­же по тем пред­ме­там, ко­торые она ис­крен­не не­нави­дела. Что уж го­ворить о зак­ли­нани­ях и за­щите от тем­ных ис­кусств. Да­же пос­ле уро­ков она про­дол­жа­ла от­та­чивать свои на­выки в гос­ти­ной Сли­зери­на или у се­бя в ком­на­те, ис­поль­зуя сво­их по­допыт­ных мы­шей. Од­на­ко вид гры­зунов, от­бра­сыва­емых в угол клет­ки зак­ли­нани­ем «Де­пуль­со», шо­киро­вал ее со­седок, по­это­му Бел­ле во­лей-не­волей приш­лось ис­кать бо­лее у­еди­нен­ное мес­то для тре­ниро­вок. Ока­залось, что Бар­ти зна­ет один класс на вто­ром эта­же, ко­торый всег­да бы­ва­ет сво­боден по чет­вергам. Он и сам час­тень­ко им поль­зо­вал­ся для внек­лас­сных за­нятий и был очень рад то­му, что Бел­ла хо­чет при­со­еди­нить­ся. Бел­ла, в свою оче­редь, то­же об­ра­дова­лась воз­можнос­ти у не­го по­учить­ся, пос­коль­ку Кра­уч знал мно­го ин­те­рес­ных зак­ли­наний. Ра­бас­тан с не мень­шей охо­той при­со­еди­нил­ся к их ком­па­нии, а вот Ру­доль­фу­са прив­лечь так и не уда­лось. Тот уп­ря­мо за­явил, что зак­ли­наний ему и на уро­ках хва­та­ет, так что всту­пать в «клуб ано­ним­ных бо­тани­ков» он не со­бира­ет­ся. 

Так не­замет­но пер­вый ме­сяц уче­бы по­дошел к кон­цу. По­года пор­ти­лась, и в под­зе­мелье Сли­зери­на день ото дня ста­нови­лось все хо­лод­нее. Трид­ца­тое сен­тября, как и вся пред­шес­тву­ющая не­деля, бы­ло дож­дли­вым и про­моз­глым. Все прос­транс­тво за­пол­ня­ли мик­роско­пичес­кие кап­ли во­ды, а Чер­ное озе­ро ка­залось мо­лоч­но-бе­лым из-за нак­рывше­го его гус­то­го ту­мана. Од­ним сло­вом, вы­ходить из зам­ка в тот день со­вер­шенно не хо­телось. Но, точ­но в нас­мешку, пос­ледним уро­ком сто­яли по­леты на мет­лах. По окон­ча­нии ча­са, про­веден­но­го в воз­ду­хе, у Бел­лы за­коче­нели паль­цы, а ман­тия и во­лосы про­мок­ли нас­квозь. Она вы­пол­ни­ла все за­дан­ные кру­ги и уже со­бира­лась при­зем­лить­ся, но из-за пло­хой ви­димос­ти не смог­ла рас­счи­тать вы­соту, и, жес­тко уда­рив­шись ступ­ня­ми о зем­лю, упа­ла, про­летев нес­коль­ко мет­ров ку­барем по мок­рой тра­ве. Тре­нер не­мед­ленно от­пра­вил ее в боль­нич­ное кры­ло, но пос­тра­дав­шая соч­ла свои трав­мы нез­на­читель­ны­ми и, не доб­равшись до пун­кта наз­на­чения, ре­шила вер­нуть­ся в гос­ти­ную Сли­зери­на.

Бел­ла бы­ла нас­толь­ко зла и раз­до­садо­вана, что да­же не ста­ла пе­ре­оде­вать мок­рую одеж­ду и прос­то усе­лась в крес­ло воз­ле ка­мина, до са­мого под­бо­род­ка за­кутав­шись в плед. Ее зу­бы сту­чали от хо­лода. Де­воч­ка оту­пев­шим взгля­дом смот­ре­ла на еле гре­ющий огонь и чувс­тво­вала, как внут­ри у нее все кло­кочет от это­го мер­зко­го хо­лода и на ули­це, и в зам­ке, от это­го до­сад­но­го па­дения, и во­об­ще от то­го, что ум­ник, об­ста­вив­ший гос­ти­ную рос­кошной ме­белью и по­весив­ший эти изыс­канные го­беле­ны, не удо­сужил­ся ба­наль­но по­забо­тить­ся о том, что­бы СДЕ­ЛАТЬ ПО­МЕЩЕ­НИЕ ПРИ­ГОД­НЫМ ДЛЯ ЖИЗ­НИ!!!

— Бел­ла, что с то­бой? — обес­по­ко­ен­но вос­клик­ну­ла, не­понят­но от­ку­да на­рисо­вав­ша­яся Дро­меда.

— Я уп-па­ла с м-мет­лы, - с дрожью в го­лосе отоз­ва­лась она.

— Да ты же вся мок­рая! По­дож­ди, дай я вы­сушу твои во­лосы.

— Не-ет! — ис­пу­ган­но вскрик­ну­ла млад­шая сес­тра, выс­та­вив ру­ки впе­ред, но Дро­меда уже ус­пе­ла взмах­нуть па­лоч­кой.

Преж­де чем Бел­ла по­няла, что про­изош­ло, она ус­лы­шала за спи­ной за­ливис­тый смех и обер­ну­лась. Нес­коль­ко сту­ден­тов, си­дящих не­пода­леку, за­хохо­тали еще гром­че.

— Ме­да, дай мне зер­ка­ло. Не­мед­ленно! — сквозь зу­бы про­цеди­ла она.

Дро­меда, оче­вид­но ис­пу­ган­ная ре­зуль­та­том собс­твен­но­го зак­ли­нания, ста­ла су­дорож­но рыть­ся в сум­ке и на­конец, вы­нув от­ту­да ма­лень­кое се­реб­ря­ное зер­каль­це с имен­ной гра­виров­кой и фа­миль­ным гер­бом, про­тяну­ла его сес­тре.

Оно бы­ло раз­ме­ром с ла­дош­ку и не вме­щало всей ка­тас­тро­фы, но Бел­ла все рав­но по­няла, что ее при­чес­ка выг­ля­дит так, точ­но в нее уда­рила мол­ния.

— Ме­да, ты, что, с ума сош­ла! — зак­ри­чала она не сво­им го­лосом. — Ка­кой ду­рой на­до быть, что­бы ис­поль­зо­вать во­до­от­талки­ва­ющее зак­ли­нание для суш­ки во­лос!!!

Ее ис­те­рич­ный крик еще силь­нее по­заба­вил пуб­ли­ку.

— Бел­ла, из­ви­ни… — роб­ко про­лепе­тала Дро­меда. — Мне по­мога­ет обыч­но…

— По­мога­ет?!! Да ты хоть ког­да-ни­будь от­кры­вала учеб­ник зак­ли­наний?!

— Бел­ла, я… прав­да… на­вер­ное, оно прос­то те­бе не под­хо­дит, — Дро­меда вдруг зак­ры­ла ли­цо ру­ками и по­бежа­ла прочь.

— Агу­амен­ти! — про­вор­ча­ла Бел­ла, нап­равляя па­лоч­ку на свои во­лосы, в на­деж­де за­ново их на­мочить. 

Тон­кая струй­ка во­ды нис­коль­ко не пов­ли­яла на мас­штаб тра­гедии. 

«На­до бу­дет все-та­ки до­учить это зак­ли­нание» — раз­дра­жен­но по­дума­ла она, в бес­силь­ной зло­бе тря­ся па­лоч­кой, точ­но на­де­ялась, что от это­го во­да по­течет силь­нее. 

Тут пос­лы­шал­ся звук отъ­ез­жа­ющей сте­ны, и в гос­ти­ную вош­ли Кра­уч и братья Лес­трей­нджи. Уви­дев Бел­лу, они сра­зу же нап­ра­вились к ней, и по ме­ре приб­ли­жения то­же раз­ра­зились хо­хотом. 

Де­воч­ка гнев­но под­хва­тила с по­ла упав­ший плед и, за­кутав­шись в не­го с го­ловой, де­монс­тра­тив­но плюх­ну­лась на­зад в свое крес­ло.

— Ты не приш­ла на обед, — обес­по­ко­ен­но про­гово­рил Ра­бас­тан. — Я при­нес те­бе чаю. По­думал, что ты, на­вер­ное, за­мер­зла.

— Спа­сибо, — бур­кну­ла Бел­ла, за­бирая чаш­ку. 

— Так что с то­бой слу­чилось? — все еще сме­ясь, по­ин­те­ресо­вал­ся Ру­доль­фус. — Ра­бас ска­зал, что ты упа­ла с мет­лы. Но тре­нер раз­ве не го­ворил вам, что тор­мо­жение пос­редс­твом го­ловы в квид­ди­че не счи­та­ет­ся эф­фектив­ным?

Лю­ди в со­сед­них крес­лах оце­нили шут­ку и в оче­ред­ной раз ве­село рас­сме­ялись.

— Это лю­бимая сес­трен­ка ме­ня «по­суши­ла», — про­цеди­ла Бел­ла, ста­ра­ясь не гля­деть на Ру­доль­фу­са и ос­таль­ные улы­ба­ющи­еся ли­ца.

— Им­перви­ус? — по­ин­те­ресо­вал­ся Бар­ти, с лю­бопытс­твом раз­гля­дывая ту часть во­лос, ко­торая вид­не­лась из-под пле­да.

— Угу.

— Я мо­гу поп­ро­бовать ис­пра­вить, ес­ли хо­чешь, — пред­ло­жил он. — Толь­ко убе­ри оде­яло.

— Прав­да? — Бел­ла пос­мотре­ла не не­го со смесью на­деж­ды и не­дове­рия. — А ты ху­же не сде­ла­ешь?

Кра­уч мно­гоз­на­читель­но при­под­нял бро­ви.

— Да, ты прав. Ху­же уже быть не мо­жет, — не­доволь­но про­бор­мо­тала она и не­хотя об­на­жила свой па­рик­ма­хер­ский кош­мар.

Ру­доль­фус опять зап­ро­кинул го­лову в прис­ту­пе хо­хота.

— Пла­нарум! — про­из­нес Бар­ти, и Бел­ла ощу­тила, как что-то сколь­зну­ло по ее ще­кам. 

Она пос­пешно под­несла зер­ка­ло к ли­цу и изу­милась. Во­лосы ста­ли аб­со­лют­но пря­мыми и глад­ки­ми. Ак­ку­рат­ные пря­ди об­рамля­ли ли­цо, слов­но чер­ный шелк.

— Ух ты! — вы­дох­ну­ла она. — Бар­ти, да ты прос­то ге­ний!

Еще нес­коль­ко де­вочек в гос­ти­ной бы­ли удив­ле­ны не мень­ше нее, и по­дош­ли поб­ли­же, что­бы луч­ше рас­смот­реть при­чес­ку.

— Ну ты и пи­жон, Бар­ти! — по­качал го­ловой Ру­доль­фус. — А куд­ри ты се­бе ча­сом не на­вива­ешь?

— Это зак­ли­нание во­об­ще не для во­лос, — ос­корбил­ся Кра­уч, — им раз­гла­жива­ют одеж­ду и мно­го че­го дру­гого.

— Ну я ж го­ворю — пи­жон! — сар­касти­чес­ки ус­мехнул­ся Ру­доль­фус. — Рас­ха­жива­ешь тут в наг­ла­жен­ной ман­тии, как пред­се­датель Ви­зен­га­мота!

— И ни­чего я не рас­ха­живаю! И, во­об­ще, ни­какая она не наг­ла­жен­ная! — на­чал бы­ло оп­равды­вать­ся Кра­уч, обес­ку­раже­но раз­гля­дывая свою ман­тию под за­ливис­тый хо­хот луч­ше­го дру­га.

— За­вали, Ру­ди. Прос­то приз­най, что Бар­ти — офи­ген­ный маг! — про­гово­рила Бел­ла, все еще лю­бу­ясь сво­им от­ра­жени­ем.

На ли­це Кра­уча за­си­яла са­модо­воль­ная улыб­ка.

— Бел­ла, а ты пом­нишь про ис­пы­тание? — вдруг по­ин­те­ресо­вал­ся Ра­бас­тан.

— Ой, Ра­бас, да­вай не сей­час, — по­мор­щи­лась она. — У ме­ня и так был ужас­ный день.

— Но ведь оно уже зав­тра.

— Да ты что! — Бел­ла чуть не уро­нила зер­ка­ло. — По­чему же ты рань­ше мол­чал? Я сов­сем об этом за­была!

— Да я и сам за­был, — по­сето­вал он. — Нам Оли­вер сей­час на­пом­нил за обе­дом.

— Но на­до же что-то де­лать! — па­ничес­ки вос­клик­ну­ла Бел­ла, вска­кивая с крес­ла. — Ру­ди, Бар­ти, вы дол­жны нам по­мочь! — Она ре­шитель­но дви­нулась на них.

— Нет-нет, да­же не про­си! — Ру­доль­фус за­махал ру­ками и по­пятил­ся.

— Но у вас нет дру­гого вы­бора! — про­дол­жа­ла она нас­ту­пать. — Вы же не до­пус­ти­те, что­бы мы про­вали­лись? Кста­ти, что тог­да бу­дет?

— Без по­нятия, — Ру­доль­фус по­жал пле­чами, — в прош­лом го­ду все прош­ли ис­пы­тание. Это вы ту­году­мы.

— Что?! — разъ­ярен­но вос­клик­ну­ла она.

— Да по­дож­ди, не злись, — по­пытал­ся уре­зонить ее Кра­уч. — Ты же уже поч­ти до­гада­лась.

— В смыс­ле?

— Ты пос­то­ян­но об этом го­воришь.

— Бар­ти, зат­кнись! Не смей под­ска­зывать! — воз­му­тил­ся Ру­доль­фус.

— О чем? — Бел­ла нах­му­рилась.

— Ты все вре­мя го­воришь, что хо­чешь на­учить­ся прев­ра­щать лю­дей в слиз­ня­ков, — пред­по­ложил Ра­бас­тан.

Бел­ла при­под­ня­ла пра­вую бровь.

— Это прав­да? — она изум­ленно пос­мотре­ла на Кра­уча. — Мы, что, дол­жны на­учить­ся тран­сфи­гури­ровать лю­дей в слиз­ня­ков? Это пос­вя­щение в Сли­зерин?

— Нет, но это неп­ло­хая идея! — зас­ме­ял­ся Ру­доль­фус. — Хо­чешь учить­ся в Сли­зери­не — су­мей прев­ра­тить сво­его вра­га в слиз­ня­ка. Бар­ти, ес­ли кто-ни­будь из нас ста­нет ста­рос­той, нуж­но бу­дет обя­затель­но ус­тро­ить та­кое ис­пы­тание!

Но Бел­ле бы­ло не до сме­ха. Она ста­ла нап­ря­гать па­мять, пы­та­ясь вспом­нить ка­кое-ни­будь зак­ли­нание или зелье, о ко­тором бы час­то го­вори­ла в пос­леднее вре­мя.

— Та-ак… мы сей­час про­ходим зак­ли­нание нож­ниц… мо­жет, я го­вори­ла о нем? Или про Гер­би­цид?

— Нет, Беллс, — не вы­дер­жал Ру­доль­фус. — Это то, по по­воду че­го ты все вре­мя но­ешь!

— Да ну вас к чер­ту! — она вер­ну­лась в свое крес­ло и плот­нее за­кута­лась в плед. — Пле­вать я хо­тела на ва­ше «пос­вя­щение». Ме­ня не вы­гонят из шко­лы из-за ка­кого-то де­биль­но­го ис­пы­тания!

— Ну, как зна­ешь, — ух­мыль­нул­ся Ру­доль­фус, уса­жива­ясь в крес­ло нап­ро­тив. 

Он дос­тал из сво­его рюк­за­ка жур­нал «Вре­мя квид­ди­ча» и стал ле­ниво его пе­релис­ты­вать.

Ра­бас­тан и Бар­ти то­же се­ли не­пода­леку и ста­ли дос­та­вать учеб­ни­ки и пер­га­мен­ты, что­бы за­нять­ся до­маш­ним за­дани­ем.

— Ра­бас, одол­жи мне «Ис­то­рию ма­гии», — поп­ро­сила Бел­ла. — Лень ид­ти за ней в спаль­ню.

Тот по­рыл­ся в рюк­за­ке и про­тянул ей кни­гу.

Она от­кры­ла за­дан­ный к сле­ду­юще­му уро­ку па­раг­раф и ста­ла чи­тать убо­рис­тый за­нуд­ный текст, изо всех сил пы­та­ясь сос­ре­дото­чить­ся и не ду­мать о прок­ля­том ис­пы­тании.

«Хо­тя упо­мина­ния о вол­шебс­тве со­дер­жатся в ис­то­ричес­ких ис­точни­ках, да­тиру­емых нес­коль­ки­ми ты­сяча­ми лет на­зад, на­ибо­лее из­вес­тной и ус­пешной из ран­них вол­шебни­ков тра­дици­он­но счи­та­ет­ся Ге­ката, про­живав­шая на тер­ри­тории Древ­ней Гре­ции приб­ли­зитель­но в вось­мом ве­ке до на­шей эры. Пос­коль­ку в древ­ности вол­шебный и маг­лов­ский ми­ры не бы­ли от­де­лены друг от дру­га, кол­ду­ны и ведь­мы не скры­вали сво­ей ода­рен­ности и да­же пе­ри­оди­чес­ки ока­зыва­ли маг­лам раз­личные ус­лу­ги вро­де по­мощи в жи­тей­ских и про­фес­си­ональ­ных нуж­дах. Ге­ката бы­ла по­пуляр­на сре­ди сов­ре­мен­ни­ков как мас­тер зель­ева­рения, в осо­бен­ности, при­ворот­ных зе­лий. Так­же она, по всей ви­димос­ти, хо­рошо вла­дела бо­евой и тем­ной ма­ги­ей, пос­коль­ку к ней час­то об­ра­щались за по­мощью в во­ен­ных де­лах. Кро­ме то­го, Ге­ката бы­ла ани­магом. Ши­роко из­вес­тна ис­то­рия о том, как в об­ли­чии мед­ве­дя (по дру­гим све­дени­ям — ка­бана) она уби­ва­ет собс­твен­но­го сы­на, а за­тем воз­вра­ща­ет его к жиз­ни. Од­на­ко, ед­ва ли, речь здесь идет о вос­кре­шении мер­тво­го. Ско­рее все­го, сын Ге­каты был смер­тель­но ра­нен, но она ус­пе­ла ис­це­лить его с по­мощью вол­шебс­тва. К со­жале­нию, све­дений о том, ка­кие имен­но зелья и зак­ли­нания ис­поль­зо­вала Ге­ката, не сох­ра­нилось…»

Бел­ла раз­дра­жен­но зах­лопну­ла кни­гу.

«Ка­кая раз­ни­ца, нас­коль­ко мо­гущес­твен­ной бы­ла эта Ге­ката, ес­ли мы все рав­но ни­чего не зна­ем о ее ма­гии! — по­дума­ла она. — За­чем я дол­жна тра­тить свое вре­мя, за­учи­вая этот бред?».

Она прид­ви­нула крес­ло бли­же к ка­мину и прос­терла ла­дони к ог­ню, что­бы пог­реть­ся, кра­ем гла­за за­метив, что вни­матель­но сле­дящий за ней Ру­доль­фус нас­мешли­во улыб­нулся.

Бел­ла уже от­кры­ла рот, что­бы выс­ка­зать ему свое не­годо­вание, но тут ее нас­то­рожи­ла од­на де­таль. Ру­доль­фус был одет очень лег­ко, и, су­дя по все­му, чувс­тво­вал се­бя при этом прек­расно. Из рас­стег­ну­того во­рот­ни­ка его ман­тии вид­нелся тон­кий джем­пер, а на шее неб­режно бол­тался шарф, вы­пол­нявший ско­рее де­кора­тив­ную, не­жели сог­ре­ва­ющую фун­кцию.

— А по­чему ты не мер­знешь? — вдруг спро­сила Бел­ла, по­доз­ри­тель­но при­щурив­шись.

— А? — Ру­доль­фус сде­лал вид, что пог­ло­щен чте­ни­ем и не рас­слы­шал воп­ро­са.

— По­чему те­бе не хо­лод­но? — пов­то­рила она. 

— Ну-у… я за­кален­ный, — ук­лончи­во отоз­вался Ру­доль­фус.

— А ты, Бар­ти? — Бел­ла по­вер­ну­лась к Кра­учу, у ко­торо­го си­ту­ация с гар­де­робом бы­ла ана­логич­ной.

— Я то­же за­кален­ный, — быс­тро со­ри­ен­ти­ровал­ся он. — И, во­об­ще, мы мер­знем го­раз­до мень­ше чем дев­чонки.

— Да лад­но! — ус­мехну­лась Бел­ла. — А по­чему тог­да Ра­бас чих­нул че­тыре ра­за за пос­ледние де­сять ми­нут?

— Да он сам как дев­чонка! — на­шел­ся Ру­доль­фус, и ед­ва ус­пел приг­нуть­ся от ле­тящей в не­го чер­ниль­ни­цы бра­та.

Бел­ла ог­ля­делась. В дру­гом кон­це гос­ти­ной Фан­ни Флинт и Ул­ли Бей­кер си­дели пря­мо воз­ле ка­мина и про­тяги­вали ла­дони к ог­ню. Лю­ци­ус Мал­фой и Пэй­лин Слайт, ко­торым не дос­та­лось си­дячих мест, тем не ме­нее сто­яли поч­ти вплот­ную к од­но­му из ка­минов и что-то жи­во об­сужда­ли. Их ман­тии ка­ким-то чу­дом еще не за­горе­лись. А за сто­лом в уг­лу си­дела Мил­ли­сен­та Мер­сер, оде­тая в двух­слой­ный вя­заный сви­тер с тол­стым гор­лом, до­ходя­щим ей до са­мых ушей.

— Мер­знут толь­ко пер­во­кур­сни­ки… — оз­ву­чила Бел­ла свою ге­ни­аль­ную до­гад­ку.

— Что? — уди­вил­ся Ра­бас­тан.

— Я, ка­жет­ся, по­няла, в чем де­ло…

— В чем? — сра­зу на­вос­трил­ся Ра­бас­тан.

— Де­ло в хо­лоде. Мы дол­жны при­думать спо­соб бо­роть­ся с хо­лодом! Ведь так? — Бел­ла ис­пы­ту­юще пос­мотре­ла на дру­зей.

— Да вов­се нет, — воз­ра­зил Ру­доль­фус, и его взгляд сколь­знул ку­да-то вниз.

— Да! — вос­клик­ну­ла Бел­ла, об­ли­ча­ющее ты­кая в не­го паль­цем. — Ты опус­тил гла­за. Ты врешь! Я наш­ла от­вет! Бар­ти? Ведь так?

Кра­уч толь­ко улыб­нулся, а Ру­доль­фус с до­садой стук­нул ла­донью по под­ло­кот­ни­ку.

— Есть! — Бел­ла изоб­ра­зила ку­лаком по­бедо­нос­ный жест. — Ра­бас! Че­го рас­селся? Пой­дем!

— Ку­да? — уди­вил­ся тот.

— В биб­ли­оте­ку, ко­неч­но! Эти двое все рав­но не ска­жут нам зак­ли­нание, — и Бел­ла гнев­но пос­мотре­ла на Ру­доль­фу­са и Кра­уча.

Она ожи­дала, что сог­ре­ва­ющие ча­ры най­дут­ся сра­зу, но, как наз­ло, их ниг­де не бы­ло, да­же в тол­стом по­собии по бы­товой ма­гии. 

— Нет, вот о том, как очис­тить ко­вер от ка­тыш­ков, они на­писа­ли! — про­вор­ча­ла Бел­ла, зах­лопнув оче­ред­ную кни­гу. — Мож­но по­думать, это ко­му-то по­надо­бит­ся.

— Ну ма­ло ли, — спо­кой­но за­метил Ра­бас­тан, — вдруг у ко­го-то на ков­ре ка­тыш­ки…

— Да, толь­ко этим дол­жны за­нимать­ся эль­фы, а не ма­ги, — ехид­но воз­ра­зила Бел­ла. — Это все бес­по­лез­но! Я не знаю, ку­да еще мож­но бы­ло за­пих­нуть это зак­ли­нание. Мы не про­чита­ем до зав­тра двад­цать стел­ла­жей.

— Но у нас нет дру­гого вы­хода, — сми­рен­но по­жал пле­чами Ра­бас­тан.
Бел­ла скор­чи­ла не­доволь­ную гри­масу и не­хотя от­кры­ла оче­ред­ную кни­гу.

— А ты не смот­ре­ла в Ис­то­рии Хог­вар­тса? — по­ин­те­ресо­вал­ся Ра­бас­тан, спус­тя еще пол­ча­са уси­лен­ных по­ис­ков.

— Да там-то от­ку­да? — от­махну­лась Бел­ла.

Но Ра­бас­тан все рав­но по­лез на вер­хнюю пол­ку и дос­тал от­ту­да тя­желен­ный пыль­ный тал­муд.

Бел­ла толь­ко по­кача­ла го­ловой, но го­ворить ни­чего не ста­ла. Она про­дол­жа­ла прос­матри­вать ог­лавле­ние оче­ред­но­го учеб­ни­ка: ма­нящие ча­ры, зак­ли­нание умень­ше­ния, зак­ли­нание ки­пяче­ния…

— На­шел! — вдруг вос­клик­нул Ра­бас­тан.

Бел­ла с удив­ле­ни­ем под­ня­ла гла­за. 

Ра­бас­тан стал чи­тать вслух:

— «По­меще­ния фа­куль­те­та Сли­зерин рас­по­лага­ют­ся в под­зе­мель­ях зам­ка, пря­мо под Чер­ным озе­ром, по при­чине че­го в гос­ти­ной и спаль­нях уче­ников всег­да до­воль­но хо­лод­но. Имен­но по­это­му еще нес­коль­ко ве­ков на­зад бы­ло изоб­ре­тено зак­ли­нание, за­пира­ющее теп­ло в пред­ме­тах, соп­ри­каса­ющих­ся с те­лом: одеж­де, обу­ви, пос­те­лях. Не­кото­рые счи­та­ют, что ав­тор дан­но­го зак­ли­нания сам Са­лазар Сли­зерин, од­на­ко, ско­рее все­го, оно бы­ло при­дума­но го­раз­до поз­же, ведь ос­но­ватель фа­куль­те­та был ярым при­вер­женцем ас­ке­тиз­ма».

Ра­бас­тан ос­та­новил­ся.

— И? — Бел­ла воп­ро­ша­юще на не­го смот­ре­ла.

— Тут не опи­сано са­мо зак­ли­нание…

У Бел­лы выр­ва­лось не­цен­зурное сло­во, и нес­коль­ко де­вочек-стар­ше­кур­сниц, си­дящих не­пода­леку, сме­рили ее глу­боко осуж­да­ющи­ми взгля­дами.

— И что нам те­перь де­лать? — с до­садой вос­клик­ну­ла она. — Ты уве­рен, что там боль­ше ни­чего не ска­зано? Мо­жет, есть ссыл­ки?

— Да нет, — Ра­бас­тан по­качал го­ловой.

— Дай сю­да, — Бел­ла вых­ва­тила у не­го кни­гу и еще раз пе­речи­тала тот же от­ры­вок.

Дей­стви­тель­но, в тек­сте не бы­ло ни сло­ва о са­мом зак­ли­нании. Бел­ла уже со­бира­лась зах­лопнуть кни­гу, ког­да за­мети­ла не­боль­шую ка­ран­дашную по­мет­ку на по­лях. Все­го од­но сло­во — «Ап­ри­кари», без ка­ких-ли­бо по­яс­не­ний. 

— Что это? — спро­сила она, по­казы­вая Ра­бас­та­ну на­ход­ку.

— Не знаю… ты ду­ма­ешь, это мо­жет быть то са­мое зак­ли­нание?

— На­до про­верить. Ма­ло ли… — с эти­ми сло­вами Бел­ла нап­ра­вила па­лоч­ку на кни­гу и про­из­несла. — Ап­ри­кари!

— Ты что-ни­будь чувс­тву­ешь? — спро­сила она, дот­ро­нув­шись до пе­реп­ле­та.

— Ка­жет­ся… — не­уве­рен­но под­твер­дил Ра­бас­тан, сле­дуя ее при­меру. — На­до поп­ро­бовать на чем-ни­будь дру­гом. Ведь ска­зано, что зак­ли­нание рас­счи­тано на пред­ме­ты, при­лега­ющие к те­лу.

Тог­да Бел­ла сня­ла туф­лю и поп­ро­бова­ла ее за­кол­до­вать.

— По­лучи­лось! — с вос­торгом вос­клик­ну­ла она, за­сунув но­гу внутрь. — Ра­бас, мы наш­ли зак­ли­нание!

Бел­ла не­мед­ленно про­дела­ла то же са­мое и со вто­рой туф­лей. Те­перь, ког­да но­ги бы­ли в теп­ле, а по по­воду пос­вя­щения мож­но бы­ло не бес­по­ко­ить­ся, нас­тро­ение у нее за­мет­но под­ня­лось. Ког­да они с Ра­бас­та­ном вер­ну­лись в под­зе­мелье, был уже поз­дний ве­чер, и в гос­ти­ной си­дели все­го нес­коль­ко уче­ников, вклю­чая Кра­уча.

— А где Ру­ди? — по­ин­те­ресо­вал­ся Ра­бас­тан. 

— Во­об­ще-то это ты дол­жен знать, — отоз­вался тот, не под­ни­мая глаз от сво­его кон­спек­та. — Он ска­зал, что по­шел по­могать те­бе с до­маш­ним за­дани­ем.

— Что? — Ра­бас­тан снис­хо­дитель­но улыб­нулся. — Бар­ти, он ни­ког­да в жиз­ни не по­могал мне де­лать до­маш­нее за­дание.

— В смыс­ле? — Кра­уч под­нял гла­за от учеб­ни­ка. — А где он тог­да про­пада­ет каж­дый ве­чер?

— Не знаю… — рас­те­рян­но по­качал го­ловой Ра­бас­тан.

— Каж­дый ве­чер? — ах­ну­ла Бел­ла. — Бар­ти, он точ­но что-то за­мыш­ля­ет. Я бы на тво­ем мес­те за ним прос­ле­дила! — она звон­ко рас­сме­ялась.

Но, Кра­уч, су­дя по нап­ря­жен­но­му вы­раже­нию ли­ца, оза­дачил­ся не на шут­ку.

— А вдруг у не­го ка­кие-то неп­ри­ят­ности? — серь­ез­но про­гово­рил он. 

— Неп­ри­ят­ности? Я те­бя умо­ляю! — про­дол­жая ус­ме­хать­ся, Бел­ла плюх­ну­лась в крес­ло нап­ро­тив. — Лю­ди с неп­ри­ят­ностя­ми не хо­дят с та­кими до­воль­ны­ми ро­жами.

— И все же…

— Да брось, Бар­ти, иди спать, а ког­да он вер­нется, сам у не­го спро­сишь, — зев­ну­ла она.

— По­жалуй… — про­тянул Кра­уч, од­на­ко вы­раже­ние оза­дачен­ности с его ли­ца так и не ис­чезло. 

Он рас­се­ян­но соб­рал учеб­ни­ки, и вдво­ем с Ра­бас­та­ном они дви­нулись в нап­равле­нии спа­лен для маль­чи­ков. А Бел­ла пош­ла к се­бе. Этой ночью она на­де­ялась, на­конец, выс­пать­ся в теп­ле, по­это­му пер­вым де­лом на­ложи­ла сог­ре­ва­ющее зак­лятье на оде­яло, по­душ­ку, мат­рац, свою ноч­ную ру­баш­ку и да­же на бал­да­хин.

— Что ты де­ла­ешь? — с лю­бопытс­твом по­ин­те­ресо­валась Ул­ли, наб­лю­дав­шая все эти ма­нипу­ляции.

— Сог­ре­ва­ющее зак­ли­нание! — по­яс­ни­ла Бел­ла с ви­дом че­лове­ка, чрез­вы­чай­но до­воль­но­го со­бой.

— Прав­да? — мгно­вен­но ожи­вилась Ул­ли. — И ра­бота­ет?

— Еще как! — Бел­ла прыг­ну­ла на кро­вать и с удо­воль­стви­ем за­рылась в теп­лое оде­яло.

— А мо­жешь на­учить? — умо­ля­юще поп­ро­сила Фан­ни, ко­торая то­же бы­ла в ком­на­те.

— Ко­неч­но, — без ко­леба­ний сог­ла­силась Бел­ла, по­дош­ла к ее кро­вати, и, нас­та­вив вол­шебную па­лоч­ку на по­душ­ку, про­из­несла: «Ап­ри­кари!»

— Кру­то! — вос­хи­тилась Фан­ни, схва­тив по­душ­ку в ру­ки и при­жав ее к се­бе.

— Это еще не все, — ин­три­гу­юще отоз­ва­лась Бел­ла, — пред­ставь­те се­бе, это то са­мое зак­ли­нание, ко­торое бу­дет на зав­траш­нем ис­пы­тании.

— Да ты что! — ра­дос­тно вос­клик­ну­ла Фан­ни, вска­кивая с кро­вати. — Спа­сибо, что ска­зала. Бел­ла, ты чу­до! 

— Прос­то, я счи­таю, что та­кие пос­вя­щения — это глу­по, — по­яс­ни­ла она. — Но­вич­кам на­до по­могать, а не ус­тра­ивать ду­рац­кие ис­пы­тания. Они мог­ли бы в пер­вый же день по­казать нам это зак­ли­нание, а не наб­лю­дать, как мы мер­знем це­лый ме­сяц!

— Это в ду­хе Сли­зери­на, что­бы каж­дый был сам за се­бя… — ак­ку­рат­но за­мети­ла Ул­ли.

— Но, ес­ли бы не Бел­ла, мы бы с то­бой ни­ког­да не уз­на­ли, что нас ждет зав­тра, — оса­дила ее Фан­ни.

— Да-да, ко­неч­но, — Ул­ли опом­ни­лась и дру­желюб­но за­улы­балась.

— Мне все рав­но, что там в ду­хе Сли­зери­на, — сво­ен­равно от­махну­лась Бел­ла, скры­вая свое раз­дра­жение. — Се­год­ня сли­зерин­цы — мы, зна­чит, нам ре­шать, что в его ду­хе, а что нет.

— Ну да, ко­неч­но, это твое пра­во пос­ту­пать так, как счи­та­ешь нуж­ным, и фа­куль­тет тут ни при чем, — ре­шитель­но под­держа­ла ее Фан­ни.

Сле­ду­ющим ве­чером боль­шая часть фа­куль­те­та соб­ра­лась в гос­ти­ной, что­бы пог­ла­зеть на ри­ту­ал пос­вя­щения в сту­ден­ты Сли­зери­на.

— Ну что, страш­но? — по­ин­те­ресо­вал­ся Кра­уч, про­тис­нувшись сквозь тол­пу уче­ников.

Бел­ла фыр­кну­ла.

— Мы, вро­де как, го­товы, — по­жал пле­чами Ра­бас­тан, хо­тя взгляд у не­го не та­кой уве­рен­ный как у под­ру­ги.

— А где Ру­ди? — ос­ве­доми­лась Бел­ла, ози­ра­ясь. — Не­уже­ли про­пус­тит та­кое «важ­ное» ме­роп­ри­ятие?

— Он ска­зал, что «кое-кто» рас­тре­пал всем про ис­пы­тание и ис­портил все ве­селье, — Кра­уч мно­гоз­на­читель­но на нее по­косил­ся.

— А я еще и мас­тер-класс про­вела на пе­реме­не по сог­ре­ва­ющим зак­ли­нани­ям, меж­ду про­чим, — наг­ло отоз­ва­лась Бел­ла и скрес­ти­ла ру­ки на гру­ди.

Тут Оли­вер вы­шел в центр ком­на­ты, взмах­нул сво­ей вол­шебной па­лоч­кой, и все ос­ве­щение по­гас­ло. Гос­ти­ная пог­ру­зилась в по­лум­рак, по­дер­ги­ва­емый мер­ца­ющим све­том ка­минов. Раз­дался вос­торжен­ный свист стар­ших уче­ников, а нес­коль­ко пер­во­кур­сни­ков ис­пу­ган­но вскрик­ну­ли. Стар­ше­кур­сни­ки, нем­но­го на­поми­на­ющие лин­че­вате­лей, ста­ли по­тихонь­ку ок­ру­жать ис­пы­ту­емых, смы­ка­ясь плот­ным коль­цом. На кон­чи­ках их вол­шебных па­лочек заж­глись огонь­ки.

— Пер­во­кур­сни­ки! — тор­жес­твен­но и зло­веще вос­клик­нул Оли­вер, точ­но вер­ховный жрец. — Ес­ли вам пос­час­тли­вит­ся прой­ти се­год­няшнее пос­вя­щение, вы смо­жете стать од­ни­ми из нас!

— Ну ко­неч­но, — през­ри­тель­но фыр­кну­ла Бел­ла, ко­выряя нос­ком бо­тин­ка ко­вер. — Мне­ние рас­пре­деля­ющей шля­пы тут ни при чем, все ре­ша­ет «гос­по­дин» Оли­вер!

— Вам пред­сто­ит ужас­ное и бо­лез­ненное ис­пы­тание! — вос­клик­нул ста­рос­та, вой­дя в раж.

Его гла­за ус­тра­ша­юще пос­верки­вали.

— Что?! — раз­да­лось нес­коль­ко ис­пу­ган­ных воз­гла­сов.

— Кру­ци­атус! — па­ничес­ки пред­по­ложил Ра­бас­тан.

Сто­ящая не­пода­леку Пэй­лин Слайт по­беле­ла и бы­ла близ­ка к об­мо­року. На­пуган­ные пер­во­кур­сни­ки нер­вно пе­рег­ля­дыва­лись. Все, кро­ме тро­их: Мил­ли­сен­ты Мер­сер, наб­лю­дав­шей за про­ис­хо­дящим со ску­ча­юще-снис­хо­дитель­ной улыб­кой, Мал­фоя с над­менным вы­раже­ни­ем ли­ца, быв­шим его уни­вер­саль­ной ре­ак­ци­ей на прак­ти­чес­ки лю­бые со­бытия, и Бел­лы, ко­торая мрач­но гля­дела на Оли­вера, гнев­но под­жав гу­бы.

— Да ус­по­кой­тесь вы! — вос­клик­ну­ла она раз­дра­жен­но. — Ка­кой Кру­ци­атус? Он прос­то над ва­ми сме­ет­ся!

— Те­перь, ког­да вы уже дос­та­точ­но на­пуга­ны, я рас­ска­жу о том, что вам пред­сто­ит на са­мом де­ле, — ус­мехнул­ся Оли­вер и про­вел по ис­пу­ган­ным пер­во­кур­сни­кам ос­трым взгля­дом. 

Стар­шие кур­сы за­хохо­тали. Ста­рос­та де­лови­то дви­нул­ся в сто­рону са­мого боль­шо­го в гос­ти­ной ка­мина, и тол­па нем­но­го рас­сту­пилась, про­пус­кая его. Дос­тав из кар­ма­на ще­пот­ку не­понят­но­го по­рош­ка, он швыр­нул его в огонь. Пла­мя из при­выч­но­го оран­же­вого ок­ра­силось в ядо­вито-зе­леный цвет.

— Что это? — ах­ну­ла чуть жи­вая Пэй­лин.

— Это де­кора­тив­ный ог­ненный по­рошок из ка­тало­га "Вол­шебные ин­терь­еры". «...те­перь да­же огонь в ва­шем ка­мине бу­дет со­четать­ся с обо­ями», — не­доволь­но про­цити­рова­ла Бел­ла.

— От­ку­да ты зна­ешь? — по­разил­ся Ра­бас­тан.

— Ма­ма на не­го под­пи­сана. Но да­же, ес­ли бы я и не зна­ла, все рав­но бы не ис­пу­галась, — и она сме­рила Пэй­лин осуж­да­ющим взгля­дом.

Та опус­ти­ла гла­за и поп­ро­бова­ла спря­тать­ся за Мил­ли­сен­ту Мер­сер.

— Вы зна­ете, в чем свя­той долг каж­до­го сли­зерин­ца? — спро­сил Оли­вер, обо­рачи­ва­ясь к пер­во­кур­сни­кам, нер­вно тол­пя­щим­ся у не­го за спи­ной.

— Не сдох­нуть от хо­лода! — с мес­та вык­рикну­ла Бел­ла под го­гот зри­телей.

— Вер­но, — ух­мыль­нул­ся Оли­вер кра­еш­ком рта, — а еще вы дол­жны при­нес­ти тор­жес­твен­ную клят­ву.

— Что еще за клят­ва? — воз­му­тилась Бел­ла, по­вора­чива­ясь к Кра­учу.

В ря­дах пер­во­кур­сни­ков про­нес­ся ро­пот.

— Слу­шай даль­ше, — по­сове­товал Бар­ти, ки­вая в сто­рону Оли­вера.

— Кля­нусь от­ны­не и до кон­ца сво­их дней хра­нить вер­ность иде­алам Са­лаза­ра Сли­зери­на, ни­чем не гну­шать­ся на пу­ти к сво­ей це­ли и ни­ког­да не упус­кать слу­чая ис­портить гриф­финдор­цам жизнь! — про­из­нес ста­рос­та, под­няв пра­вую ру­ку, за­тем сжал паль­цы в ку­лак и при­бавил. — Наш де­виз: «Один за всех…

— … и каж­дый за се­бя! — хо­ром отоз­ва­лась гос­ти­ная.

— А те­перь каж­дый пер­во­кур­сник дол­жен по­дой­ди сю­да, про­из­нести сло­ва клят­вы и в знак сво­ей пре­дан­ности Сли­зери­ну бро­сить в огонь ка­кую-ни­будь до­рогую для се­бя вещь.

— Мож­но я бро­шу кар­точку от шо­колад­ной ля­гуш­ки? — нег­ромко по­ин­те­ресо­валась Бел­ла.

— Ты нас­толь­ко не пре­дана сво­ему фа­куль­те­ту? — изу­мил­ся Кра­уч. — Я ду­мал, ты меч­та­ла сю­да по­пасть.

— Прос­то я счи­таю, что од­но из луч­ших ка­честв сли­зерин­цев — это не сле­довать за тол­пой, — свар­ли­во отоз­ва­лась она.

— Ты не­ис­пра­вимый ци­ник. Еще ху­же Ру­ди, — зак­лю­чил Бар­ти.

— И еще, — про­дол­жал ве­щать Оли­вер, — преж­де вы дол­жны по­казать, что уме­ете поль­зо­вать­ся сог­ре­ва­ющим зак­ли­нани­ем.

Пер­во­кур­сни­ки ста­ли один за дру­гим под­хо­дить к ка­мину и де­монс­три­ровать зак­ли­нание на од­ном из пред­ме­тов сво­ей одеж­ды, за­тем под­ни­мали ру­ку и про­из­но­сили клят­ву и де­виз. Пос­ле то­го, как ос­таль­ные уче­ники ра­дос­тно ему от­ве­чали, но­вопос­вя­щен­ный ки­дал в ка­мин что-ни­будь «цен­ное», и вся гос­ти­ная взры­валась друж­ны­ми ап­ло­дис­мента­ми. 

— Это са­мое до­рогое, что у ме­ня есть, чес­тно, — уве­ряла Бел­латри­са Оли­вера, ки­дая в огонь свой кон­спект по ис­то­рии ма­гии. — Я боль­ше ни­чего не взя­ла с со­бой, ес­ли, ко­неч­но, не счи­тать одеж­ды. Или ты хо­чешь, что­бы я здесь при всех сня­ла с се­бя ман­тию?

Тол­па тут же поп­ри­ветс­тво­вала ее на­мере­ние ра­дос­тным свис­том.

— Лад­но, что ж с то­бой де­лать, — сдал­ся ста­рос­та, — сой­дет и кон­спект.

Пос­ледней бы­ла Мил­ли­сен­та Мер­сер. Она, ко все­об­ще­му удив­ле­нию, не ста­ла про­из­но­сить зак­ли­нание, а прос­то про­тяну­ла Оли­веру не­боль­шую склян­ку.

— Что это? — уди­вил­ся он.

— Сог­ре­ва­ющее зелье, — по­яс­ни­ла Мил­ли­сен­та.

— Ог­ненный вис­ки! — на­шел­ся кто-то из тол­пы, и все зар­жа­ли.

Оли­вер пос­мотрел на склян­ку с не­дове­ри­ем.

— А оно точ­но ра­бота­ет? 

— Ну мо­жешь вы­пить, ес­ли хо­чешь, — улыб­ну­лась де­вуш­ка.

Ста­рос­та сму­тил­ся.

— Да­вай Оли­вер! — под­бадри­вали его стар­ше­кур­сни­ки. — Че, ис­пу­гал­ся?

— Я те­бе ве­рю, — с важ­ным ви­дом про­гово­рил Оли­вер, воз­вра­щая Мил­ли­сен­те склян­ку. — Поз­драв­ляю! 

Сто­рон­ни­ки де­гус­та­ции из­да­ли ра­зоча­рован­ные воз­гла­сы.

Ког­да пос­вя­щение за­кон­чи­лось, по ма­нове­нию вол­шебной па­лоч­ки ста­рос­ты све­чи в гос­ти­ной заж­глись, а огонь при­об­рел свой ес­тес­твен­ный цвет. В глу­бине ка­мина все еще до­гора­ли шар­фы, за­кол­ки, кни­ги и раз­ные дру­гие пред­ме­ты, при­несен­ные в жер­тву «страш­но­му и ужас­но­му» ри­ту­алу.

— А вам уда­лось вы­яс­нить, где Ру­ди был вче­ра? — по­ин­те­ресо­валась Бел­ла, ког­да уче­ники ста­ли пос­те­пен­но рас­хо­дить­ся.

— Пред­ставь се­бе! Он так ни­чего нам и не ска­зал! — оби­жен­но про­гово­рил Ра­бас­тан.

— Что зна­чит, не ска­зал? — фыр­кну­ла она. — Вы, на­вер­ное, пло­хо спра­шива­ли.

— Тог­да спро­си его са­ма, — оби­дел­ся Бар­ти, — он ни­чего не ска­зал сво­ему бра­ту и луч­ше­му дру­гу, но с то­бой, ве­ро­ят­но, по­делит­ся.

— Ко­неч­но, по­делит­ся, — са­мо­уве­рен­но за­яви­ла Бел­ла, — на­до прос­то уметь за­давать пра­виль­ные воп­ро­сы.

— Ну уда­чи, — про­вор­чал Кра­уч.

— Я, по­жалуй, пой­ду к се­бе, зав­тра кон­троль­ная по зель­ева­рению, хо­чу еще кое-что про­честь пе­ред сном, — зев­ну­ла она и от­пра­вилась в спаль­ню с на­деж­дой, что там еще ни­кого нет, и мож­но бу­дет по­читать в ти­шине. 

Од­на­ко ее ожи­дала Мил­ли­сен­та Мер­сер.

— Бел­ла, слу­шай, ты не по­кажешь мне то зак­ли­нание, ко­торое вы все се­год­ня де­лали? — сму­щен­но поп­ро­сила она.

Тут Бел­ла по­няла, что Мил­ли­сен­та единс­твен­ная, ко­го ей не уда­лось пре­дуп­ре­дить об ис­пы­тании.

— Толь­ко ес­ли ты рас­ска­жешь мне ре­цепт сво­его зелья, — под­мигну­ла она в от­вет.

— Это сов­сем не то, что ты ду­ма­ешь, — ус­мехну­лась Мил­ли­сен­та.

— В смыс­ле? 

— На са­мом де­ле, я до са­мого на­чала ис­пы­тания не зна­ла, что бу­дет, а в этой склян­ке обык­но­вен­ное зелье заб­ве­ния, ко­торое мы го­тови­ли се­год­ня на уро­ке.

— А по­чему оно оран­же­вое? — уди­вилась Бел­ла, гля­дя на гус­тую жид­кость апель­си­ново­го цве­та.

— Ну я его за­кол­до­вала в пос­ледний мо­мент, — улыб­ну­лась Мил­ли­сен­та, — по­дума­ла, что так бу­дет боль­ше по­хоже на сог­ре­ва­ющее зелье, хо­тя, чес­тно го­воря, я по­нятия не имею, как оно выг­ля­дит и су­щес­тву­ет ли во­об­ще.

— Хо­рошо, что Оли­вер его не вы­пил, — за­мети­ла Бел­ла.

— Хо­рошо, — сог­ла­силась Мил­ли­сен­та. — Так что, по­кажешь зак­ли­нание? А то мне еще на­до зай­ти в биб­ли­оте­ку, по­ка она не зак­ры­лась.

— Да, ко­неч­но, — опом­ни­лась Бел­ла и отор­ва­ла взгляд от склян­ки.

Мель­ком взгля­нув на зак­ли­нание, Мер­сер да­же не ста­ла его пов­то­рять и, спеш­но поб­ла­года­рив, уш­ла.

Бел­ла ка­кое-то вре­мя за­дум­чи­во гля­дела ей вслед, не­воль­но за­видуя ее рис­ко­ван­ности, за­тем опом­ни­лась и ста­ла ис­кать по­собие по зель­ева­рению. Она нес­коль­ко раз пе­реры­ла свои ве­щи, да­же заг­ля­нула под кро­вать, но кни­ги ниг­де не бы­ло. 

«Толь­ко не хва­тало по­терять учеб­ник на­кану­не кон­троль­ной!» — с до­садой по­дума­ла она и ре­шила на вся­кий слу­чай еще пос­мотреть в гос­ти­ной.

Уже бы­ло до­воль­но поз­дно, и Бел­ла уди­вилась, ус­лы­шав смех и ожив­ленные раз­го­воры. Груп­па уче­ников раз­но­го воз­раста си­дела у ка­мина и яв­но что-то праз­дно­вала. До Бел­лы до­носил­ся звон бу­тылок со сли­воч­ным пи­вом и ве­селый смех.

Ста­ра­ясь не прив­ле­кать к се­бе лиш­не­го вни­мания, она ста­ла ис­кать свой учеб­ник, заг­ля­дывая под сто­лы и крес­ла, но ни­чего не на­ходи­ла. Не­из­бежно она приб­ли­зилась к то­му мес­ту, где си­дела ве­селая ком­па­ния, и тут, к сво­ему удив­ле­нию, уви­дела сре­ди нез­на­ком­цев Ру­доль­фу­са!

Она зас­ты­ла в не­до­уме­нии.

— Ру­ди? — выр­ва­лось у нее.

Ру­доль­фус тут же обер­нулся на ок­лик и, ос­та­вив сво­их зна­комых, по­дошел к ней.

— Здо­рово, Беллс! Что ты тут де­ла­ешь так поз­дно?

— Что я тут де­лаю? — воз­му­тилась она. — Что ТЫ тут де­ла­ешь? И с кем это ты ту­су­ешь­ся? С ни­ми ты про­падал весь ме­сяц? 

— Ну, не сов­сем, — Ру­доль­фус ин­три­гу­юще улыб­нулся. — Прос­то се­год­ня был от­бор в ко­ман­ду Сли­зери­на по квид­ди­чу. И я… в об­щем…

— Ты… те­бя, что, взя­ли в ко­ман­ду?! — ах­ну­ла Бел­ла.

— Ну… как бы, да, я те­перь охот­ник, — у Ру­доль­фу­са на ли­це за­си­яла счас­тли­вая улыб­ка.

Бел­ла неп­ро­из­воль­но вскрик­ну­ла от ра­дос­ти и ки­нулась ему на шею, что­бы об­нять.

— Ну ты да­ешь! Поз­драв­ляю! — вос­хи­щен­но го­вори­ла она. — По­чему ты ни­чего нам не ска­зал про от­бо­роч­ное сос­тя­зание? Мы бы приш­ли те­бя под­держать!

— Да у вас с Ра­басом все рав­но се­год­ня бы­ло пос­вя­щение…

— Ой, да брось! — Бел­ла мно­гоз­на­читель­но за­кати­ла гла­за. — Ко­му нуж­но это пос­вя­щение? Ес­ли бы мы не приш­ли, ник­то бы и не за­метил. Так ты весь ме­сяц тре­ниро­вал­ся? Но по­чему ни­кому ни­чего не го­ворил?

— Не хо­тел хва­лить­ся за­ранее, а вдруг ни­чего бы не по­лучи­лось, — по­жал он пле­чами.

— Прос­то с ума сой­ти, — все еще не мог­ла отой­ти Бел­ла. — На­до не­мед­ленно рас­ска­зать Ра­басу и Бар­ти! Я пой­ду к ним сей­час же!

— Да по­дож­ди ты! — Ру­доль­фус схва­тил ее за ру­кав. — Те­бе же нель­зя в спаль­ни для маль­чи­ков.

— Ах да… — опом­ни­лась она. — Тог­да рас­ска­жешь им сам.

— Хо­рошо. Ну я пой­ду? — он слег­ка кив­нул в сто­рону сво­их то­вари­щей по ко­ман­де.

— Да, ко­неч­но! До зав­тра! 
 



Елена

Отредактировано: 07.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться