Натюрморт с живой белкой

Глава 15 "Буря в четырех стенах"

Велосипед бросили внизу, хотя Денис предлагал отнести его наверх, но Белка не приняла от него такой жертвы. Она заранее жалела его — через секунду бедняге будет не до смеха, а она постарается не покраснеть до состояния помидора за море вранья, в котором третий день купала несчастного. С другой стороны, пусть знает, что жестокий мир подкидывает иногда неприятные сюрпризы даже золотой молодежи. Как и этот дом своим жильцам.

Они поднялись только на три пролета, как погас автоматический свет. В полной темноте Белка стала шарить по стене в поисках выключателя, но наткнулась на руку Дениса, который от неожиданности обернулся. Только его замешательство длилось всего секунду. Потом он прижал Белку к стене и завладел ее губами с тем же неистовством, что и тогда на пляже. Рука Белки замерла, так и не отыскав заветной кнопки, и вот уже обе они искала сухое место на спине Дениса, но так же безрезультатно, как и выключатель.

Оба промокли от дождя, но сейчас их тела готовы были высушить одежду за долю секунды. Белка вжалась в Дениса с такой силой, будто отскочила от раскаленной стены, но он прижал ее обратно, чтобы спуститься губами к шее. Белка пошатнулась и сжала пальцами шершавую штукатурку вместе с кнопкой. Оба зажмурились от яркого света, а потом долго смотрели друг другу в глаза, будто пытались сфокусировать размытую в капельках воды картинку.

— Ты бейсболку потерял, — вдруг спохватилась Белка, еще секунду назад без всякой мысли сжимая на его затылке мокрые пряди.

— Не велика потеря, если я наконец нашел тебя…

Денис почти коснулся ее губ, но в последний момент Белка увернулась, и он ткнулся носом в горящую щеку.

— Ну что теперь? — почти прошипел он, усиливая хватку под ее грудью.

Белка запрокинула голову к яркому плафону.

— Сейчас погаснет.

— Да и черт с ним! Мне свет не нужен, — он уже отодрал от кожи мокрую майку и накрыл ладонью одну из гудящих грудей. — Мне нужна только кровать. Я могу донести тебя туда даже в полной темноте.

И он действительно оторвал Белку от ступенек и сделал шаг вперед. В ту же секунду они вновь оказались в кромешной тьме, но Белка успела запомнить расположение кнопки и пришлось вновь зажмуриться и с закрытыми глазами слушать гром.

— Почему этот дождь не пошел вчера… Тебе всего-то пары электрических разрядов не хватало. А сейчас ты искришься, и кожа твоя горячее парного молока. Я боюсь даже предположить, что там у тебя внизу…

Белка только сейчас поняла, что мокрые шорты торчат из кармана рюкзака. Ладонь Дениса уже нырнула под резинку бикини, и она в панике стиснула ноги, но коленка Дениса тут же врезалась между ними, когда пальцы сжали тонкую полоску завитков.

— Пусти! — пискнула Белка, пытаясь нащупать дрожащей ногой следующую ступеньку.

Резинка впилась в кожу, как хорошая рогатка. Оставался последний пролет. Десять ступенек и все, она на свободе! Да только Денис рванул ее назад, скрестив горячие руки над напряженным пупком. Их ноги вновь соприкоснулись, и она кожей бедра почувствовала пульсацию под синей тканью его купальных шорт.

— Теперь ты меня не прогонишь, бельчонок, слышишь? Не прогонишь…

Когда Денис схватил губами кожу над выступающей ключицей, на глазах у Белки навернулись слезы. Пальцы, вцепившиеся в железные перила, то воспламенялись факелом, то превращались в сосульки. Из последних сил она змеей прокрутилась в руках Дениса и ткнулась губами в бороду, но ответить на свой поцелуй не позволила, прижав его нижнюю губу указательным пальцем.

— Я не одна, — прохрипела Белка, вдруг с ужасом услышав в собственном голосе неприкрытую горечь. С одеждами пала броня безразличия к мужским ласкам — кожа под его пальцами сходила, как после ожога, причиняя нестерпимую боль. Денис стиснул ей плечи с такой силой, что пришлось даже подняться на цыпочки.

— В плане, не одна? Ты снимаешь комнату? Почему не сказала?

Белка вытянула шею, чтобы он увидел в ее глазах сожаление.

— Это был просто дождь…— голос ее дрожал. — Я не собиралась…

— Черт! — Денис принялся тереться волосами о ее мокрый лоб. — Дай мне хоть минуту остыть… Что ж ты не сказала сразу… В таком виде и к незнакомым людям…

— Денис, — Белка сжала ледяными пальцами его мягкие щеки. — Там за дверью не посторонний человек, там…

Она видела, как потемнел его взгляд, и вместе с ним отключился свет. Продолжала Белка уже в полной темноте.

— Денис… Я… Слушай, я не та… Фадж! — Белка почти подтолкнула его к двери своим английским «блином», но Денис удержал ее у бедра. — Я здесь с отцом. Но ничего страшного. Он не кусается.

— Что ты сказала?

Белка протянула руку к кнопке и уже при свете ринулась к двери, чтобы позвонить. Денис не сделал ни шага с лестницы. Белка обернулась:

— Релакс. Мы с пляжа в грозу. Итс окей!

Когда чуть приоткрылась дверь, Белка открыла рот для громкого «хай», но Мартин замахал на нее рукой и потряс телефоном. Она зажала ладонью рот и пальцем поманила к себе Дениса, которого Мартин так и не заметил. А вот Денис увидел его и стоял теперь, как вкопанный, а потом выругался, негромко, но смачно.

Белка, вся пунцовая, стояла на пороге квартиры.

— Денис, — прошипела она. — Заходи! — и когда он так и не сдвинулся с места, сказала громко: — Живо!

Теперь Денис стоял у двери, и Белке пришлось просунуть руку ему за спину, чтобы повернуть замок. От гостиной их отделяла небольшая стенка. Мартина они не видели, но слышали его выверенную монотонную английскую речь. Наконец со словами «Ай вил апришиэйт ё хелп, гайс» он появился в коридоре, держа ноутбук на согнутом локте. Телефон оставался у уха, и Белка не могла понять, чьей помощи он будет благодарен. Они и так не шумят. Денис как в рот воды набрал! Но Мартин все равно исчез в своей спальне и закрыл дверь. Но перед мысленным взором Белки продолжало стоять его каменное лицо.