Настойка мерилина

23. Бутылка шабли

Всю первую неделю ноября Наташа провела, словно во сне, в какой-то тяжелой задумчивости. Она понимала, что способна как-то повлиять, пусть не на ситуацию, но хотя бы на Семена, который абсолютно не хотел ничего предпринимать в плане безопасности себя и своего изобретения. Но в то же время Семен представлял собой лежачий камень, сдвинуть который в одиночестве Наташа была не в силах. Нужна была воля самого Герцева, какой-то стимул, который заставил бы его зашевелиться, осознать опасность, исходящую от внешнего мира в лице пока только Борисова, но кто знает, какие угрозы появятся в будущем.

Так Наташа и Герцев досиделись в оцепенении до того момента, когда директор парфюмерной фабрики распорядился лично привезти к нему изобретателя. Он, видите ли, ждал, когда Семен сам прибежит к нему с рецептом в зубах, но молодой ученый как-то не торопился.

Наташа заявила, что поедет на аудиенцию вместе с Семеном. Семен не имел ничего против этого.

– Мы с Тамарой ходим парой! – расхохотался Борисов, увидев Наташу и Семена вместе. – Вы взяли шефство над господином Герцевым? Или вы хотите как-то помешать продуктивности наших переговоров? Однако у меня к Семену такое предложение, от которого он не в силах будет отказаться!

Наташа посмотрела на полностью индифферентное лицо Семена и усмехнулась. Она знала, что Герцев сейчас в таком состоянии, что, предложи ему кто-то стать президентом США, ему будет абсолютно фиолетово. Сеня сейчас думал только о том, как помочь матери, снизив риска до минимума – это Наташа знала точно.

 

–  Семен, садитесь прямо напротив меня, вот так, – усадил Герцева директор фабрики, – а ваша спутница пусть посидит в сторонке, почитает модные журнальчики в кресле. У нас будет и деловой, и мужской разговор одновременно.

– И что у вас за предложение? – наконец, подал голос Семен. – Вы, наверно, вспомнили историю столетней давности, когда я приходил к вам на практику и хотел остаться технологом. Но люди меняются, господин Борисов.

– Еще вчера вы называли его безумным выскочкой и заявляли, что ни капли не верите в его изобретение, а сегодня у вас к нему выгодное предложение? – вмешалась Наташа.

– Лично вас я сюда не звал, – сказал Борисов. – Вы, девушка, из тех пиявок, которые присасываются к талантливым людям, выкачивают из них все до копейки и отваливаются, чтобы найти другого хозяина. Иными словами, вы паразитка. И не вам решать, что делать большому ученому, когда к нему навстречу идет другой, не менее талантливый, ученый.

– Большой ученый? – вскочила Наташа. – Жаль, что я не записала наш разговор на диктофон! Таких как вы, надо всегда записывать, и желательно на видео, потому что я помню ваши презрительные гримасы!

– Я попрошу вас выйти, – сказала Борисов. – Имею я право разговаривать в своем кабинете с тем, с кем хочу?

– Имеете, – согласилась Наташа, – я выйду. Но я вас уверяю, все ваши предложения это пшик. Это не стоит выеденного яйца. Вы привыкли, думаю, действовать другими способами. Но знайте, что я отсюда без Семена не уйду.

Наташа подошла к Семену, пожала его руку и вышла в приемную.

– Кошмарная девица, – пробормотал Борисов, усаживаясь в кресло и снова изображая отеческую приветливость по отношению к Семену.

– У меня мало времени, – сказал Семен, – говорит быстро, чего хотите, и я пойду.

– Вас хотят околпачить! – заявил Борисов, – все эти стареющие тетки, жаждущие красоты! Они будут предлагать вам деньги или секс, и вы будете довольствоваться малым, а ведь вы могли бы достичь таких высот! У вас гениальный мозг, вы интуитивно чувствуете направление, в котором следует идти. Вы мне очень нужны. Поэтому я предлагаю вам то, чего никому никогда не предлагал.

– Свою жену? – усмехнулся Герцев.

– Не шутите так, а то я обижусь, – предупредил Борисов. – Я предлагаю вам место моего заместителя по производству! Это гарантированные пятьдесят тысяч долларов ежегодного дохода, такие зарплаты у нашего брата могут быть только в Америке. Ну, как вам мое предложение?

– И что я должен буду сделать? Продать вам свое изобретение?

– Если вы продадите мне свой так называемый мерилин, вы получите дополнительно двести тысяч долларов. Прямиком на новый счет в иностранном банке. Вы будете гарантированно обеспечены до конца своих дней!

Семен засмеялся. Предложение Борисова развеселило его.

– А почему вы смеетесь? – не понял Борисов.

– Даже если бы я вдруг решил продать свое изобретение, те суммы, которые вы предлагаете, это просто курям на смех, – пояснил Семен. – Вы думаете, я дурак? Или настолько нищий, что от ваших цифр я должен сойти с ума? Я не дурак. И я знаю свой потенциал. Я веду переговоры с Индией, Бразилией, Америкой! Мне предлагают такие суммы, которые вашему заводику с его яблочным скрабом и не снились! Я сам – завод, понимаете?

– Ну, хорошо, я предлагаю вам за ваш патент полмиллиона!

– Да хоть десять миллионов, он не продается, – с достоинством сказал Семен, – и не потому, что это – дело все моей жизни. Не потому, что, скорее всего, я больше ничего подобного не изобрету. И даже не потому, что мне мало предлагаемых денег. Я просто не хочу отдавать мерилин вам.

– А кому вы его хотели бы продать? Иностранцам?



Мурат Тюлеев

Отредактировано: 23.10.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться