Настенька

Размер шрифта: - +

Глава 10. Все точки над i

Кабинет директора был под стать своему хозяину: стиль - классика, цвета темные. Ничего лишнего, каждая деталь на своем месте. Как только вы открываете дверь, строгий взгляд директора впивается в вас, заставая врасплох.

Семен Павлович сидел за добротным письменным столом в кожаном крутящемся кресле. Его гладко выбритое лицо было задумчивым, сложенные на столе руки создавали ощущение спокойствия. На вид мужчине было лет 50, на висках пробивалась седина, лоб прорезали морщины. Аккуратный костюм, идеально подстриженные волосы - не дань моде, но классика - говорили о человеке сильной воли, человеке не лишенном благородства.

По правую руку на мягком диване немного вольно, но в рамках приличий, сидела кадровичка. По левую, на стуле - Евгений Филимонович. Балетмейстер смотрел на меня из-под бровей, упрямо сжав рот. Мысль, что я провинилась, укрепилась во мне окончательно, стоило открыть дверь и встретить их порицающие взгляды.

- Присаживайтесь, Анастасия Витальевна, - директор указал на свободный стул.

Я опустилась и сложила на коленях руки, стараясь скрыть нервную дрожь. Что я успела натворить?

-  До нас дошли неприятные слухи, - с тяжелым вздохом сообщил директор. - Будто вы в компании еще одной танцовщицы… весело провели время, так сказать, в неформальной обстановке… Дослушайте, не перебивайте. Я понимаю, что вы захотите объясниться, и конечно, предоставлю вам такую возможность. Но всему свое время. Итак, до нас дошли слухи. Не буду распространяться, как, скажу только что вас видели. Все бы ничего, мы все люди, и хоть я директор театра, человек, так сказать, утонченных вкусов и строгих правил, но тоже человек и понимаю, что порой танцорам необходимо снимать нагрузку. Хочется расслабиться и прочее. Поэтому порой мы смотрим на подобные выходки сквозь пальцы. Но Анастасия Витальевна, всему есть предел! Напиться и вести себя аморально, да так, что теперь это происшествие обсуждает вся труппа - это знаете ли, выходит за рамки! - Семен Павлович крикнул так, что я невольно подпрыгнула. - Я бы еще понял, выкинь такой фортель Наталья - знаем ее, давно она у нас, но ведь даже она держит себя в руках, хоть и порядком ветреная барышня! Знаете ли вы, что театр - это не просто играть на сцене. Это имя, это честь! Репутация, в конце концов! Актеры испытывают гордость, работая под именем нашего театра! А тут приходите вы и репутацию эту… коту под хвост!.. Маргарита, что у нас там с договором? - обратился он к кадровичке.

- Договора пока не заключали, испытательный срок.

-  В общем, Анастасия Витальевна, не прошли вы испытательный срок, - подытожил директор.

- Как не прошла? Почему?!

Я была поражена и в первые минуты ничего не понимала. Мы были в баре - это да, но разве это преступление?

-  А так, не прошли. Ну неужели вы не понимаете, вас видели люди посторонние, все эти ваши… выходки, а потом они придут сюда, увидят вас же на сцене и что будут думать? А думать они станут, что здесь притон! Не театр, а покровительство порока! Актер - это статус, это высокая честь. Запятнать репутацию легко, а отмыться сложно…

- Но подождите, Семен Павлович! Что такого ужасного я сделала? - я подалась вперед, ловя хмурый взгляд. Мне нужно было разобраться в этой ерунде! Почему-то директор вообразил, что в баре случилось нечто ужасное, хотя на самом деле ничего не случилось!

- Как, ты не знаешь? Ну… Евгений Филимонович, введите девушку в курс дела, что ли...

- А что тут скажешь? - Евгений Филимонович тяжело вздохнул, совсем как Семен Павлович. -  Поймите, Настя, ваши отношения с мужчинами на публике - не приемлемы... Ну хорошо, вы хотите фактов? Пожалуйста. Напились, устроили откровенные танцы, висели на мужчине, который не имеет к вам отношения, случайный человек! Настенька, это аморально! Конечно, это можно, если у вас нет планов расти профессионально, но опять-таки, не в таком большом и уважаемом театре, а где-то…

- На задворках, - услужливо подсказала кадровичка.

- Ну уж прямо на задворках, но во всяком случае не у нас…

Балетмейстер с сочувствием смотрел на меня. В его строгом голосе были слышны заботливые нотки, отчего я вообразила, что внутренне он не был согласен с решением директора.

- Евгений Филимонович, но я не напивалась! И ни на ком не висла! Мы просто в бар сходили, отметили первую зарплату, потому что примета такая. Я правда не пила, только два бокала шампанского...

- Настенька, я верю, что пить вы не привыкли, наверное и с двух бокалов можно опьянеть. Но мало того, что вас видели, еще и фотографии есть! Факты - вещь упрямая. К сожалению…

Я вспомнила про фотографии. Постаралась припомнить подробности каждой, чтобы понять, что же аморального там было. Дурацкий танец, один бесполезный танец с несдержанным молодым человеком…

- Неужели нельзя без увольнения?

- Анастасия Витальевна, ну как вы не понимаете? - взял слово директор. - Нет оснований для вашего дальнейшего пребывания в театре. Танцуете вы очень посредственно, у вас были большие перерывы, и это сказывается. Повороты выполняете не очень и прыжки у вас так себе. Вам нужно много и усердно работать над техникой, а вы по барам… А зарплату вам сейчас плати! Опять-таки, с коллективом отношения не сложились… Так что вы нам просто не подходите.

- Но как же так?

Маргорита резко встала.

- Вот что, милочка! Натворили, так имейте мужество нести ответственность! Нам еще разгребать этот ужас, а если вы останетесь, то боюсь, вам же будет хуже. На вас вполне могут посыпаться негативные отзывы, вам начнут досаждать мужчины, рассчитывающие на легкую добычу. Вы уже по уши в этом дерьме, вам теперь нужно залечь на дно. Так что мой вам совет: примите наше решение, не досаждайте нытьем. Думать нужно было раньше! Семен Павлович, я за документами.



Ann Avarouz

Отредактировано: 07.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться