Навсегда

Размер шрифта: - +

Навсегда

Игорь Тхаревский

НАВСЕГДА

 

***

Девушку я заметил совершенно случайно. Даже не так, я засек какое-то движение в тени деревьев на узкой заросшей аллее. Периферийным зрением. И когда наш бэтэр почти проскочил боковую улочку и стал влево на проспект съезжать, я на всякий случай постучал по броне прикладом, и крикнул механику-водителю:

- Стоп машина! Давай, Серый, сдай немного назад. Всем внимание! Вроде что-то между домами видел.

Он и тормознул, зараза – мы с сержантом чуть с брони не слетели. В этот момент она выбежала из-за сгоревшего хлебного киоска, махая рукой:

- Стойте! Я здесь! Подождите!

Лет двадцати, или немногим старше. Растрепанная, перепуганная. Запыхалась от бега, воздух ртом ловит. Светлый плащ на ветру развевается. На спине рюкзачок серебристый, через голову модная лаковая сумочка, а в левой руке пластиковый контейнер для животных. Ярко-синий. С мелкими дырочками для вентиляции. Ну, и следом - мертвяков штук пять, разной степени сохранности. Почти догнали ее. Вот-вот схватят своими корявыми лапами. Вроде и не особо шустрые, но она, похоже, совсем из сил выбилась. Еле ноги переставляет.

Пока стрелок башню развернул, да прицелился, мы с напарником зомбаков уже успокоили в два ствола. Аккуратно, естественно, чтоб беглянку не зацепить. Она к нам, и в слезы:

- Спасибо вам, спасибо огромное! Вы нас с Максом от смерти спасли. Они, ведь от самого дома за нами гнались, - девушку колотило от пережитого ужаса, голос срывался и дрожал. – Это же наша бывшая охрана. И садовник, сволочь, с ними. Мы неделю на улицу выйти не могли. Каждое утро слышим, как вы по дороге проезжаете, а сбежать никак не выходит, представляете? Еле через гараж выбрались.

Я ее наверх втащил за руку, усадил кое-как и спрашиваю ободряюще:

- Что это у тебя за зверь такой сердитый? Рычит там чего-то. Не зараженный случайно? А то цапнет за ногу, и поминай как звали.

- Вы что, Максик добрый. Он совсем не кусается. Просто его напугали плохие дядьки, вот и разволновался. Обычно он у меня послушный и очень тихий мальчик.

Девушка обхватила обеими руками контейнер и склонилась над ним, покачиваясь в такт движению. Глаза ее были воспаленными от слез, а взгляд казался несчастным и поникшим. Похоже, за последние дни ей довелось немало пережить.

- Кого-то из близких потеряла?

Она судорожно всхлипнула и утвердительно качнула головой:

- Всех. Вот, только один Макс у меня и остался. Бедненький. Я его никому не отдам.

Она ссутулилась еще больше, с трудом сдерживая себя, чтобы снова не разрыдаться.

- Ну, ничего, - я попытался утешить девушку, тронув ее плечо ладонью, - теперь все хорошо будет. Сейчас на базу вернемся, и пристроим тебя. У нас там уютно. Медики, еда горячая, душ, чистая постель. Даже психолог есть. Переночуешь, а утром – на большую землю отправим. Как раз очередная партия набралась. Ты как, на вертолете не боишься летать? Ну и ладненько. Звать то тебя как?

- Маша. Стрельникова.

- Вот и молодец Маша. А меня Федор Михайлович. Можно просто Михалыч. Я тут вроде за старшего. Командую патрулем. Погоди-ка, а ты случайно не нашего мэра дочка? Фамилия уж больно знакомая.

Она снова всхлипнула и уткнулась лицом в свой ящик.

- Да, дела. А я отчего-то думал, что начальство наше в первых рядах драпануло. Вместе с семьями. А оно вон как вышло. Остался, значит, Стрельников. Не сбежал. Ну чего уж теперь. Раз так - держись дочка. А мы в обиду тебя не дадим. И собачку твою пристроим.

***

База, (бывший сборный пункт областного военкомата), встретила нас скрипом отъезжающих вбок ворот и суровым взглядом начкара:

- Давай, в отстойник заруливай. Всем готовиться к осмотру. Внешние повреждения есть? Показываем царапины, ссадины. Укусы предъявляем, не стесняемся. Самочувствие в порядке? Ломота, лихорадка? Немотивированная агрессия?

- Да иди ты, прапор. Чего ты чудишь? Мы тебе, что, дети малые?

- Не шебуршись Михалыч. Пока вас не было, комендант новый порядок ввел. Тут случай неприятный вышел. Один из спасенных оказался инфицированным. Еле отбились. Теперь проверяем всех, кто на территорию проходит. Без исключения.

Только я открыл рот, чтоб высказать свое трехэтажное мнение, как в дальнем конце базы послышалась стрельба, и тут же по ушам резанула сирена. Все кто был при оружии, рванули на шум боя.

Тревога, к счастью, оказалось ложной. Стреляли с вышки. Один из бывших призывников, с какого-то перепугу, открыл огонь по двум особо активным зомби. Те забрались в кузов разбитого самосвала, в трех метрах от периметра, и устроили возню. Парню показалось, будто они вот-вот влезут на забор. В общем, пришлось нам с мужиками снова выезжать наружу, чтобы оттащить этот злополучный грузовик на противоположную сторону улицы.

***

Машу во второй раз я увидел только ближе к вечеру. Мы встретились за ужином в столовой. Она была все такая же понурая и зареванная. Без интереса поковыряла вилкой гречку, котлету завернула в салфетку и направилась к выходу.

- Эй, красавица! Как устроилась? – я постарался добавить в голос немного бодрости и жизнелюбия. – С семейными поселили или в общую, на женской половине? А то я похлопочу, если что.

Девушка обернулась, рассеяно глядя на меня. Еле заметно качнула головой:

- Здравствуйте. Вы нас спасли утром. Спасибо… мм… Михалыч. У нас все хорошо. Мы живем в отдельной комнате, в бывшем архиве. Комендант Ерохин определил. Он с моим папой был близко знаком, - она всхлипнула и прикрыла рот ладошкой. – Что же делать теперь?

- Да что ты, дочка, все хлюпаешь. Совсем себя извела. На вот, глянь, чего припас. Песик твой обрадуется, - я протянул банку консервированного собачьего корма. – «Натуральный продукт, нежное мясо кролика». Читай, что там, на этикетке пишут? Ну, уже получше? Выше нос держи, все еще наладится.



Тхаревский Игорь

Отредактировано: 08.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться