Науфрагум 3: Заброшенный край

Размер шрифта: - +

Глава восьмая: Гнездо биоконструктов - часть 5

5.

 

С утра погода наладилась – северо-западный ветер продолжал гнать облака, но рассветное солнце проглядывало через них, и стало немного теплее, хотя пилотскую кожаную куртку я снимать не стал.

По городским меркам всем бы полагалось еще досыпать последние минуты перед звонком будильника, но деревня уже давным-давно встала: курили печные дымки, пели петухи и кудахтали куры, топотали копытцами козы. На околице мычали коровы, которых гнала на выгон пара деловитых пастушков,

Уложив патронные ленты в коробках в стеллажи, стоящие по бокам водительского сидения, я отогнал танк в конец одного из деревенских проулков, который выходил аккурат к тупичку, где стояли двухосные платформы и вагоны с трофеями. Закрепив на корме пару новых двухсотлитровых бочек взамен расплющенных в ночном сражении, я с удобством расположил насос на замшелом кирпичном перроне, позволяющем стоять вровень с крышей корпуса танка, поплевал на руки и принялся заполнять их топливом из бочек, стоящих на платформе – предварительно, конечно, залив до пробки внутренние баки.

Это место располагалось всего в полусотне ярдов от центра всех событий – площади с костелом и корчмой – поэтому я мог одновременно наблюдать происходящую там напряженную суету, предшествующую нашему отбытию. Собравшиеся у крыльца корчмы крестьяне выслушали прощальную речь принцессы – судя по всему, она изложила им ситуацию с разгромленным гнездом рукотворных чудовищ и давала советы, как поступать, если таковые обнаружатся снова – и теперь благодарили ее за все, что она сделала для них. Крестьян было много, высказаться желали почти все, и Грегорике явно потребовалось изрядное терпение. Впрочем, она, как всегда, оказалась на высоте и отнеслась к поставленной задаче со всей серьезностью. Остальные же участники экспедиции, не считая Брунгильды, все это время носились туда-сюда, пытаясь ничего не забыть – в точности так, как описал своим бессмертным пером Джером К. Джером. 

Первой прибежала Весна с ящичком радиодеталей, из которого торчал еще горячий паяльник.

– Весна, постойте секунду! – окликнул я ее. – Помните, я говорил про геодезик и...

– П-простите, Золтан Святославич!.. – выдохнула она. Ее большие ореховые глаза за стеклышками очков были совершенно расфокусированы: кажется, она одновременно думала о десятке разных вещей. – ...Вы не видели мой вольтметр?!

– Хмм. По-моему, он лежит где-то в правой пулеметной башенке. Вы же вчера им пользовались, а потом еще искали место, чтобы случайно не раздавить и не потерять.

– П-правда?.. Это хорошо... но нужно еще... а-а-а, я же совсем забыла!.. – пристроив ящичек в коробку с инструментами, Весна опрометью убежала, развевая наполовину распустившейся косой.

Философски пожав плечами, я продолжил свое занятие.

 

Вторым появилось то действующее лицо, о котором я совершенно забыл за всеми делами предшествующих дней и сегодняшней суматохой. За спиной процокали каблуки, и, обернувшись, я увидел Софию. Оказывается, она уже успела сменить свой совершенно изодранный сценический наряд на новую одежду – очевидно, тоже трофейную.

Конечно, если начать сравнивать с предыдущим туалетом, новый выглядел несколько более практичным, но... я понял, что у меня вряд ли получится до конца понять ее артистическую натуру. А вот Ейнаугиг сейчас наверняка одобрительно кивал, выглядывая из булькающего адского котла: его некрофильский вкус такое бы полностью удовлетворило. На певице-инсургентке оказались высокие ботфорты из глянцевитой черной кожи на каблуке, вытянувшиеся до верхней части бедра и совсем чуть-чуть не доходящие до обреза кожаной же детали туалета, которую, наверное, модницы называют юбкой. Но бывают ли юбки, которые по ширине уступают даже застегнутому пряжкой с серебряным пиратским черепом с костями проклепанному поясу, нарочито небрежно и ассиметрично лежащему на соблазнительных изгибах бедер? По сравнению с ней кожаная же коротенькая куртка с украшениями в виде торчащих отовсюду, откуда только можно, серебряных шипов, цепочек и бляшек, выглядела не так пикантно. Впрочем, в сочетании с вырывающимся из-под нее контрастным визуальным взрывом белоснежного шелка, в котором можно было узнать сорочку с низким-низким лифом, этот комплект следовало признать впечатляющим. С трудом оторвав взгляд от соблазнительных полушарий – черт, кажется, они стали еще больше с последнего раза, когда я их рассматривал! – я оценил и остальные элементы: черные же перчатки, и даже макияж с темными-темными тенями вокруг глаз и фиолетовой помадой. Неужели она все это тоже нашла в разбойничьих закромах? Хотя, если вспомнить, то Ивет выглядела очень стильно, да и среди прочих наложниц я видел парочку с накрашенными губами. Надо думать, атаман был не только некрофилом, но и ценителем женской красоты.

Как бы то ни было, внезапный новый образ нашей инсургентки нес в себе не только знакомые вампирские нотки, но и терпкий оттенок садомазо-королевы.

– По глазам вижу – хочешь сказать: «Вырядилась как шлюха», – смерив меня недружелюбным взглядом, начала София.

Продолжая качать рукоятку насоса, я нарочито флегматично ответил:

– Нет. Пожалуй, скажу так: «Ты выглядишь сногсшибательно». Главное, не забудь хлыст.

– Если вспомнить твою привычку распускать руки, то хлыст бы очень пригодился! – не полезла за словом в карман трансильванка. – И чем больше шипов, тем лучше!

Судя по всему, она была чем-то изрядно раздражена, но изо всех сил сдерживалась, чтобы не погубить в самом начале некие намечающиеся переговоры. Догадка скоро получила подтверждение – поковыряв замшелые кирпичи носком ботфорта, София пробурчала:

– Хоть бы немного прикрыл похотливые глазенки, а то кажется, что одним взглядом обрюхатишь... Правда... – она помедлила и с явным усилием заговорила тоном ниже: – …я пришла не за тем, чтоб тебя воспитывать.



Костин Тимофей

Отредактировано: 20.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться