Не было бы счастья...

Размер шрифта: - +

Часть 39

На первое собрание в сад Олег шёл на ватных ногах. После заведующей детдома встречаться с тётками, что поставлены на службу по делам с детьми, ничего хорошего не ожидал. Вот как пить дать скажу, что всё не так и весь сад в курсе, что его бывшая жена — «блидуха». На всякий случай решил больше в воспитанного не играть и если что, нахамить в ответ так, что мало не покажется. А без садика Валюха не останется. Надо будет, Гуськову поклонится. Тот любит из себя благодетеля строить.

Но собрание прошло на удивление хорошо, хоть и сделали пару выговоров, но по мелочам. И оказалась, что дочка вовсе не тупая дурочка, просто не занимались ей. И узнав все историю, что Олег, смущаясь и тщательно подбирая слова, вынужден был рассказать заведующей (по секрету, конечно), мигом облетела всех сотрудников, включая нянечек и повариху, отнеслись с сочувствием: молодой отец-одиночка в их садике оказался один-единственный. Замечания Вале делали тихо, отведя в уголок, и жалостливая повариха каждый обед добавляла от себя лично то лишнюю тефтельку, то больше подливки на запеканку, хотя девочка и так была крепко сбитая и довольно рослая для своего возраста: видно, в отца пошла. И может, от благодушного этого отношения или оказавшись, наконец, совсем в другом мире, где не надо обороняться, а напротив, есть за спиной огромный папа, что может, и ругает, когда сердится, но совсем не так, как она привыкла, Валя становилась более открытой улыбчивой и покладистой.

И Олег, чуть розовея от гордости, выслушивал, что дочка его растёт командиршей. И по части установления дисциплины даст фору самой воспитательнице. Они тут недавно со смеху попадали, как зычным низковатым голосом Валя гаркнула «Спать всем!», и дети как по команде ткнулись носами в подушку, и наступила долгожданная тишина. Олег представил эту сцену и тоже рассмеялся: в бабушку пошла, в Антонину Николаевну. Быть Валюхе начальницей.

 

Конечно, не всё было так безмятежно и благостно. Притираться друг к другу и менять привычную жизнь было одинаково тяжело и подчас даже болезненно и самому Олегу, и девочке. Немного расстроила ёлка, билет на которую дали в райкоме. Собирал дочку сам и по незнанию надел на неё чистое и хорошо глаженое, но простенькое платье. Олега больше заботило, чтобы колготы были целые и Валя не испачкала бы коленей, если вздумает в пылу праздника полезть под огромную ёлку. Вот разиня! Хоть бы с Ленкой или Ануш посоветовался! Валюшка оказалась единственным не наряженным как следует ребёнком. Даже у мальчишек были какие-то вещички, что достали специально для праздника, а может даже, взяли взаймы у знакомых. Он заметил это только спустя какое время, когда все кинулись в хоровод, а дочка хмуро выдернула свою ладошку и отошла к стене. Маленькая, но всё же будущая женщина, она, видно, почувствовала, пусть и неосознанно, но сильно, что получилась случайной Золушкой, у которой крёстной феи нет. Олег покусывал губу – вот дубина, хоть бы дождик ёлочный на бантик ей привязал! И когда дочка протиснулась к нему и запросилась домой, безропотно согласился. Хоть и было в этом походе неприятное, но в глубине души он обрадовался, что пусть медленно и потихоньку уже начинает ощущать, как протягивается невидимая ещё тонкая нитка, когда он начинает чувствовать Валино состояние без слов и объяснений. К утреннику на работе не поленился сходить в подшефную школу и выпросить новогодний костюм. Там ёлки всё равно уже прошли. Дали на день наряд снеговика. Олег его сразу забраковал. Не напялит Валюха эти шары дурацкие, согласились отдать снегурочкино платье. Лена его подшила прямо на живую нитку, чтобы укоротить, и Валя явилась в зал эдакой королевной, с победным взглядом сверкая отделкой из ёлочной мишуры и наклеенной на шапочку блестяшками. Двигалась плавно, улыбалась старательно, пока не явился с мешком и посохом Олег, наряженный Морозом. Как она мигом разобралась, что это он, непонятно. Лицо щедро нарумянено помадой, и борода до самого носа – по голосу, что ли? Хотя Олег старательно басил. Валя метнулась к отцу, руки растопырила, как курица крылья, и отгоняла каждого ребёнка, что пытался к волшебному деду протиснуться. Криком «Это мой папа! Идите отсюдова, у вас свои папы есть» едва весь праздник не испортила. Подхватилась ловкая библиотекарша Марина Игнатьевна, зашептала что-то Вале на ухо, заговорила, увела за собой. Словом, совместные ёлки в этом году не задались. И маленько подгадил Виталик, хотя из добрых побуждений. Приволок подарки, что давали в горкоме, и ещё от них с Нелькой коробку и пластмассовый домик с конфетами и разом всё сунул Валюшке. Она, наученная отцом, несколько комнат на этаже обошла, друзей угостила, но на её долю досталась препорядочно. И, объевшись шоколадом и мандаринами, к нешуточному испугу Олега покрылась сыпью и слегла с высоченной температурой. В панике вызвал скорую, покорно выслушал хамскую ругань от фельдшера, что, мол, папаша без мозгов совсем это, как же надо было дитё шоколадом обкормить до диатеза? Дорвался до праздника, удержу не знает! Но, слава Богу, обошлось: только конфеты теперь стали строго по одной в день и то карамельки, а расстроенная, с красными пятнами по всему телу Валя сразу же прониклась стойкой нелюбовью к мандаринкам. Да это пустяки, теперь до следующей зимы их не видать.



Ларец сказок

Отредактировано: 24.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться